Цинь Хаодун, не дожидаясь хода Гу Тяньфэна, первым отправил Дамао и Эрмао в бой. Со стороны это выглядело несколько нелепо, но на самом деле имело глубокий смысл.
Он прекрасно понимал, что громкая слава на пустом месте не возникает. Раз Гу Тяньфэна называют великим мастером по оценке нефрита, у него наверняка есть свои уникальные методы.
Цинь Хаодун уже осмотрел большую часть сектора D. Среди оставшихся камней был один, излучавший наиболее насыщенную энергию. Ранее, чтобы не привлекать внимания, он не стал его выбирать, планируя тихо выкупить после окончания пари.
Но теперь появился Гу Тяньфэн. Если не действовать на опережение, старик может выбрать этот камень, и тогда поражение неизбежно.
Именно поэтому он скомандовал Дамао и Эрмао пулей мчаться к этому камню.
Это была огромная глыба высотой в человеческий рост. Как правило, в таких крупных необработанных камнях, если нет «лишая», трещин или «змеиных полос», вероятность найти нефрит крайне мала. А этот камень был абсолютно чист, почти не отличаясь от обычного гранита, поэтому его и поместили в сектор D.
Когда Дамао и Эрмао подбежали к камню, запрыгнуть на него они не смогли — слишком высоко. В итоге эти двое выкинули номер, от которого у зрителей чуть не случился припадок: они одновременно задрали правые задние лапы и помочились под основание глыбы, символически пометив территорию.
— Ну что ж, — сказал Цинь Хаодун, — раз моим малышам понравился этот камень, я беру его.
Хотя этот камень был едва ли не самым большим на площадке, его цена составляла всего две тысячи юаней. Цинь Хаодун расплатился, и работникам площадки пришлось задействовать сразу восьмерых человек, чтобы подкатить эту громадину.
Гу Тяньфэн не обратил на это никакого внимания. Он неспешно прохаживался, выбирая приглянувшийся ему камень.
В процессе выбора он начал хмуриться. Судя по каменной корке, все эти камни были из старых копей Мьянмы, но почему-то достойных его внимания образцов оказалось до жалости мало.
Откуда ему было знать, что после «зачистки», устроенной Цинь Хаодуном, хороших камней и так осталось немного, а после двух раундов пари всё лучшее было практически выгребено подчистую. Найти качественный необработанный камень теперь было невероятно сложно.
Именно поэтому Гу Тяньфэн бродил по площадке почти полчаса, прежде чем с трудом выбрал более-менее подходящий камень и приказал рабочим выкатить его.
Когда оба участника сделали свой выбор, Цянь Додо по традиции спросил:
— Господа, кто первый?
— Негоже мне обижать младших, — ответил Гу Тяньфэн. — Пусть он начинает первым.
— Хорошо, тогда я начну, — согласился Цинь Хаодун.
Он велел двум мастерам приступить к распилу огромного камня. Учитывая опыт двух предыдущих раундов, мастера, хоть и не верили в успех этой глыбы, принялись за работу со всей серьезностью.
Камень был слишком велик. Сняв несколько слоев и сделав пару «окошек», они по-прежнему ничего не увидели. В итоге, спросив разрешения у Цинь Хаодуна, они просто распилили огромный валун пополам.
Все устремили взгляды на срез, желая увидеть, сможет ли этот молодой человек снова сотворить чудо. Но результат разочаровал: срез был сплошь белесым, без малейшего намёка на зелень.
— Пустышка! На этот раз точно провал. Я же говорил, удача не может всегда быть на стороне одного человека...
— Это нормально. Я сразу понял, что камень никуда не годится: ни признаков, ни структуры, внешний вид просто ужасен...
Сердце Фэн Тяньда, до этого сжавшееся от страха, наконец-то отпустило. Он высокомерно указал пальцем на Цинь Хаодуна и закричал:
— Пацан, теперь-то ты признаешь поражение?
Затем он крикнул своим людям:
— Идите и заберите у него этих двух собак!
— Подождите, — остановил их Цинь Хаодун. — Куда вы торопитесь? Даже если мой камень пуст, не факт, что в вашем есть нефрит. К тому же, я ещё не закончил распил.
— Смешно! — фыркнул Фэн Тяньда. — Как может не быть нефрита в камне, который выбрал Великий мастер Гу? Он с момента своего дебюта ни разу не ошибался, так что в этом раунде ты проиграл без вариантов.
Зрители согласно закивали. Гу Тяньфэна называли мастером именно за то, что он не знал промахов. Единственная интрига заключалась в том, сколько будет стоить нефрит внутри его камня.
— Всё возможно. Давайте всё же дождемся, пока я закончу, — ответил Цинь Хаодун и дал знак мастерам продолжать.
На глазах у толпы две половины огромного камня распиливали снова и снова, дробя на куски. Но результат оставался прежним: белесые срезы, ни следа зелени.
— Хватит уже пилить. Даже если ты разотрешь его в порошок, нефрит от этого не появится, — самодовольно заявил Фэн Тяньда. После двух проигрышей он наконец-то взял реванш.
Два мастера, проработав долгое время и обливаясь потом, тоже сказали:
— Братец, судя по нашему многолетнему опыту, в этом камне нефрита нет.
Все присутствующие решили, что Цинь Хаодун проиграл. Даже Цянь Додо начал жалеть Дамао и Эрмао — таких чистокровных снежных мастифов придётся отдать чужакам.
Но Цинь Хаодун ничуть не упал духом. Он отчетливо чувствовал, что насыщенная энергия находится в одном из осколков. Просто, чтобы не привлекать лишнего внимания, он не стал резать именно этот кусок сразу.
Теперь, решив, что момент настал, он сказал мастерам:
— Вы двое отдохните, дайте я попробую сам.
С этими словами он лично взялся за дело. Распилив пару пустых кусков для отвода глаз, он в третий раз взял в руки обломок, наполненный энергией.
Держа камень в руках, он ещё отчетливее ощутил ауру. Под визг пилы он снова сделал разрез, пройдя вплотную к сгустку энергии.
— Ну и упрямый же этот парень. Если из такого обломка выпадет нефрит, я его съем...
— Его можно понять, собаки стоят тридцать миллионов, кому же не жалко проигрывать...
Договорить этот человек не успел. Его лицо застыло, он уставился на камень в руках Цинь Хаодуна и завопил:
— Зелень! Боже, глазам не верю, там правда зелень!
Глаза Цянь Додо резко округлились. В три шага подскочив к Цинь Хаодуну, он взял камень, внимательно осмотрел его и вскрикнул:
— Императорская зелень! Это же вид «Лёд» цвета «Императорская зелень»! Братец, остальное я доделаю сам. Главное не повредить, это же шедевр!
Не дожидаясь согласия Цинь Хаодуна, он бросился к станку и начал медленно шлифовать находку. Его движения были максимально осторожными и нежными, словно он держал в руках величайшее сокровище мира.
Услышав его крик, подошел и Гу Тяньфэн. С присел рядом и со сложным выражением лица принялся наблюдать за процессом.
Примерно через полчаса Цянь Додо закончил шлифовку. Взяв таз с водой, он бережно омыл камень, и вскоре перед взорами толпы предстал кусок изумительного нефрита, сияющий зелёным светом.
Камень был небольшим, чуть крупнее теннисного мяча, и имел округлую форму. Но исходящая от него зелень проникала в самое сердце, а чистота напоминала прозрачную осеннюю воду без единой примеси.
— Императорская зелень! Настоящая Императорская зелень вида «Лёд»! — восторженно кричал Цянь Додо, держа нефрит в руках.
— Боже, кто этот парень? Откуда у него такое дьявольское везение?
— Императорская зелень вида «Лёд»... Я за всю жизнь такого не видел, сегодня мне открыли глаза...
— Эй, ты же только что говорил, что съешь камень, если там будет нефрит. Там теперь Императорская зелень, чего не ешь?
— Ты шутишь? Да я бы и рад съесть, но кто ж мне даст? Ты знаешь, сколько стоит Императорская зелень? Кто позволит мне её сожрать?
— Братец, держи, это твоё, — Цянь Додо с неохотой передал Императорскую зелень Цинь Хаодуну. Как бы ему ни нравился камень, он понимал, что вещь ему не принадлежит.
— Президент Цянь, сколько может стоить этот шарик? Не могли бы вы оценить? — небрежно спросил Цинь Хаодун, принимая нефрит.
— Шарик?! — Цянь Додо чуть не поперхнулся слюной. Назвать Императорскую зелень вида «Лёд» шариком — это было просто возмутительно.
Впрочем, хозяин — барин. Цянь Додо прочистил горло и сказал:
— Императорская зелень вида «Лёд» обычно продается на граммы. Текущая рыночная цена составляет около ста тысяч за грамм. Твой камень весит около пятисот граммов...
Не успел он закончить, как толпа взорвалась возгласами. Удача этого парня была просто невероятной: две собаки поссали на камень, и это принесло пятьдесят миллионов!
Когда шум немного утих, Цянь Додо продолжил:
— Но я назвал цену за осколки, из которых делают кулоны и прочее. А такой цельный, крупный кусок стоит намного больше пятидесяти миллионов. Если найдется подходящий покупатель, я не удивлюсь цене и в сто миллионов.
— Боже, сто миллионов! Я сейчас умру! Почему его выбрал не я?..
— Этот камень лежал здесь весь день, почему я на него не посмотрел? Почему не выбрал?!
Глядя на Императорскую зелень в руках Цинь Хаодуна, многие готовы были сойти с ума от зависти.
— Папа, какой красивый стеклянный шарик! Тан Тан хочет шарик!
Малышка не понимала, что такое Императорская зелень. В её глазах это был просто красивый стеклянный шарик, и она потянула к Цинь Хаодуну свои пухлые ручки.
— Держи, играй! — сказал Цинь Хаодун и совершенно спокойно отдал драгоценный нефрит дочери.
У всех присутствующих глаза на лоб полезли. Что происходит? Дать ребёнку поиграть с Императорской зеленью как с простой стекляшкой? Это же сто миллионов! А вдруг она его уронит?
Тан Тан вертела нефрит в руках, и пока Цинь Хаодуну было всё равно, у остальных сердце замирало в груди от страха, что она выронит сокровище.
В этот момент Цянь Додо посмотрел на Гу Тяньфэна. Состязание ещё не закончилось, нужно было продолжать.
— Старейшина Гу, ваша очередь.
Только сейчас люди заметили, что Гу Тяньфэн, ещё недавно полный энтузиазма, выглядел так, словно потерял душу. Его глаза потускнели. Услышав слова Цянь Додо, он пробормотал:
— Не будем продолжать. Старик признаёт поражение.
Его уныние можно было понять: он всю жизнь занимался нефритом, но ни разу не добывал Императорскую зелень такого качества. Увидев в руках Цинь Хаодуна Императорскую зелень вида «Стекло»*, он понял, что выиграть невозможно.
Если бы он проиграл другому мастеру, он бы ещё мог это принять. Но проиграть двадцатилетнему юнцу, который использовал для выбора собак... Если слухи об этом разойдутся, у него, Гу Тяньфэна, не останется лица, чтобы дальше вращаться в мире нефрита.
Подавленный окончательно, Гу Тяньфэн публично объявил, что «умывает руки» и навсегда покидает индустрию оценки нефрита, после чего с понурым видом покинул площадку.
С его уходом все взгляды устремились на Цинь Хаодуна. Что же это за молодой человек такой? С помощью двух собак он выиграл три раунда подряд и в итоге заставил великого мастера Гу Тяньфэна уйти на покой.
http://tl.rulate.ru/book/23213/634249
Готово:
