В это время дня поймать такси было той ещё задачей. Даже если бы и удалось, судя по ситуации на дорогах, машина вряд ли бы двигалась быстрее пешехода.
Поскольку Ян Чжэнь должен был прибыть только после полудня, Ли Хунфэй решил не ждать и отправился к больнице бегом. По пути он заскочил в придорожную лавку, купил пакет горячих паровых булочек, а заодно прихватил жареную курицу для Хуэй Саньюаня.
Спустя час с лишним Ли Хунфэй, тяжело дыша и сжимая в руках пакеты, наконец добрался до палаты. Му Цинвань уже спала, а рядом с её кроватью сидел какой-то мужчина.
Ли Хунфэй окинул его оценивающим взглядом. Судя по дорогой одежде и манере держаться, тип был не из простых. Сначала он подумал, что это отец Му Цинвань или кто-то из её родственников, но на вид незнакомец был всего на несколько лет старше его самого.
— Эм... Вы кто будете? — спросил Ли Хунфэй, подходя к кровати и ставя пакет с булочками на тумбочку.
Мужчина в очках, выглядевший весьма интеллигентно и мягко, вежливо протянул руку, заметив вошедшего.
— Здравствуйте. Я брат Сяовань, меня зовут Чэнь Янь. А вы?
— О, я её коллега и напарник.
Ли Хунфэй пожал ему руку и уже собирался разбудить девушку, чтобы та поела, но вдруг замер, осознав странность.
— Погодите-ка! У неё фамилия Му, а у вас — Чэнь. Какой же вы ей брат? Двоюродный?
Чэнь Янь покачал головой:
— Нет.
— Тогда кто? — в Ли Хунфэе внезапно проснулось любопытство. — Отцы разные? Или... вообще никакой кровной связи?
— Не гадайте. Можно сказать, мы выросли вместе, — в голосе Чэнь Яня не было злости, скорее лёгкое снисхождение. — Товарищ полицейский, я хотел спросить... Не в вашем ли отделе недавно появился некто по имени Ли Хунфэй?
— А, это я. У вас какое-то де...
Договорить он не успел — в лицо прилетел хлёсткий удар кулаком.
— Какого чёрта?! — Ли Хунфэй схватился за челюсть, опешив от такой наглости. — Ты что творишь, придурок?
— Так это ты, тот самый шарлатан?! Из-за твоих фокусов Сяовань оказалась в таком состоянии! Я тебя пришибу!
От недавнего образа интеллигента не осталось и следа. Чэнь Янь, исказившись в лице от ярости, снова замахнулся.
Ли Хунфэй только глазами сверкнул. «Ну уж нет, парень, я тебе не боксёрская груша!»
Он инстинктивно отступил на полшага, разрывая дистанцию и принимая боевую стойку. Шаг по схеме Багуа, гибкий уклон — и кулак Чэнь Яня лишь рассёк воздух. В ту же секунду Ли Хунфэй резко выбросил правую руку, нанося мощный удар противнику точно под мышку.
Оборона Чэнь Яня мгновенно рухнула. Он согнулся пополам, а его лицо побагровело и перекосилось от боли. Тот, кто хоть раз получал в это место, знает — ощущения непередаваемые.
Но Ли Хунфэй и не думал останавливаться. Он всю ночь пахал ради мира во всём мире, глаз не смыкал, а вернувшись, должен ни с того ни с сего получать по лицу?
«Если я из тебя сейчас всю дурь не выбью, значит, ты сегодня просто плохо завтракал!»
Ли Хунфэй рванулся вперёд, его пальцы сложились в когти, и он молниеносно провёл захват снизу:
— Получай!
— А-а-а! — Чэнь Янь взвыл, судорожно сжимая ноги. Его лицо за долю секунды приобрело цвет спелой печени.
Пользуясь моментом, Ли Хунфэй схватил его за волосы, резко дёрнул вниз и одновременно всадил колено ему в лицо.
Раздался глухой удар. Схватившись за голову, Чэнь Янь попятился, пока не рухнул на пол, продолжая жалобно стонать.
Шум разбудил Му Цинвань. Её правая рука была зафиксирована повязкой, поэтому она, опираясь на левую, с трудом села на кровати, недоумённо переводя взгляд с одного на другого.
— Вы... что вы здесь устроили?
Ли Хунфэй потёр ноющее предплечье:
— Да ничего особенного. Этот тип решил помериться силами, ну я его и проучил немного.
Му Цинвань неловко посмотрела на скорчившегося на полу Чэнь Яня и тихо прошептала Ли Хунфэю:
— Тебе не кажется, что ты перегнул палку?
Ли Хунфэй так же тихо указал на свою покрасневшую челюсть:
— А ты не хочешь спросить, где нашла такого «братца»? Налетел как ошпаренный. Скажи спасибо, что я его душу в бутылку не засунул — только ради тебя сдержался!
— А-а, понятно, — Му Цинвань кивнула и повернулась к Чэнь Яню. — Чэнь Янь, ты... живой там?
Тот ничего не ответил. Ему потребовалось немало времени, чтобы отдышаться и наконец подняться на ноги.
— Сяовань, я в порядке... Просто когда я увидел тебя в таком виде...
Му Цинвань перебила его резким жестом:
— Раз в порядке, то иди куда шёл. Перестань следить за каждым моим шагом. Ты вроде как большой босс, имей хоть каплю гордости!
Ли Хунфэй покосился на гостя. Похоже, Му Цинвань этого парня совсем не жаловала. «Надо будет как-нибудь подкараулить его в тёмном переулке с мешком, а то один удар по лицу — слишком дешёвая цена за его наглость».
Отношение Чэнь Яня к Му Цинвань разительно отличалось от того, как он смотрел на Ли Хунфэя:
— Сяовань, я же просто волнуюсь. Я слышал, что этот шарлатан втянул тебя в беду, да ещё и убедил отказаться от нормального лечения. Я просто не сдержался.
— Ой, избавь меня от этого, — фыркнула девушка. — С твоими-то навыками только и махать кулаками. Со мной всё нормально, иди занимайся своими делами.
— Сяовань, я только приехал, а ты меня уже прогоняешь? — Чэнь Янь попытался выдавить улыбку. — Я привёз нескольких экспертов по ортопедии из города Тяньхай, они сейчас в кабинете главврача. Может, пусть они тебя осмотрят, и тогда я уйду?
— Я сказала — не нужно. И учти: если посмеешь заикнуться моим родителям, что я ранена, пеняй на себя!
Лицо Чэнь Яня потемнело. Он бросил полный ненависти взгляд на Ли Хунфэя и, не оборачиваясь, вышел из палаты.
Ли Хунфэй лишь презрительно скривился. Хвост занёс, индюк напыщенный. В следующий раз встретимся — ещё раз огребёшь!
Как только дверь за Чэнь Янем закрылась, Му Цинвань не выдержала и прыснула со смеху.
— Ли Хунфэй, не ожидала, что ты дерёшься так грязно.
— Это ещё что. Скажи спасибо, что глаза ему не выдавил!
Ли Хунфэй подошёл к свободной койке и с наслаждением развалился на ней.
— На столе паровые булочки, ешь, пока горячие.
Глаза Му Цинвань радостно блеснули. Она устроилась поудобнее и левой рукой достала из пакета булочку, тут же отправив её в рот. Врачи запретили ей жирное и мясное, но для неё, обожающей мясо, сидеть на постном бульоне было хуже всякой пытки.
— Кстати, что там с Ван Сяолинем? — спросила она, жадно поглощая еду. Если бы её сейчас увидели медсёстры, нагоняя было бы не избежать.
— Ван Сяолинь мёртв.
Ли Хунфэй заложил руки за голову, глядя в потолок.
— Те мстительные призраки прикончили его. Его душа сейчас запечатана у меня в банке.
Му Цинвань лишь равнодушно пожала плечами:
— Подох и подох. Получил по заслугам.
Ли Хунфэй вкратце пересказал ей события ночи и тяжело вздохнул. Позволив призракам совершить самосуд и запечатав душу для пыток, он почувствовал, что его магическая сила заметно поубавилась.
Не нужно было гадать — это Указ Небесного Наставника наказал его за бездействие. Но Указ — это лишь предмет, а он — живой человек.
Он не мог заставить себя защищать такого подонка, как Ван Сяолинь, или нападать на души невинно убитых им людей. Даже если Указ Небесного Наставника лишил его части сил, совесть Ли Хунфэя была чиста.
Убийство призраками — это, конечно, неправильно. Но в этом мире всё связано причинно-следственной связью. Если Ван Сяолинь не поступал по-человечески, то почему призраки должны соблюдать законы иного мира?
Это и есть круговорот кармы — возмездие, которого не избежать. А что касается заточения души... Ли Хунфэй просто не хотел, чтобы такая мразь отделалась слишком лёгкой смертью.
Слушая тихий голос Му Цинвань, Ли Хунфэй почувствовал, как веки тяжелеют, и провалился в глубокий сон.
http://tl.rulate.ru/book/193486/21361642
Готово:
