Взгляд Е Чэня пронзил толпу, и он мгновенно узнал этого зазнавшегося мальчишку — младшего сына госпожи Лю из Третьей Ветви, самого любимого сына Е Наньтяня, Е Хайлана.
Е Хайлан, едва завидев Е Чэня, тут же расплылся в надменной улыбке, поднял на него палец и громко закричал:
— Ах ты, ублюдок! Посмел испортить моей матери дело, заставил её проиграть целую шахту! Даю тебе шанс: живо встань на колени, признай вину и отдай две шахты в качестве извинения — тогда я забуду эту обиду!
Брови Е Чэня сжались так, что, казалось, могли прищемить муху. Гнев в его сердце, словно искра, подхваченная ветром, быстро разгорался.
Он поклялся, что больше никогда не позволит растоптать себя и унизить.
Особенно слово «ублюдок» — оно пробуждало в нём невиданную ярость.
Слова Е Хайлана, без сомнения, танцевали на лезвии ножа, окончательно разжигая пламя его гнева.
Он мельком глянул на стоящего рядом Чжао Сы. Лицо того застыло в изумлении, глаза округлились, в них мелькнула досада.
Е Чэнь слегка выдохнул — по крайней мере, можно было быть уверенным, что эта провокация не от госпожи Ван из Второй Ветви. Впрочем, полностью исключать этого нельзя: Чжао Сы слишком низок по положению, чтобы знать такие дела.
— Хм, Е Хайлан, ты, как потомок клана Е, даже не знаешь самых основ этикета? — лицо Е Чэня потемнело, он рявкнул в гневе. — Во-первых, это моя территория, я здесь главный. Ты ворвался без доклада — это уже неуважение.
Во-вторых, наше состязание с твоей матерью прошло на глазах у всех. Я победил честно и открыто. Если она не умеет проигрывать, пусть винит только себя за недостаток мастерства.
И наконец, по правилам клана Е, ты, увидев старшего брата, должен поклониться и пожелать здоровья. Неужели мать не учила тебя даже таким основам?
Раньше, не имея силы, Е Чэнь не осмелился бы сказать такое. Но теперь, обладая достаточной мощью и прикрываясь авторитетом Фу Бо, он рискнул.
Услышав это, Е Хайлан побледнел: он явно не ожидал такого прямого и жёсткого ответа.
Стоявшие за ним слуги и охранники шагнули вперёд, желая заступиться за своего юного господина, но Е Хайлан взмахом руки остановил их.
Тот охранник, воин на средней стадии Заклинателя, напряг мышцы, в глазах сверкнул боевой огонь, но он сдержался, не решаясь действовать опрометчиво.
— Ты… ты смеешь так со мной разговаривать! — Е Хайлан вышел из себя, голос его дрожал. — Моя мать — госпожа Лю, госпожа Третьей Ветви рода Е! А ты всего лишь забытый в углу ублюдок! Какое право ты имеешь меня учить!
Е Чэнь пришёл в ярость, шагнул вперёд, и от него повеяло внушительной аурой, которую нельзя было недооценивать.
Е Хайлан, захваченный врасплох этим напором, в страхе отступил на несколько шагов, споткнулся и едва не упал.
В конце концов, он был всего лишь избалованным ребёнком, никогда не сталкивавшимся с настоящими бурями.
Воин на средней стадии Заклинателя, стоявший рядом, поспешил заслонить собой Е Хайлана, холодно уставившись на Е Чэня.
Е Чэнь внимательно оглядел его, чувствуя некоторое давление от ауры Заклинателя, но в душе не было страха — напротив, боевой дух разгорался ещё сильнее.
Медленно переведя взгляд на прячущегося за ним Е Хайлана, он скривил губы в холодной усмешке, перестал притворяться вежливым и прямо спросил:
— Е Хайлан, чего ты хочешь?
Е Хайлан, всё ещё под впечатлением от прежнего напора Е Чэня, теперь кипел от злости. Указывая на него дрожащим пальцем, он выкрикнул:
— Ах ты, паршивец, как ты смеешь быть таким дерзким! Ма Сань, покалечь его!
Ма Сань, воин на средней стадии Заклинателя, услышав это, скривил губы в жестокой усмешке, словно уже видел жалкую участь Е Чэня, и холодно произнёс:
— Малой, сам виноват — не повезло, нарвался на того, кого не стоило задевать.
С этими словами он шагнул вперёд, готовясь атаковать Е Чэня.
Но тут молчавший до этого Чжао Сы вдруг выступил вперёд, сохраняя на лице всё ту же улыбку:
— Господин Хайлан, эта земля под управлением госпожи Ван. Любой конфликт должен решаться по правилам.
Ма Сань вздрогнул и обернулся к Е Хайлану.
Тот пришёл в ещё большую ярость:
— Не смей прикрываться Второй Ветвью! Я здесь только чтобы проучить этого наглеца Е Чэня! А ты убирайся! Если разозлишь меня, получишь и ты!
Лицо Чжао Сы мгновенно потемнело. Он явно не хотел раздувать скандал и уже собрался уговаривать, но Е Чэнь мягко прервал его:
— Управляющий Чжао, не вмешивайся. Сегодня я сам проучу своего неразумного младшего брата.
Чжао Сы пристально посмотрел на него, а затем молча отошёл в сторону.
На лице Е Хайлана заиграло торжество. Он кивнул Ма Саню:
— Не обращай внимания на его положение. Покалечь его. Пусть знает, кто в этом доме настоящий хозяин.
Ма Сань кивнул, повернулся к Е Чэню и осклабился:
— Малой, не думай, что раз одолел какого-то никчёмного Воина, так ты уже непобедим. Сегодня я покажу тебе: пропасть между Воином и Заклинателем тебе не перепрыгнуть.
— Правда? Что ж, посмотрим, на что ты, Заклинатель, способен! — голос Е Чэня звучал спокойно, на словах он выказывал пренебрежение, но в душе собрал всю волю в кулак. От его тела исходила вера в неизбежную победу.
Глаза Ма Саня сузились: он почувствовал исходящую от Е Чэня необычную ауру — трудно описуемую стойкость и несгибаемость.
Но он был Заклинателем, годы тренировок вселили в него уверенность, и он не стал обращать на это внимания.
— Хм, красиво говоришь. Посмотрим, выдержишь ли ты удар Заклинателя.
Ма Сань издал низкий рык, его тело рвануло вперёд, словно тигр, спускающийся с горы, и он набросился на Е Чэня.
Тело Е Чэня слегка дрогнуло, он скользнул в сторону, словно рыба в воде. Движения были быстры и точны, каждое уклонение — в самый раз, чтобы атака Ма Саня прошла мимо.
— Неплохо.
Промахнувшись, Ма Сань не пал духом, в его глазах даже мелькнул азарт.
— Коготь демонической обезьяны! — взревел Ма Сань. Вместе с его мощным голосом массивное тело, словно самая ловкая обезьяна в лесу, с невероятной скоростью и ловкостью выбросило вперёд когти, целясь в уязвимые места Е Чэня.
Хотя тело Ма Саня было крепким, как у быка, создавая иллюзию грубой силы, его нынешняя гибкость поразила всех присутствующих.
Сердце Е Чэня сжалось. Он никак не ожидал от Ма Саня такой скорости и способности менять тактику. Из-за этой оплошности он не смог полностью уклониться.
Сжав зубы, он собрал всю силу и выбросил вперёд «Тигр набрасывается на добычу», чтобы встретить атаку Ма Саня в лоб.
— Бах!
Две силы столкнулись в воздухе, раздался оглушительный грохот.
Е Чэнь почувствовал, как на него обрушилась сокрушительная мощь. Его отбросило на несколько метров, и при приземлении руку пронзило онемение.
— Вот она, сила Заклинателя? — с ужасом подумал Е Чэнь. — Я прогрессирую быстро, но перед настоящим Заклинателем всё ещё пропасть. Действительно, Воину с ним не сравниться.
Ма Сань, увидев, что удар не достиг цели, а Е Чэнь лишь легко ранен, на мгновение опешил, затем в его глазах сверкнула злоба.
— Таран Дикого Быка!
Его тело качнулось, все мышцы напряглись, словно у быка, готового ринуться в бой. Сила была такова, что даже воздух задрожал.
Е Чэнь внутренне собрался, не позволяя себе ни малейшей оплошности.
Он применил «Тигр прыгает через ущелье», его тело описало в воздухе изящную дугу, с опасной ловкостью уклоняясь от мощного тарана Ма Саня.
После нескольких схваток Е Чэнь постепенно привык к ритму и силе атак Ма Саня. Он начал более спокойно реагировать на его выпады, уклоняясь от, казалось бы, свирепых атак одну за другой.
Ма Сань, глядя, как Е Чэнь постоянно ускользает от его ударов, почувствовал, как в нём закипает беспричинная злоба.
— Только и умеешь уклоняться? Ничтожество, как и твоё происхождение!
Е Чэнь разозлился, но сохранял хладнокровие и рассудок.
— Ты, Заклинатель, даже края моей одежды не можешь задеть — тебе не стыдно? Или твоё звание Заклинателя — пустой звук?
Ма Сань побагровел от злости, и в ярости рассмеялся:
— Ах ты, острозубый щенок! Сегодня я покажу тебе, на что способен Заклинатель, иначе ты возомнишь себя непобедимым!
С этими словами в нём вскипела кровь, воздух вокруг, казалось, задрожал от его гнева.
— Демоническая обезьяна разрывает тигра!
В горах демонические обезьяны обладают чудовищной силой, некоторые из них способны раздирать тигров и леопардов.
Сейчас Ма Сань и впрямь стал похож на такую обезьяну: скорость поражала, когти свистели, целясь в жизненно важные точки Е Чэня.
В этот удар он вложил всю свою силу и скорость, намереваясь убить с одного раза.
http://tl.rulate.ru/book/200905/23408814
Готово:
