Солнце марта наконец рассеяло зимний холод, пробиваясь сквозь ветви старых вязов жилого квартала и падая на землю золотыми пятнами. Я лежал на старой циновке в главной комнате, чувствуя тепло от земляной лежанки под собой. Нос щекотал запах свежевыстиранного постельного белья, которое мать только что вывесила сушиться – это была синяя ткань, купленная по прошлогодним талонам на ткань, с нарисованными маленькими подсолнухами, а по краю вышита матерью иероглифами «Встреча».
— Ползи осторожнее, не ударься о ножку стола, — сказала мать, сидя рядом и подшивая подошву. Скрежет иглы, проходящей сквозь толстую ткань, смешивался со звуком гудка фабрики, возобновившей работу за двором. Станкостроительный завод «Красная Звезда» работал с пятнадцатого числа первого месяца, и каждое утро я слышал, как отец и его товарищи выезжают на велосипедах, с дребезжанием алюминиевых коробок для еды, привязанных к рулям, в которых вчера вечером мать приготовила кашу из разных злаков и маринованный редис.
Я как раз держался за край лежанки, пытаясь встать, как вдруг услышал знакомый смех у ворот двора – это была мать Линь Ли, Тётя Ван. «Сестра Чжан, дома?» — голос Тёти Ван звучал тепло, как весенний ветерок. — «Я хотела тебе сказать, в детскую группу начнут записывать в следующий понедельник, пойдем вместе встанем в очередь?»
Мать отложила иглу и пошла навстречу. Я воспользовался случаем, забрался к окну и, ухватившись за деревянную раму, выглянул наружу. Тётя Ван держала на руках Лили, она уже могла сидеть ровно, одетая в маленькую хлопчатобумажную курточку цвета уточки, волосы у неё стали длиннее, чем зимой, заплетены в две тонкие косички. Она смотрела на меня сверкающими глазами. Увидев, что я смотрю из окна, она вдруг широко улыбнулась и помахала мне рукой.
Моё сердце тоже смягчилось. В прошлой жизни я встретился с Линь Ли на свидании вслепую только в тридцать лет. В первый раз, когда я её увидел, она сидела в столовой станкостроительного завода, одетая в синюю рабочую одежду, её глаза улыбались, как и у этого маленького младенца на руках у Тёти Ван. В этой жизни наша судьба началась ещё в детском саду. Я должен научиться защищать её как можно раньше – хотя сейчас я даже сам не могу твердо стоять на ногах.
— Как раз, пока я тут приводила в порядок детскую одежду, ждала записи, — улыбнулась мать, принимая от Тёти Ван сумку с вещами для Лили. — Посмотри, какой маленький портфель я сделала для Чэнь Ю, использовала остатки рабочей одежды старины Чэня, прочный. — Я увидел, как мать достала синий мешочек размером с ладонь, на котором был пришит кривоватый пятиконечник. Мне стало тепло на душе. — В прошлой жизни, когда я учился, матери уже не было. Первый портфель мне подарила соседка, старый, с потёртыми углами.
Тётя Ван вошла с Лили на руках и посадила её рядом со мной на циновку. Лили совершенно не стеснялась, протянула руку и схватила трещотку, которую я держал. Отец сделал её в прошлом месяце из фабричных отходов. Поверхность была обтянута велосипедной камерой, и она издавала «бум-бум» при тряске. Я разжал руку, чтобы дать ей взять, но она вдруг поднесла барабан к моему рту, моргая глазами, как будто хотела поделиться.
— Посмотри на этих двоих детей, какая у них связь, — улыбнулась Тётя Ван, похлопав Лили по спине. — Когда они пойдут в детский сад, будут друг другу товарищами, и нам не придётся волноваться. — Мать тоже улыбнулась и подвинула нас обоих ближе друг к другу. — Это точно. Чэнь Ю, будь внимательнее к Лили, не обижай девочку.
Я тайком кивнул. Не то что обижать, в этой жизни я готов отдать ей всё своё терпение. В прошлой жизни я всегда ставил рыбалку превыше всего. Когда Линь Ли ждала ребёнка от Сяо Чэня, я всё ещё сидел с удочкой у реки. В итоге ночью у неё заболел живот, и её пришлось везти в больницу с помощью соседей. Вспомнив об этом, я осторожно коснулся руки Лили. Её рука была мягкой, как молодая ива, распускающаяся весной.
Пока мы играли, у ворот послышался звук велосипеда отца. — Сегодня рано закончил, директор дал нам, ремонтникам, полдня выходного, чтобы помочь с весенней вспашкой, — отец вошёл, толкая велосипед. На заднем сиденье была привязана длинная бамбуковая палка, с чёткими узлами, тщательно отшлифованная. — Проезжая мимо канавы к северу, увидел, как кто-то рубил бамбук, попросил одну, чтобы повесить твою одежду.
Меня тут же привлёк этот бамбук. Я не отрывал от него глаз. — Бамбук был толщиной с взрослую руку, верхний конец был заострён, идеально прямой, очень похож на мою первую настоящую удочку в прошлой жизни. В восемнадцать лет я купил бамбуковую удочку длиной два метра семьдесят сантиметров, потратив половину своих сбережений, и не мог уснуть всю ночь от волнения. В итоге, на первой же рыбалке я сломал конец удилища.
Отец прислонил бамбук к навесу и, присев, погладил меня по голове. — Когда у папы будет время, я сделаю тебе маленькую бамбуковую палку, хорошо? — Я тут же схватил его за палец маленькой ручкой и сильно кивнул. — Хотя я знаю, что он думает, будто мне просто нравится новая игрушка, в моей голове уже начались расчёты: как заточить эту маленькую бамбуковую палку, чтобы она была удобной, какую нитку использовать в качестве лески, где найти подходящий крючок.
— Как раз завтра выходной, съездим на огород к северу, соберём прошлогодний шпинат, заодно посмотрим, можно ли накопать немного дикой горчицы, — сказала мать, собирая вещи. — Там недалеко канава, и детям можно будет руки помыть. — Я обрадовался. Наконец-то смогу посмотреть на реку. — В прошлой жизни мои знания о рыбалке были в основном почерпнуты из книг и от друзей-рыбаков. Я никогда не наблюдал за повадками рыб. В этой жизни я начну с самого начала: сначала буду смотреть на воду, потом на рыбу.
На следующее утро, едва забрезжил рассвет, отец завёл велосипед, мать посадила меня сзади, Тётя Ван с Лили села на другой велосипед рядом, и мы вместе отправились в деревню к северу. Недалеко от жилого квартала начались бескрайние пшеничные поля, зелёные ростки едва достигали щиколоток. Ветер поднимал волны зелени, принося с собой запах земли и сладость травы.
— Впереди канава, — отец остановил велосипед и указал на небольшую речку неподалёку. Река была неширокой, всего два-три метра, вода прозрачная, видны были камни на дне и тонкие водоросли. Иногда мальки рыб мелькали среди водорослей, оставляя за собой маленькие брызги. Мои глаза загорелись, сердце забилось «тум-тум». — Это первая настоящая река и настоящие рыбы, которые я увидел после перерождения.
Мать, держа меня на руках, присела у реки и зачерпнула пригоршню воды. Она была прохладной, с лёгкой сладостью. — Смотри, в воде рыбки, — мать указала на мальков в воде и тихо сказала. Я уставился на этих маленьких рыбок, и вдруг в голове всплыли слова моего друга-рыбака: «Весенняя рыба находится на мелководье, потому что температура воды выше, и там, где есть трава, есть и корм». Оказывается, это самые базовые знания о рыбалке, которые я узнал только в тридцать лет в прошлой жизни.
Лили тоже привлекла внимание рыбок в реке и протянула руку, чтобы их поймать, но чуть не упала с рук Тёти Ван. Я быстро схватил её за одежду своей маленькой ручкой. Хотя сил было немного, я помог ей удержаться. Тётя Ван засмеялась: — Смотри-ка, Чэнь Ю такой заботливый по отношению к Лили, наверняка будет хорошим братом. — Я тайком подумал: не просто хорошим братом, но и будущим хорошим мужем и отцом.
Отец копал шпинат на соседнем огороде. Зелёный шпинат с землёй, на корнях висела дикая горчица. — В этом году шпинат вырос хорошо, нам хватит на несколько ужинов, — отец положил шпинат в бамбуковую корзину и, повернувшись, увидел, как я смотрю на канаву, растерянно. — Когда ты подрастёшь, папа возьмёт тебя сюда ловить рыбу, хорошо?
Мои глаза загорелись, и я изо всех сил кивнул. В прошлой жизни отец рано умер, он никогда не брал меня на рыбалку. В этой жизни не только отец научит меня ловить рыбу, но и я смогу играть у реки вместе с Лили. Я смотрел на водоросли в реке, и в голове уже начал строить планы: когда отец сделает мне маленькую бамбуковую палку, я приду сюда попробовать. Сначала я буду наблюдать за повадками рыб, смотреть, где они любят останавливаться, что они любят есть. — В прошлой жизни я всегда бросал наживку наугад. В этой жизни я стану человеком, который понимает рыбу.
Когда солнце поднялось до зенита, мы, неся полные корзины, шли обратно. На заднем сиденье велосипеда мы с Лили сидели бок о бок. У неё в руке была маленькая бамбуковая ветка, сделанная для неё отцом. У меня в руке была тонкая стебель тростника, похожая на маленькую удочку. Ветер проносился мимо ушей, принося аромат пшеничных полей и влагу реки. Я смотрел на Лили рядом, на спины родителей впереди, и чувствовал себя спокойно и уверенно.
Когда мы вернулись в жилой квартал, то как раз встретили Мастера Вана из соседнего дома. Он держал радиоприёмник и слушал чтецкие рассказы «Юэ Фэй». — Старина Чэнь, вы сегодня накопали много дикой горчицы, придёшь к нам вечером на пельмени? — улыбнулся Мастер Ван. Отец живо согласился, мать тоже улыбнулась: — У меня как раз прошлогодний свиной жир, для начинки будет ароматнее.
Я лежал на руках у матери, слушая их смех, вдыхая аромат шпината из бамбуковой корзины, и тайком думал: вот она, жизнь, которую я хочу. С семьёй, с любимой, с ожиданием рыбалки, без сожалений и раскаяний прошлой жизни. В следующий понедельник нам предстоит записываться в детский сад. Скоро я смогу ходить в школу вместе с Лили, вместе расти, вместе смотреть, как мальки в этой канаве вырастут в больших рыб, вместе смотреть, как стебель тростника в моей руке превратится в настоящую удочку.
Вечером мать варила шпинатный суп на угольной печи, отец сидел у лежанки и строгал мне маленькую бамбуковую палку. Стружка падала на пол, издавая лёгкий аромат бамбука. Пальцы отца были очень ловкими, он закруглил верхний конец палки и просверлил маленькое отверстие, сказав, что потом можно будет привязать верёвку. Я лежал рядом и смотрел, уже представляя: привязать хлопковую нить, согнуть крючок из швейной иглы, накопать червяков в качестве наживки – может быть, удастся поймать маленькую рыбку.
— Завтра, когда отшлифуем бамбуковую палку, привяжу тебе красную нитку, будет красиво, — отец положил готовую палку передо мной. Она была чуть длиннее моего предплечья, как раз удобно держать в руке. Я протянул руку и обнял палку, чувствуя тепло на душе. — Это моя первая «удочка» в этой жизни. Хотя она ещё не может ловить рыбу, она несёт в себе любовь отца и мои ожидания будущего.
Лунный свет снаружи проникал в окно, падая на маленькую бамбуковую палку, придавая ей слабый блеск. Я лежал на лежанке с палкой в руках, слушал, как мать и отец тихо обсуждают завтрашние дела, и тайком говорил себе: «Чэнь Ю, расти хорошо, учись хорошо рыбачить, хорошо защищай тех, кто рядом. В этой жизни ты обязательно сможешь выловить свою судьбу и сохранить своё счастье.»
http://tl.rulate.ru/book/198060/22034971
Готово:
