— Дорогой, тебе нужно хорошо отдохнуть. Ты не можешь работать как машина, — Лили была очень довольна ответом сына. А то, что Чжан Лисэн делал в следующие несколько дней, радовало её ещё больше.
Помимо того, что после завтрака он на несколько часов уходил из дома, говоря, что у него свои дела, Чжан Лисэн всегда возвращался домой к полудню и ужинал с семьёй. Всё, казалось, вернулось к тому времени, когда юноша только приехал в США.
Время летело незаметно, и вскоре прошло Рождество. В то утро, когда Чжан Лисэн сидел на кровати, практикуя свой тайный метод, он внезапно почувствовал, как бурлящая сила колдуна в его теле мгновенно исчезла. Мышцы его всего тела начали подёргиваться, вызывая душераздирающую боль.
Очнувшись от этого, он не запаниковал, а посмотрел на прядь волос, упавшую ему на голову, и коснулся своего сердца, которое теперь билось заметно медленнее, с экстатическим выражением на лице. — Прорыв! Я наконец-то прорвался на уровень колдуна 7-го ранга! Теперь я наконец-то могу трансформировать второго мага-гу! С этого момента воплощённая трансформация будет равносильна тому, что у меня будет ещё одна жизнь. Однако чем больше я буду прорываться, тем яростнее будет трансформация жизни и смерти. К тому времени, когда я стану колдуном 11-го ранга, я, вероятно, стану таким же ужасным, как зомби!
Несмотря на жалобы, которые он бормотал про себя, экстатическое выражение на лице Чжан Лисэна всё ещё сохранялось, ведь для колдуна внешний вид тела был совершенно незначителен по сравнению с высшей силой, которую он приобрёл.
Он поднялся с кровати и взъерошил волосы. Стряхнув выпавшие волоски, умылся, принял горячий душ, смывая омертвевшую кожу, что сошла за ночь. Переоделся и спустился вниз.
Семья Лавинов, уже привыкшая вставать рано по примеру Сулло, сидела за столом, завтракая.
Лили, хлопотавшая на кухне, заметив вошедшего в гостиную юношу, тут же окликнула:
– Проснулся, солнышко! Иди сюда, я тебе приготовила твой любимый бургер с креветками.
– О, привет, братишка! Ты встал! Сегодня мои кореша из Лос-Анджелеса приезжают в Нью-Йорк, так что тебе обязательно нужно со мной пойти, поднять мой авторитет немного. Ноттингдон, который тебя видел в прошлый раз, там у нас в кампусе в Лос-Анджелесе, так тебя расписал! Многие мои и Стивена кенты хотят увидеть тебя, легенду, собственными глазами, когда приедут в Нью-Йорк! – Едва Лили закончила говорить, Рэнди, уминавший завтрак, повернулся к Чжан Лишэну и громко произнес, постукивая по тарелке.
Двадцатиоднолетний парень, второкурсник Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, раньше запасной игрок команды по регби, теперь стал основным. Рост его, по окончании пубертата, перевалил за два метра, сделав его самым высоким и крепким в семье.
К несчастью, мозги его не росли пропорционально телу. Глядя на его придурковатый вид, отец Сулло гневно рявкнул:
– Рэнди! Я отправил тебя в Лос-Анджелес учиться не для того, чтобы ты в банду вступил! Могут быть братья, но не надо добавлять впереди "кореша"! Не подражай такой манере говорить, а то со временем действительно станешь похож на уличных бандитов, которые с первого слова выдают себя!
- Довольно, папа! Мне уже 21 год. По закону я теперь могу свободно пить! Конечно, это также позволяет мне говорить так, как я хочу…
- Но это мой дом, парень! Твоё разбойничье поведение здесь не приемлемо! Если ты не хочешь вести себя прилично, можешь убираться…
- Салло, перестань! Твои слова слишком резкие!
Лили, готовившая гамбургер для Чжан Лишэна, услышала крик своего любимого и тут же обернулась, чтобы остановить его. Затем она отдала приготовленный для сына гамбургер Рэнди и погладила по голове этого краснокожего молодого человека с надутым лицом.
- Рэнди, ты не знаешь, как сильно твой отец волновался за тебя, когда ты уехал в Лос-Анджелес. Ты уже взрослый. Он не должен говорить с тобой поучительным тоном, как с ребёнком, но ты должен понимать, что он полицейский. Из-за этого, в отличие от обычных родителей, он будет особенно беспокоиться о том, что ты говоришь.
Слова тётушки Лили, которая заботилась о нём десять лет и была ему ближе родной матери, постепенно успокоили Рэнди, который был готов взорваться.
- Чёрт! Я не опущусь так низко, как мой отец! Он всего лишь маленький суперинтендант полиции в колледже уже два года, а я в будущем стану большой шишкой, попавшей в Зал славы бейсбола!
Замечания второго сына очень разозлили Салло, но под предупреждающим взглядом своей любимой он, только что допустивший оговорку, не мог сказать ни слова. Вместо этого он мог лишь тяжело ступать, молча продолжая есть свой завтрак.
Воспользовавшись тишиной в гостиной, Чжан Лишэн поспешно сказал:
- Мама, дядя Лавин. У меня сегодня очень важная встреча, поэтому у меня нет времени завтракать дома. Увидимся! Ах, Рэнди, не забудь позвонить мне, когда приедут твои друзья из Лос-Анджелеса. Если я уже закончу встречу, я сразу же приеду вас навестить.
- О, милый, позволь мне упаковать тебе несколько гамбургеров. Это будет очень быстро!
— Всё в порядке, мам! Меня уже ждут Чарли и режиссёры, — махнул рукой Чжан Лишэн и выбежал из дома.
Снег только что прекратился, и вся улица была покрыта его слоем. Снегоуборочная машина медленно расчищала проезжую часть. Такая погода, совпавшая с рождественскими праздниками, сделала улицы заметно пустыми.
Глубоко вдохнув свежий морозный воздух, юноша пошёл по белому снегу, доходившему ему до щиколотки, к парковке. Некоторые соседи, вышедшие после завтрака почистить снег перед домами, увидев его, приветливо поздоровались:
— Привет, Лишэн! Доброе утро! В такой снегопад куда-то собрался?
— Доброе утро, мистер! Ничего не поделаешь! Я уже запланировал, нельзя отменить, — на такие добрые приветствия Чжан Лишэн обычно отвечал вежливыми отговорками. С учётом всех этих коротких бесед и того, что по снегу быстро не пойдёшь, он добрался до места назначения более чем через двадцать минут.
За два дня до Рождества юноша сделал себе подарок — Mercedes GL63 AMG. На этом внедорожнике высшего класса, способном ездить по снегу без цепей, он передвигался по пустынным улицам Нью-Йорка. Вскоре он выехал на шоссе, ведущее прямо в пригороды, и менее чем через час прибыл к своей фабрике в Маттеслови.
Воздух здесь был немного теплее из-за близости к побережью, что позволило некоторым стойким протестующим на поле продержаться ночь, греясь у костров в железных бочках.
Когда роскошный внедорожник постепенно замедлил ход, несколько человек из толпы тут же подняли плакаты с лозунгами «Мы против диктаторской монополии хладнокровных капиталистов» и, скандируя: «Мы хотим работать! Мы выбираем свободу!», бросились к дороге.
Однако прежде чем они успели добраться до обочины, Чжан Лисэн уже свернул на подъездную дорогу к новой скотобойне «ЛС» и въехал на территорию завода.
Скотобойня, которая только недавно работала круглосуточно накануне Рождества, теперь переживала самые безрадостные дни в году. Более 80% ее сотрудников находились в отпуске.
Молодой человек припарковал свой автомобиль у здания офиса. Пройдя через пустую приемную на первом этаже, он широкими шагами направился в свой кабинет на втором этаже. Плотно закрыв дверь, он с нетерпением приказал ящерице и вивернодракону выйти из его кармана.
Его взгляд перемещался между двумя трансформированными магическими гу, наконец остановившись на Островном Драконе.
- В сравнении с полетом в облаках и парением в воздухе, невидимость сейчас гораздо полезнее, - пробормотал Чжан Лисэн себе под нос и приказал вивернодракону стать невидимым, прежде чем проникнуть в подземные коммуникации завода.
- А ящерице разрешил вернуться в свой первоначальный облик, - ее голова напоминала голову западного дракона; шея была тонкой и прямой, как каменный столб; длинное тело соединялось с девятью странными изогнутыми скорпионьими хвостами, которые непрерывно покачивались; тело поддерживали четыре колонноподобные конечности с изогнутыми суставами и огромными когтями. После того как девятихвостая ящерица длиной более пятнадцати метров приняла свою истинную форму, она выглядела устрашающей и свирепой.
Чжан Лисэн спокойно смотрел на ящерицу-колдунью, не чувствуя ни малейшего страха. Он протянул руку и осторожно прикоснулся к её чешуе. Медленно закрыл глаза и начал не спеша выдыхать воздух из лёгких.
Обычный человек, если он не мёртв, не сможет так долго и полностью выдыхать воздух. Когда лёгкие опустели, грудь парня впала. Он открыл глаза, мысленно представив себе чёткий образ разумного демона, и начал осторожно вдыхать.
В тот же миг пространство вокруг ящерицы, стоявшей напротив него в центре офиса, слегка исказилось. Затем от неё беззвучно пошёл чёрный дым, который сам по себе потянулся к носу и рту Чжан Лисэна.
Как только чёрный дым попал внутрь, в пищеводе парня появилось неприятное ощущение, словно он вдохнул нечто очень кислое.
Но он уже проходил через подобное раньше и знал, что это необходимо. Собравшись, он собирался притвориться, что ничего не происходит, и продолжать вдыхать, как вдруг образ демона в его сознании резко изменился. Он превратился в огромную Денежную Жабу, сидящую на земле и пожирающую всё вокруг.
Ещё до того, как парень понял, что происходит, он почувствовал, что его сила колдуна полностью вышла из-под контроля. В глазах потемнело, и он тут же потерял сознание. К тому моменту, когда он полностью отключился, сталкивающиеся силы ящерицы-колдуньи быстро исчерпали жизненные силы его тела.
На грани смерти студенистый камень на запястье Чжан Лисэна во второй раз испустил разноцветное сияние. Оно протянулось от его руки и за короткое время полностью окутало парня.
Через несколько минут жеода-желе превратилась в тонкую пленку, затем постепенно исчезла, снова став разноцветной нитью на его запястье. В то же время веки юноши распахнулись. Он поспешно сделал несколько вдохов, затем резко сел.
Осмотревшись и долго ошарашенно глядя вокруг, Чжан Лисэн, ошеломленный, начал медленно вспоминать то, что только что произошло.
– Когда я преображаю сложного грызущего колдовского жука, оказывается, могут быть вот такие столкновения. Хорошо еще, что травма несерьезная...
Горько усмехнувшись, он встал с ковра, говоря что-то себе под нос и не зная, что только что пережил смертельную опасность.
http://tl.rulate.ru/book/21779/6491153
Готово:
