Глава первая: Хэшан Гун наставляет Императора Вэня
Говорят, во времена правления Императора Вэня, он особенно любил читать «Дао Дэ Цзин» Лао-цзы и даже приказал всем князьям и министрам изучать его. Однако книга была столь глубока и таинственна, что многие места император и министры никак не могли постичь, сколько ни бились над ними. В народе поговаривали, что на берегу Желтой реки живёт некий «Хэшан Гун», который является настоящим бессмертным и только он один может полностью раскрыть истинный смысл этой книги.
Услышав это, император немедленно послал людей с вопросами, чтобы просить разъяснений. Однако Хэшан Гун, сидевший в соломенной хижине, даже не поднял век и спокойно сказал: «Путь (Дао) почитается, а добродетель возвышается. Как можно издалека просто задавать вопросы и ожидать ответов?» Эти слова достигли ушей Императора Вэня, и он почувствовал некоторое неудовольствие: «Под всем небом нет ни одного владения, которое не принадлежало бы мне; ни один уголок земли, где бы ни жили мои подданные! Из «четырёх великих» (Дао, Небо, Земля, Правитель), которые существуют между Небом и Землёй, Правитель занимает одно место! Каким бы могущественным ни был Хэшан Гун, разве он не мой подданный? Зачем так держать себя?»
Император решил сам встретиться с этим мудрецом. Он в сопровождении свиты величественно прибыл к скромной хижине на берегу Жёлтой реки. Увидев Хэшан Гуна, Император Вэнь изложил своё недовольство: «Почтенный старец, всё под небом принадлежит мне. Хотя вы и постигли Дао, вы всё же мой подданный. Как вы можете не быть скромнее и вести себя так высокомерно?»
Хэшан Гун услышал это, но не рассердился, лишь тихо хлопнул в ладоши. Произошло нечто странное! Его тело, словно пёрышко, легко поднялось над землёй и повисло в воздухе, на добрых несколько чжан (примерно 10 метров) над землёй! Он посмотрел вниз на императора и его голос, словно из ниоткуда, разнёсся в воздухе: «Я, старик, сверху не касаюсь Неба, посередине не обременяю людей, а снизу не твердо стою на земле. К кому же я отношу себя как подданный?»
Император Вэнь, увидев это зрелище, чуть не потерял сознание от страха! Разве это обычный человек? Он поспешно спрыгнул с колесницы, упал на колени и стал бить поклоны, словно толкущий чеснок: «Это я, в своей малой добродетели, унаследовал дело предков. Моих способностей мало, а ноша велика, и я не сплю по ночам от забот. Хотя я и занимаюсь мирскими делами, моё сердце искренне почитает Великий Путь! Просто мои способности ограничены, и я не могу постичь многие истины. Умоляю, наставник-бессмертный, укажите мне путь!»
Хэшан Гун увидел искренность императора и достал из-за пазухи два свитка, написанных на шёлке, и протянул их Императору Вэню: «Возьмите и тщательно изучите. Ваши сомнения найдут ответы в этих книгах. Не спрашивайте больше, и не давайте их читать тем, кто имеет нечистые помыслы». Не успел он договорить, как его фигура исчезла на месте! Сразу же небо затянули чёрные тучи, окутал туман, небо и земля словно перемешались, превратившись в хаос. Через некоторое время всё снова прояснилось.
Император Вэнь, держа два шёлковых свитка, будто обрёл величайшее сокровище. Вернувшись, он действительно усердно изучал их и получил огромную пользу. Позже люди говорили, что Император Вэнь любил учение Лао-цзы, но простым людям было трудно понять истинный смысл, поэтому бессмертный специально спустился, чтобы научить его. А поскольку он боялся, что сердце императора будет недостаточно искренним, он продемонстрировал ему своё божественное искусство летать в небе. Разве это не соответствует словам Лао-цзы: «Святой не имеет постоянного сердца, он принимает сердце народа как своё сердце»? Помыслы бессмертного также меняются в зависимости от искренности искателя Дао!
Глава вторая: Люй Гэнь демонстрирует чудеса и наказывает наместника
В период династии Восточная Хань в Чанъане жил учёный по имени Люй Гэнь, чьё второе имя было Цзюньань. В молодости он досконально выучил Пять классиков и в Суйхэ втором году правления Императора Чэн-ди получил звание Сяолянь, став чиновником. Позже, по неизвестной причине, он внезапно разочаровался в мирской жизни и отправился в чрезвычайно высокий и опасный горный пещерный грот на горе Суншань для самосовершенствования. Пещера была бездонной, и взгляд вниз вызывал головокружение.
Люй Гэнь совершенствовался в горах, не надевая одежды ни зимой, ни летом. Его тело покрылось волосами длиной в один-два чи, но лицо оставалось как у четырнадцати-пятнадцатилетнего юноши. Только глаза были глубоко запавшими, а борода и усы — жёлтыми и жёсткими, длиной в три-четыре цуня. Удивительно, но иногда, сидя и разговаривая с ним, можно было заметить, как его ветхая одежда в мгновение ока превращалась в высокую шляпу и чёрное даосское одеяние. Он так быстро менял одежду, что никто не мог разглядеть процесс! Один чиновник по фамилии Хэн рассказывал, что его предок был ровесником Люй Гэня. Позже, во время правления Ван Мана, императорский двор несколько раз посылал людей пригласить Люй Гэня на службу, но Люй Гэнь не обращал на них никакого внимания. Чиновник Хэн послал мелкого чиновника по имени Ван Чжэнь в горы, чтобы передать приветствия, но Люй Гэнь даже не ответил. Позже был послан Цзо Гун Чжао Гун, чтобы выразить уважение, но Люй Гэнь лишь сказал: «Передайте мою благодарность господину Фу», и больше ничего не добавил.
Позже в округе Инчуань прибыл новый наместник по фамилии Гао. Вскоре после его вступления в должность в округе вспыхнула страшная эпидемия, унёсшая более половины жителей, и даже вся семья наместника заболела. Наместник Гао был в отчаянии и снова послал Ван Чжэня к Люй Гэню, чтобы просить способ остановить эпидемию. Ван Чжэнь упал на колени перед Люй Гэнем и горячо умолял. Люй Гэнь почувствовал жалость и сказал ему: «Возвращайся, выкопай яму глубиной в три чи на месте, соответствующем направлению дворца Тайсуй (звезда Юпитер) в направлении земной энергии, насыпь туда песка, а затем пролей обильно вином. Если сделаешь так, больные выздоровеют».
Наместник Гао отнёсся скептически, но всё же выполнил указание. И что же? Это действительно оказалось чудодейственным! У больных спала температура, прекратился кашель, и эпидемия вскоре исчезла. Этот метод применялся несколько раз, и каждый раз он был эффективен.
Однако хорошему не суждено было длиться долго. Прибыл новый наместник по фамилии Чжан. Этот человек был упрям, не верил в духов и призраков, наоборот, считал, что Люй Гэнь занимается колдовством и является еретиком! Он приказал послать стражников схватить Люй Гэня и обезглавить его. Все чиновники и служащие в правительственном учреждении уговаривали его не делать этого, но наместник Чжан ни в какую не слушал. Стражники отправились в горы, тайно сообщили Люй Гэню и посоветовали ему бежать. Люй Гэнь же с улыбкой сказал: «Наместник Чжан хочет, чтобы я пришёл? Тогда я приду. Если я не приду, вы не сможете отчитаться, и он, несомненно, будет вас ругать за то, что вы не осмелились схватить меня». В тот же день Люй Гэнь отправился в правительственное учреждение вместе со стражниками.
В правительственном учреждении устраивался банкет, и гостей было много. Как только наместник Чжан увидел Люй Гэня, он выстроил ряды — более пятидесяти стражников с стальными мечами, дубинками и верёвками стояли по обе стороны, свирепо глядя. Наместник Чжан сурово спросил: «Люй Гэнь! Какие у тебя колдовские трюки? Говори честно!»
Люй Гэнь не менял выражения лица: «Угу».
«Говорят, ты можешь вызывать призраков? Правда или ложь?»
«Могу».
«Хорошо! Тогда немедленно вызови сюда призрака! Если не сможешь, тебя тут же обезглавят!» — агрессивно спросил наместник Чжан.
«Вызвать призрака? Пустяк», — спокойно ответил Люй Гэнь, попросив чернильницу, кисть, бумагу и тушь. Когда он начал писать, столкновение кисти и тушечницы издало лязгающий звук, который был слышен даже снаружи! Затем он издал громкий крик, обращённый к небу. Этот крик был чистым и пронзительным, проникающим в самое сердце. Все гости в зале ощутили, как у них встали дыбом волосы, и их охватил страх!
Как только крик закончился, стена в южной части зала с грохотом рухнула, образовав проём шириной в несколько чжан! Оттуда, словно чёрная масса, хлынули четыреста-пятьсот солдат в доспехах! Среди них десятки солдат в красной одежде, конвоируя тюремную повозку, въехали прямо в зал через трещину в стене. Как только повозка въехала, стена с грохотом вновь стала целой!
Люй Гэнь приказал, обращаясь к тюремной повозке: «Выведите призрачного преступника из повозки!» Красноармейцы немедленно подняли брезент над повозкой. Все увидели, что в повозке связаны пожилая пара, крепко опутанная верёвками, с опущенными головами, подвешенные перед залом!
Наместник Чжан присмотрелся и чуть не упал в обморок от страха — связанные люди оказались его давно умершими родителями! Наместник Чжан потерял голову, слёзы и сопли текли ручьём, он был в полном замешательстве.
Тут старый призрак, обращаясь к наместнику Чжану, начал яростно ругаться: «Когда я был жив, ты был мелким чиновником с низким жалованьем, и я ни разу не пользовался твоими благами! Я умер, а ты, оказывается, посмел оскорбить бессмертного! Заставил нас быть схваченными и униженными! Тебе ещё есть лицо жить на свете? Ты опозорил моё старое имя!»
Наместник Чжан, услышав это, скатился по ступеням, упал на колени перед Люй Гэнем и бил лбом о землю, пока не пошла кровь: «Прости, наставник-бессмертный! Прости, наставник-бессмертный! Это я был слеп и виновен в смерти! Умоляю вас, проявите милосердие и отпустите моих родителей!»
Только тогда Люй Гэнь приказал: «Выведите преступников и разойдитесь!» Пятьсот солдат, конвоируя тюремную повозку, снова выехали из трещины в южной стене. Как только повозка проехала, стена снова сомкнулась, и повозка исчезла без следа. Фигура Люй Гэня также растворилась, словно дым.
Наместник Чжан был как сумасшедший, потеряв рассудок. Его жена тут же упала в обморок от страха. Через долгое время она пришла в себя и в ужасе сказала: «Я… я видела, как ушли предки нашего господина… они были в ярости и говорили: «Ты посмел оскорбить бессмертного и навлёк на нас пленение, мы сейчас же вернёмся и убьём тебя!»»
Действительно, меньше чем через месяц наместник Чжан, его жена и сын — все загадочно умерли.
Позже мелкий чиновник по имени Ван Чжэнь, который имел с Люй Гэнем некоторую связь, встречался с ним несколько раз. Однажды Ван Чжэнь, набравшись смелости, упал на колени и спросил Люй Гэня о его опыте становления бессмертным. Люй Гэнь рассказал ему:
«Когда я отправился в горы для усердного самосовершенствования, я прошёл почти все опасные места. Позже я прибыл на гору Хуашань, где встретил бессмертного, который ехал в колеснице белого оленя, сопровождаемый более чем десятью слугами и четырьмя юными девами лет пятнадцати-шестнадцати, державшими цветные талисманы. Я поспешно преклонился и бил поклоны, прося его указаний. Бессмертный спросил меня: «Ты слышал о Хань Чжуне?» Я ответил: «Слышал». Бессмертный сказал: «Я и есть Хань Чжун». Я поспешно представился: «Ученик с детства восхищался Путем, но, к сожалению, не встретил мудрого наставника. Я также изучил некоторые магические приёмы, но когда следую им, они не работают. Неужели мне не суждено стать бессмертным по судьбе? Сегодня мне посчастливилось встретить тебя, великий бог, это — моя заветная мечта, моё счастье. Прошу тебя, прояви великое милосердие и научи меня истинным методам!»
«Сначала бессмертный не хотел говорить, я был так встревожен, что плакал, и отчаянно бил поклоны, умоляя. Тогда бессмертный велел мне сесть и сказал: «У тебя есть кости бессмертного, поэтому ты можешь видеть меня. Но твои костный мозг недостаточен, кровь и ци слабы, умственная сила недостаточна, а сухожилия, мышцы и кожа ослаблены, поэтому приём лекарств и практика ци малоэффективны. Если ты действительно хочешь достичь долголетия, сначала нужно восстановить тело, устранить корни болезней и накопить силу в течение двенадцати лет, прежде чем сможешь принимать пилюли бессмертных».
«Существуют разные уровни становления бессмертным: одни могут летать в небе и управлять облаками, другие могут путешествовать по пяти священным горам, третьи живут вечно, принимая пилюли, а четвёртые достигают бессмертия через «освобождение тела» (оставляя ложное тело, истинное тело возносится). Ключ к совершенствованию — это приём лекарств. Лекарства делятся на три класса: высший, средний и низший, и бессмертные также делятся на высокие и низкие уровни. Не зная секретов мужских и женских практик, не умея вести ци и управлять дыханием, и не имея помощи божественных лекарств, нельзя стать бессмертным».
«Высшие пилюли бессмертных — это «Девять оборотов возвращающего эликсира» и «Золотая жидкость Великого Единства», после их приёма можно немедленно вознестись и стать бессмертным. Пилюли среднего уровня, такие как слюда и киноварь, хотя и не позволяют немедленно управлять драконами и облаками, но позволяют повелевать духами и жить вечно, изменяя свою форму. Самые низшие — это травяные лекарства, которые могут лечить болезни, укреплять и питать, отгонять зло и укреплять ци, но они не могут даровать бессмертие, максимум — жить несколько сотен лет или до естественной смерти. Ничему из этого нельзя доверять».
«Я поспешно бил поклоны: «Сегодняшнее ваше наставление — это величайший дар небес!» Бессмертный снова сказал: «Если ты действительно хочешь достичь долголетия, сначала нужно избавиться от « трёх червей*» (*в даосизме считается, что в теле человека живут три вида вредных червей) в теле». Когда «трёх червей» не будет, воля человека станет твёрдой, и жадность будет устранена». Затем он передал мне пять божественных рецептов и сказал: «Эти «три червя» каждый месяц в полнолуние и новолуние поднимаются на Небесный Двор, чтобы доносить о грехах людей, заставляя божество судьбы сокращать продолжительность жизни. «Божества» в человеческом теле хотят, чтобы люди жили, а «три червя» — чтобы люди как можно скорее умерли. Как только человек умирает, «божества» рассеиваются и превращаются в призраков. Призраки пользуются жертвоприношениями, поэтому «три червя» надеются на смерть человека». Когда ночью вы видите во сне, как сражаетесь с негодяями, это борьба между божеством в вашем теле и «тремя червями».
«Я, следуя словам бессмертного, приготовил и принял лекарства, после чего мне удалось стать бессмертным».
Ван Чжэнь также часто видел, как после того, как Люй Гэнь рисовал талисманы, казалось, кто-то слушал его призывы; иногда были слышны звуки допроса и порки, и даже были ответы, а иногда на земле появлялись пятна крови, хотя ничего не было видно — это было поистине таинственно.
Позже Люй Гэнь ушёл на гору Цзитоушань и стал бессмертным.
Глава третья: Ли Чжунфу подшучивает над глупым учёным
В деревне Чжунъи уезда Фэнъи жил необычный человек по имени Ли Чжунфу. В молодости он обучался дао у бессмертного по имени Ван Цзюнь, пил «водный эликсир», который имел хороший эффект, а также превосходно владел искусством «скрытого пути» (дуньцзя), умел складывать пальцы и произносить заклинания, чтобы полностью исчезнуть.
Прожив более ста лет, он, наоборот, становился всё моложе. В начале практики искусства невидимости он мог скрываться сто дней. Через год он мог иногда позволить людям увидеть себя. Позже он полностью «исчез», и можно было только слышать его голос, когда он разговаривал с людьми, ел и пил, но увидеть его было невозможно.
Пришёл учёный по фамилии Чжан, наслышавшись о нём, и настаивал на изучении этого искусства невидимости. Ли Чжунфу сказал ему: «Твой характер слишком нетерпеливый, а сердце узкое, тебе это не подходит». Но учёный не сдавался, назойливо просил, потратил десятки тысяч монет, ежедневно угощал Ли Чжунфу хорошим вином и едой, но так ничего и не выучил.
Учёный всё больше злился и задумал злое. Он взял с собой кинжал и отправился к Ли Чжунфу. Сначала он притворился, что разговаривает с Ли Чжунфу, точно определил местоположение его голоса, резко прыгнул, выхватил кинжал и начал без разбора наносить удары!
Каков же был результат? Кинжал пронзил пустоту! Ли Чжунфу, неведомо когда, уже сидел на постели и, смеясь, сказал: «Бывает ли в мире такой глупец, как ты! Не выучил даосских искусств, а хочешь убивать? Думаешь, я позволю тебе это сделать? Если бы я действительно хотел тебя убить, это было бы легко. Из-за твоей глупости я не хочу иметь с тобой дело». Сказав это, он позвал человека, принёс собаку и поставил её перед учёным, сказав: «Смотри внимательно, смогу ли я убить собаку».
Как только собака подошла, её голова с глухим стуком упала на землю! Живот также с треском разорвался! Ли Чжунфу, обращаясь к ошеломлённому учёному, крикнул: «Я могу сделать тебя таким же, как эта собака!» Учёный только тогда понял, насколько он силён, упал на колени и стал молить о пощаде. Ли Чжунфу тогда отпустил его.
У Ли Чжунфу был знакомый, который жил более чем в пятистах ли отсюда и зарабатывал на жизнь ловлей птиц сетями. Однажды он расставил сеть и поймал птицу. Взяв её, он увидел: Боже мой! Это же Ли Чжунфу! Они поговорили несколько слов, и Ли Чжунфу улетел. В тот же день Ли Чжунфу снова появился у себя дома, целый и невредимый! Он пробыл в мире людей более трёхсот лет, затем отправился на Западную гору Хуашань и больше не возвращался.
Глава четвёртая: Ли Ици предсказывает поражение Лю Бэя
В области Шу жил бессмертный по имени Ли Ици. Его видели ещё во времена Императора Вэня династии Хань, и он прожил до эпохи Троецарствия. У него не было ни жены, ни детей.
У него была удивительная способность: если кто-то собирался в дальнее путешествие и хотел добраться быстро, Ли Ици рисовал ему талисман и писал несколько иероглифов киноварью под его подмышками. Этот человек мог проходить тысячу ли в день и возвращаться в тот же день! Когда ему рассказывали о дворцах и рынках в далёких странах, и он не мог их представить, Ли Ици брал немного земли, лепил миниатюрную модель, размером всего в один дюйм, но с домами, людьми, рыночными товарами — всё было детально проработано! Выглядело очень живо! После просмотра модель исчезала. Иногда Ли Ици сам внезапно исчезал, а через год или около того появлялся снова. Собранные им милостыню и имущество он раздавал бедным. Обычно он жил в земляной норе в углу городской стены Чэнду, зимой и летом носил простую одежду из конопляной ткани, пил немного вина и ел сушёное мясо, финики и каштаны.
Позже император Шу Хань Лю Бэй, желая отомстить своему второму брату Гуань Юю, твёрдо решил напасть на Восточное У. Узнав, что Ли Ици — бессмертный, он послал людей с величайшим почтением пригласить его и спросить, будет ли эта военная кампания благоприятной или нет.
Ли Ици не говорил, только попросил бумагу и кисть. Он нарисовал плотное войско, оружие, боевые колесницы — более ста тысяч! Закончив, он взял бумагу, разорвал её на мелкие кусочки и издал звук «ду»! Затем он нарисовал взрослого человека (представляющего Лю Бэя), закончив, вырыл яму и закопал этот рисунок! Сделав это, он повернулся и ушёл, не сказав ни слова.
Люй Бэй, глядя на это, чувствовал смущение и был очень недоволен. Каков же был результат? Всё сбылось, как предсказал Ли Ици! Армия Лю Бэя была полностью сожжена Лу Сунем из Восточного У в битве при Илин. Из более чем ста тысяч солдат вернулось лишь несколько сотен, а всё оружие и продовольствие были потеряны! Лю Бэй, разгневанный и огорчённый, заболел в Дворце Юнъань в Белом императорском городе и вскоре умер.
Ли Ици обычно говорил очень мало, и если кто-то задавал ему вопрос, он почти никогда не отвечал. Жители Шу, имея неприятности, отправлялись к нему в земляную нору. Определить удачу или неудачу было просто: нужно было посмотреть на выражение лица Ли Ици: если он улыбался, значит, хорошее событие приближалось; если он хмурился и вздыхал, значит, точно наступали неприятности! Позже Ли Ици отправился на гору Ланъяшань, и его больше никто никогда не видел.
Глава пятая: Глупец Ван Син ест аир
В ущелье Хугу уезда Янчэн жил обычный человек по имени Ван Син. Он не умел писать и читать, и никогда не думал о том, чтобы изучать дао и стать бессмертным.
Однажды Император У династии Хань (Люй Чэ) поднялся на гору Суншань, достиг Каменной кельи Даюй и построил там даосский дворец, велев великому конфуцианцу Дун Чжуншу, гениальному таланту Дунфан Шо и другим поститься и омываться, чтобы искренне просить духов. Ночью Император У внезапно увидел гигантского бессмертного! Ростом в два чжана, с огромными ушами, свисавшими до плеч! Император У поспешно поклонился и спросил о цели прихода бессмертного.
Бессмертный сказал: «Я — дух горы Цзюйи. Я слышал, что в трещинах камней на горе Суншань растёт аир, который имеет девять узлов на дюйм длины, и его употребление в пищу дарует бессмертие, поэтому я пришёл собрать его». Сказав это, бессмертный исчез.
Император У обратился к своим приближённым с восхищением: «Этот бессмертный пришёл не для изучения дао и приёма эликсиров, он — дух Центральной горы Суншань, пришедший специально, чтобы наставить меня!» Затем он приказал собрать тот самый аир с девятью узлами на дюйм и сам начал его принимать. Прожив два года, Император У почувствовал стеснение в груди и сильный дискомфорт, поэтому прекратил приём. Многие из сопровождавших его чиновников также последовали его примеру, но никто не смог продержаться долго, и все отказались.
Только тот Ван Син, живший в ущелье Хугу, как-то узнал о том, что бессмертный научил Императора У есть аир для достижения бессмертия. Он подумал: «Император, с его драгоценным телом, не смог вынести этого. Я, простой человек, вынослив, попробую!» Он стал искать тот самый аир с девятью узлами на дюйм по всему склону горы, собирал его и ел каждый день, не прерываясь.
Каков же был результат? Этот Ван Син действительно достиг бессмертия! Его соседи, односельчане, поколение за поколением видели его и говорили: «С тех пор, как жили предки наших дедушек, Ван Син выглядел так же, ничуть не постарел!» Позже Ван Син, неизвестно куда ушёл, и совсем исчез. Только тогда все вдруг поняли: оказывается, самый неприметный глупец действительно стал бессмертным!
Глава шестая: Чжао Цюй встречает бессмертного и излечивается от проказы
В округе Шандан жил человек по имени Чжао Цюй, чьё второе имя было Цзыжун. Он страдал от очень тяжёлой проказы, тело покрывалось гноем и язвами, и он был на грани смерти. Знающий человек сказал его семье: «Пока он ещё жив, скорее бросьте его в глухие горы! Если он умрёт дома, ваши потомки на все поколения будут страдать, их «прокажённая энергия» будет их «разъедать»!»
Семья, не имея выбора, приготовила годовой запас сушёной еды и отправила его в глухие горы. Боясь, что он будет съеден дикими зверями, они обнесли его деревянным забором. Чжао Цюй, оставшись один в глухих горах, был полон печали и обиды, плакал днём и ночью.
Так прошло более ста дней. Однажды ночью он вдруг увидел трёх человек, стоящих перед каменной кельей, и они спросили его, кто он. Чжао Цюй подумал: «В этих глухих горах, где редко ступает нога человека, наверняка пришли бессмертные!» Он поспешно подполз, упал на колени и умолял о спасении.
Трое человек прошли сквозь деревянный забор, словно сквозь туман, без всяких препятствий. Они спросили Чжао Цюя: «Ты действительно хочешь выздороветь? Если да, то нужно принимать лекарства, сможешь ли ты продержаться?»
Чжао Цюй, плача, сказал: «Я тяжко согрешил, получил эту ужасную болезнь, был брошен семьёй и вот-вот умру. Если бы ампутация ног или отрезание носа могли спасти мне жизнь, я бы согласился! Что значит принимать лекарства? Пока я могу жить, я готов на всё!»
Бессмертные, увидев его искренность, дали ему кедровых орешков и смолы кедра по пять шэнов каждый, сказав: «Эти лекарства не только вылечат твою болезнь, но и даруют тебе долголетие. Съешь половину, и болезнь пройдёт. Когда болезнь пройдёт, не останавливайся, продолжай принимать». Чжао Цюй последовал их указаниям, и ещё до того, как лекарство закончилось, болезнь прошла, а тело стало невероятно сильным.
Он вернулся домой, и его семья подумала, что увидела призрака! Когда Чжао Цюй рассказал о произошедшем, все были одновременно поражены и обрадованы. Чжао Цюй продолжал принимать лекарства в течение двух лет, его внешность становилась всё моложе, кожа — гладкой, а бег — быстрым, словно у птицы! Ему было более семидесяти лет, но он мог жевать и глотать даже кости горной куропатки и дикого зайца! Сила его была поразительной, он мог нести тяжёлые грузы и идти далеко, не уставая.
Прожив сто семьдесят лет, однажды ночью во время сна он увидел свет в комнате, похожий на отражение света от зеркала. Он спросил у домашних, но никто ничего не видел. Однажды вся комната стала яркой, словно днём, и он смог писать ночью! Что ещё более удивительно, он обнаружил, что на его лице сидят две маленькие красавицы! Ростом всего три чи, очень красивые, только уши у них были поменьше, и они играли у него на носу! Эти две маленькие красавицы постепенно росли, становились такого же размера, как обычные люди, перестали сидеть у него на лице, а стали двигаться рядом с ним. Чжао Цюй часто слышал прекрасную музыку цитры и лиры, и его настроение было чрезвычайно радостным и счастливым.
Чжао Цюй прожил в мире людей более трёхсот лет, его внешность всегда оставалась как у юноши. Позже он ушёл в глухие горы, и никто больше не знал о его местонахождении.
Глава седьмая: Ван Яо играет на свирели и входит в гору бессмертных
В округе Поян жил человек по имени Ван Яо, чьё второе имя было Боляо. У него была жена, но не было детей. Ван Яо очень хорошо лечил болезни, и выздоравливали все. Его метод лечения был очень необычным: он не использовал жертвоприношения, талисманы с водой, иглоукалывание или отвары. Он просто брал кусок ткани длиной восемь чи, расстилал его на земле, садился на него, скрестив ноги, не ел и не пил. Через некоторое время пациент выздоравливал, он вставал и уходил.
Если встречались злые духи или демоны, вызывающие бедствия и вредящие людям, Ван Яо рисовал круг на земле веткой, создавая тем самым «тюрьму», а затем произносил заклинания, призывая их. Те духи и демоны, которые вредили, будь то лисы, крокодилы или змеи, принимали свой истинный облик и попадали в «нарисованную земляную тюрьму», не имея возможности двигаться! Ван Яо вытаскивал их, убивал и сжигал, и пациент немедленно выздоравливал.
Ван Яо носил с собой маленький бамбуковый ящик, длиной всего несколько дюймов, который он никогда не открывал. У него был ученик по фамилии Цянь, который пробыл с ним десятки лет, но так и не видел, что находилось внутри ящика.
Однажды ночью, под проливным дождём, в полной темноте, Ван Яо велел ученику нести тот маленький бамбуковый ящик, держа его на бамбуковой палке с девятью узлами, и последовал за ним под дождь. Странно было то, что одежда учителя и ученика нисколько не намокла! Они шли по дороге, которую ученик никогда раньше не видел. Ещё более удивительно было то, что впереди их всегда вели два источника света, похожие на факелы.
Пройдя около тридцати ли, они поднялись на небольшую гору и вошли в каменный грот. В гроте их уже ждали два человека. Когда Ван Яо прибыл, он снял бамбуковый ящик, который нёс ученик, и открыл замок. Внутри оказались три бамбуковые свирели с пятью язычками. Ван Яо взял одну для себя, а две другие отдал двум людям в гроте. Трое сели в ряд и начали играть на свирелях. Звук был утончённым и приятным, словно неземная музыка. Сыграв долго, Ван Яо встал, попрощался, убрал три бамбуковые свирели обратно в ящик и велел ученику нести его. Два человека из грота проводили их и сказали Ван Яо: «Тебе следовало вернуться раньше, зачем так долго задерживаться в мире смертных?» Ван Яо с улыбкой ответил: «Когда придёт время, я вернусь».
Вернувшись домой, Ван Яо пробыл там около ста дней. Однажды ночью под дождём Ван Яо внезапно встал и начал собирать вещи. Он достал простую одежду из конопляной ткани и головной убор из конопляной ткани — эти две вещи лежали на дне ящика более пятидесяти лет, и он никогда не надевал их. В эту ночь он надел их обе.
Его жена, увидев это, со слезами на глазах спросила: «Ты собираешься оставить меня и уйти?»
Ван Яо сказал: «Я просто выйду на время».
«Возьмёшь ученика Цяня с собой?»
«Только я один».
Жена, плача, схватила его: «Не можешь ли ты остаться ещё на несколько дней?»
Ван Яо похлопал её по руке: «Я вернусь». Сказав это, он сам, неся маленький бамбуковый ящик, вошёл в дождливую мглу и больше никогда не возвращался.
Спустя более тридцати лет его ученик по фамилии Цянь, находясь в Тишане, случайно снова увидел Ван Яо. Ван Яо выглядел моложе, чем в тот год, и, вероятно, уже стал свободным бессмертным.
http://tl.rulate.ru/book/190873/21168129
Готово:
