— Мудрое решение, господин, — низко склонил голову Бэрд.
Покинув пещеру, они приказали солдатам подкатить массивный валун и наглухо завалить вход. Шахта подождет своего часа — ровно до тех пор, пока поселение не пустит здесь крепкие корни и не сможет дать отпор алчным стервятникам.
Солнце еще стояло высоко, и Велин, не желая терять ни минуты драгоценного времени, повел Бэрда и остальных к тому самому озеру, что находилось в двенадцати километрах от них. Нужно было окончательно утвердить место под будущую цитадель их растущей власти. Вскоре перед их взорами раскинулась бескрайняя гладь кристально чистого водоема. На противоположном берегу пугливо жались к воде дикие звери, пришедшие на водопой. Безмятежная красота этого нетронутого края словно невидимой рукой сняла с плеч уставших путников накопившуюся за долгие дни тяжесть.
— Поистине прекрасное место, не так ли, Бэрд? — Велин обернулся к своему неизменно мрачному соратнику, и на его губах заиграла искренняя, светлая улыбка.
— Да, господин. Крайне живописное, — непроницаемо, словно высеченная из камня статуя, отозвался рыцарь. — А еще земля здесь жирная, плодородная. Орошать ее будет проще простого. Вон там, на возвышенности, — он указал закованной в латную перчатку рукой на крутой холм, — идеальный плацдарм для замка. Склоны обрывистые, врагу не подступиться. К тому же соляные копи совсем рядом, в случае осады гарнизон сможет быстро перебросить туда подкрепление.
— Боюсь, мы с тобой смотрим на разные вещи, но суть от этого не меняется, — безнадежно вздохнул Велин, пожимая плечами: поэзия в душе старого вояки умерла, так и не родившись. — Вперед! Осмотрим окрестности! — скомандовал он рыцарям. — Привыкайте к этому виду. Судя по всему, эти земли на долгие годы станут нашим домом.
Бэрд, не проронив больше ни слова, безмолвной тенью последовал за своим господином, а за ним, звеня кольчугами, двинулись и остальные.
Почти два часа Велин скрупулезно объезжал озерные берега. Его перо быстро скрипело по пергаменту, набрасывая контуры будущей империи: здесь вырастут непреступные стены замка, там раскинутся бескрайние пшеничные поля, на той поляне разобьют военный лагерь, а вот те низины отлично подойдут для сточных ям, чтобы нечистоты не отравляли воду. И хотя озеро питалось проточными родниками и могло самоочищаться, пить воду, приправленную отходами жизнедеятельности своих же солдат, Велин категорически не желал.
Когда багровое солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небосвод в цвета пролитой крови, экспедиция подошла к концу. Удовлетворенный результатами разведки, Велин развернул отряд обратно к стоянке Племени Гигантского Камня, чтобы завершить последние приготовления перед масштабным броском на новые земли.
…
Тем временем весть о безжалостном уничтожении Племени Гигантского Камня и шести соседних кланов расползлась по пустошам, словно лесной пожар. Ее несли на своих хвостах немногочисленные выжившие Гоблины.
Как Велин и предсказывал, жалкие вожди уцелевших племен даже не помышляли о мести. Их единственной мыслью было бегство — собрать свой вонючий скарб и убраться как можно дальше на запад. Так они жили на протяжении целого столетия, и сейчас история лишь сделала очередной виток. Этим созданиям было куда сподручнее рвать глотки гноллам и кобольдам в драке за кусок гнилого мяса и грязную лужу, чем пытаться противостоять неумолимой стальной машине человеческих Первопроходцев.
Потерпев поражение от других диких рас, зеленокожие всегда могли сдаться в рабство и сохранить свои никчемные жизни. Но война с людьми не знала пощады: проигрыш означал тотальное истребление, уничтожение под корень, от стариков до младенцев. Пустоши Серого Ковыля видели слишком много таких кровавых зачисток за последние сто лет, и этот первобытный ужас намертво въелся в генетическую память Гоблинов.
В последующие дни окраины региона Токесик превратились в одну сплошную дорогу беженцев. Тысячи сгорбленных, трясущихся от страха зеленокожих уродцев, скрываясь под покровом ночи, навсегда покидали свои жалкие норы в этих бесплодных землях, где обитали более трех десятилетий.
Паника оказалась заразной: слухи о прибытии жестоких Первопроходцев докатились и до соседних регионов, заставляя местные племена спешно сворачивать лагеря. Никто не хотел проверять на собственной шкуре, было ли это началом новой масштабной экспансии людей. Лучше было сбежать сейчас, чем кормить червей завтра.
Так Велин, сам того не ведая, одним лишь фактом своего присутствия сорвал с насиженных мест сотни племен, заставив десятки тысяч Гоблинов в ужасе бежать с окраин региона Жёлтый Камень. Для могущественных чудовищ, обитавших в глубоких пустошах, эта массовая миграция обернулась настоящим кровавым пиршеством: в их лапы сами плыли сотни новых рабов, бесплатное пушечное мясо и свежие запасы провианта.
Но Велину было абсолютно плевать на судьбу зеленокожего мусора и радость пустошных тварей. У него была лишь одна цель, горевшая в сердце каленым железом: возвести свою первую деревню, вспахать первое поле, построить свой первый замок. Он должен был расширить свои владения, с триумфом пройти жесточайшую проверку через четыре года и, наконец, получить титул барона, навсегда вписав свое имя в списки истинной аристократии этого мира.
Возвращение на стоянку ознаменовалось долгим военным советом. Впрочем, советом это можно было назвать с большой натяжкой: Велин говорил, остальные молча кивали, и лишь Бэрд изредка вставлял свои сухие тактические замечания.
Позже, в одиночестве распластавшись на грубом ковре в своем шатре и до рези в глазах вглядываясь в испещренные пометками чертежи, Велин почувствовал, как на него наваливается свинцовая усталость. Этот фарс, а не собрание, в очередной раз напомнил ему о критической нехватке толкового управленца. Окруженный сворой преданных, но тупоголовых вояк, у которых вместо мозгов были стальные мускулы, он чувствовал, что весь груз управления ложится исключительно на его плечи, грозя рано или поздно раздавить своей тяжестью.
http://tl.rulate.ru/book/205607/26707439
