Слова Старшего Мастера Цзо окончательно вынесли приговор старинной картине. Все втайне затаили дыхание, испытывая к Цзо Мину легкое пренебрежение. Конечно, они не подавали виду, ведь не было смысла наживать врагов, да и бить лежачего — дело неблагодарное, особенно когда у него есть такой «хозяин». К тому же, это был родной внук Старшего Мастера Цзо. Лучше было промолчать.
Цзо Мин, опустивший голову, приподнялся и окинул взглядом присутствующих. Он заметил, что Тан Хао украдкой посмеивается. Видя его противную ухмылку, этот самодовольный вид победителя, Цзо Мин почувствовал безграничное унижение. Затем он посмотрел на выражения лиц других, и ему показалось, что все они молча насмехаются над ним. Особенно когда он увидел, как его богиня с улыбкой смотрит на этих двух неприятных ему парней. Сердце его сжалось от досады. Не в силах больше терпеть, Цзо Мин в гневе обратился к дедушке: «Дедушка, разве ты не говорил, что эта картина — подлинник?»
— Чепуха, когда это я говорил, что эта картина — подлинник? — тут же возразил Старший Мастер Цзо. Старик, будучи в преклонных летах, больше всего ценил репутацию. Даже если родной внук хотел опозорить его на людях, он не мог этого позволить.
— Да, — подхватил Цзи Сюаньцэ, — никто из нас не слышал, чтобы Старший Мастер Цзо говорил, что эта картина — подлинник.
Окружающие согласно закивали. Цзо Мин оказался в крайне неловкой ситуации. Он не мог возразить, ведь его дедушка действительно ничего подобного не говорил. Раз уж он не мог винить дедушку, он мог лишь сверлить взглядом Цзи Сюаньцэ. Если бы не этот парень, появившийся невесть откуда, он бы не оказался в таком положении. Его отношения со Сюэ Шитин и так не были особенно близкими, а теперь он еще и произвел на нее впечатление неумехи, у которого не хватает знаний. Ведь он зарабатывал этим на жизнь. Подумав об этом, он еще с большей ненавистью уставился на Цзи Сюаньцэ и Тан Хао.
В отличие от Цзо Мина, Старший Мастер Цзо, наоборот, очень одобрительно отнесся к Цзи Сюаньцэ, чем больше смотрел, тем больше он ему нравился. Он посчитал этого парня сообразительным. Таким, который может чего-то добиться. Ведь если бы он действительно подтвердил подлинность этого предмета, Цянь Шаохуэй наверняка бы его купил, а Сюэ Шитин, скорее всего, тоже. Вот тогда был бы настоящий позор, стыд до самых пят.
Сюэ Шитин поспешила разрядить обстановку: «Хорошо, хорошо, Старший Мастер Цзо, вы еще не рассказали об этой картине! Скорее расскажите нам о ней, чтобы мы расширили кругозор!»
Сюэ Шитин обладала природным талантом к бизнесу, и, проработав в обществе много лет, кое-что понимала в человеческих отношениях, но в антиквариате и каллиграфии разбиралась не очень хорошо. Поэтому, помимо подходящего годового бонуса, она должна была оказывать Старшему Мастеру Цзо должное уважение. Как бы там ни было, Цзо Мин был его внуком, и его репутацию нужно было беречь.
— Хорошо, — Старший Мастер Цзо обратился к собравшимся, — хотя существует деление на сырую, готовую и полусырую сюаньскую бумагу, вся сюаньская бумага ощущается мягкой и легко рвется. Бумага, используемая для печатной продукции, обычно не является сюаньской. Хотя она выглядит как сюаньская бумага, ее поверхность гладкая, она прочная на разрыв и ее трудно порвать. Кроме того, бумага более тонкая и воздухопроницаемая, а подделка — более грубая. Вы можете попробовать сами.
Сказав это, Старший Мастер Цзо повернулся к Цзи Сюаньцэ: «Молодой брат, у тебя превосходная техника оценки древностей!»
— Где там, где там, перед мастером, как я смею выставлять напоказ свое искусство! По сравнению с мастером, мне еще далеко, как до Луны пешком! — льстиво ответил Цзи Сюаньцэ.
— Ха-ха-ха, хорошо, хорошо, держись с достоинством, но без высокомерия. По сравнению с твоими навыками оценки, твой нрав еще более ценен, — громко рассмеялся Старший Мастер Цзо.
Услышав их разговор, Цзо Мин, стоявший рядом, покраснел еще сильнее от стыда. Его отвращение к Цзи Сюаньцэ только усилилось.
Цзи Сюаньцэ сказал: «Мастер, как ведущий археолог Страны Дракона, я всегда с восхищением читал ваши статьи. Каждый раз, перечитывая их, я открываю для себя что-то новое. — Затем он повернулся к Цзо Мину: — Я также читал статьи, опубликованные господином Цзо. Они действительно отличаются уникальным мышлением и оригинальностью замысла. Хотя я не очень разбираюсь в антиквариате, я хорошо изучил историю. Статьи господина Цзо помогли мне еще яснее понять историю. А с госпожой Сюэ они просто как... созданы друг для друга...»
Сказав это, Цзи Сюаньцэ бросил взгляд на Сюэ Шитин и, заметив, что ее лицо стало мрачнее, тут же замолчал. Он подумал: «Этот Цзо Мин — еще один несчастный влюбленный, страдающий от безответной любви!» Затем он продолжил: «Я уверен, что под руководством такого выдающегося человека, как Старший Мастер Цзо, вы в скором времени станете выдающимся экспертом в области оценки древностей. Возможно, через несколько лет вы станете главным оценщиком Павильона Тысячи Сокровищ, и Старший Мастер Цзо сможет наконец спокойно отправиться путешествовать по прекрасным горам и рекам Страны Дракона».
Эти слова, сказанные в таком обилии, привели Старшего Мастера Цзо и Цзо Мина в хорошее настроение. Старший Мастер Цзо подумал: «Парень. Продолжай говорить! Если умеешь говорить, говори побольше».
Цзи Сюаньцэ увидел, что на лице Цзо Мина постепенно появилась улыбка, видимо, он остыл. Действительно, слова Цзи Сюаньцэ о том, что они «созданы друг для друга», очень ему пришлись по душе.
Цзи Сюаньцэ, глядя на этого самодовольного, простодушного человека, который не умел скрывать своих эмоций и не имел ни капли хитрости, радостно рассмеялся.
Сюэ Шитин не хотела больше слушать их взаимную хвальбу и тут же прервала их разговор, сказав: «Способности Старшего Мастера Цзо всем очевидны, но в чем заключается намерение господина Цяня, представившего эту подделку?»
Цянь Шаохуэй сказал: «Я купил это у уличного торговца несколько дней назад, думал, что смогу хорошо заработать. Но Старший Мастер Цзо разоблачил меня. Я хотел, чтобы госпожа Сюэ и Старший Мастер Цзо тоже увидели новейшие технологии подделки! Кроме того, я слышал, что недавно появилась группа еще более искусных фальсификаторов реликвий. Многие мастера тоже ошибались. Я пришел специально, чтобы уведомить госпожу Сюэ».
— О! Тогда спасибо, молодой господин Цянь. — Она произнесла слова «молодой господин Цянь» с особым ударением. Ведь как можно было не заметить его уловки, если он смог открыть магазин антиквариата собственными силами? Что касается появления на рынке множества тонко подделанных изделий, эта новость давно не была секретом. Хорошо сказано. Если бы Старший Мастер Цзо действительно ошибся, он бы продал эту картину ей. И она, скорее всего, купила бы ее, потеряв и деньги, и репутацию. Став в итоге полным дураком. Похоже, ей действительно стоит поблагодарить этих двоих господ. Так подумала Сюэ Шитин. Похоже, ей действительно нужно будет смотреть в оба глаза в будущем.
Цянь Шаохуэй бросил на Цзи Сюаньцэ многозначительный взгляд и спросил: «Не знаю, как зовут этого молодого господина?»
— Цзи Сюаньцэ, — спокойно ответил Цзи Сюаньцэ.
— Цзи, — одновременно удивились Цянь Шаохуэй и Сюэ Шитин. Эта фамилия была нечастой, но они не знали, связана ли она с семьей Цзи из столицы.
Цянь Шаохуэй и Сюэ Шитин, которые в таком юном возрасте смогли управлять компаниями, не были обычными людьми и думали о многом. Глядя на их одежду — один в обычной одежде неизвестной марки, другой, хотя и был известен в обычных кругах, но не впечатлял таких отпрысков из богатых семей, да еще и в старых моделях. Это совсем не походило на важных членов какой-либо семьи. Неужели их притесняют?
К тому же, если бы он действительно был из семьи Цзи, как он мог жениться на члене семьи Тан? И они никогда не слышали о брачном союзе семьи Тан и семьи Цзи! Может быть, этот Цзи Сюаньцэ тоже какой-то второстепенный персонаж? Или они слишком много думают? Однако это имя действительно знакомо, будто они где-то его слышали.
Эти двое, Цянь Шаохуэй и Сюэ Шитин, не были теми, кто судит по внешности. Поскольку они не могли вспомнить сразу, им оставалось только тщательно расследовать это дело, когда они вернутся.
Цянь Шаохуэй, увидев, что дело не складывается, почувствовал скуку и сказал: «Госпожа Сюэ, Старший Мастер Цзо, господин Тан, господин Цзо Мин, господин Цзи, я передал вам новости, так что мы пойдем первыми».
Видя, что Цзи Сюаньцэ держался спокойно и ничем не выдавал себя, Цянь Шаохуэй подумал, что он действительно слишком много думает, у этого парня действительно нет никакого благородства.
Старший Мастер Цзо с внуком и Тан Хао не стали отвечать, лишь Цзи Сюаньцэ и Сюэ Шитин вежливо ответили. После того, как все ответили, та женщина убрала картину, и Цянь Шаохуэй с остальными ушли.
Отойдя подальше от магазина, Цянь Шаохуэй спросил: «Вам не кажется знакомым этот господин по фамилии Цзи?»
Женщина рядом ответила: «Два года назад, кажется, мужчина женился по доверенности на самой красивой женщине семьи Тан, Тан Жуовэй. Его, кажется, звали Цзи Сюаньцэ. Тогда это вызвало большой резонанс в нашем городе JL».
— Кхм. — Цянь Шаохуэй не мог поверить. Семья Тан, будучи недавно появившейся семьей третьего разряда, если бы Цзи Сюаньцэ действительно был из этой семьи, как он мог жениться по доверенности? Цянь Шаохуэй покачал головой. Похоже, он действительно слишком много думал. Хотя он и провел расследование тогда, но для верности пусть его подчиненные проведут еще одно расследование.
http://tl.rulate.ru/book/196608/21486561
Готово:
