К счастью для меня и банковского счета моих родителей, я оказался одним из таких учеников. Благодаря опыту и знаниям в области точных наук длиною в жизнь, а также старой доброй зубрежке по всем остальным предметам, мои оценки всегда были идеальными. Наверное, мне должно было быть стыдно за то, что это сродни жульничеству... но мне не было. Я заслужил всё, что знал, и упорно трудился в этом втором шансе на жизнь, чтобы убедиться: мои знания актуальны и в этом новом месте. И, к счастью, так оно и было.
Забавная ирония, на самом деле.
Когда мне было столько же лет в первый раз, я был никем, пока меня не укусил тот паук — но я усердно трудился и выкладывался в школе на полную. После этого, из-за всего того безумия, что шло в комплекте с маской, я так и не оказался в положении, когда мог бы использовать свои навыки и знания для построения карьеры. Вместо этого я решил стать фотографом: снимал свое альтер-эго и продавал снимки в ту самую желтую газетенку, которая использовала их, чтобы постоянно смешивать мое доброе имя с грязью. Старина Джей Джона Джеймсон никогда не упускал возможности раскритиковать Человека-паука. И всякий раз, когда казалось, что я вот-вот смогу выкарабкаться из сокрушительных долгов, вечно что-то случалось и рушило все планы.
А в этот раз? По популярности я, конечно, не был интеллектуальной рок-звездой уровня Тони Старка, но мое имя уже начало расходиться в определенных кругах. Когда пришло время поступать в старшую школу, я получил предложения о стипендии в комплекте с солидными бонусами. Одно из предложений поступило от «ЛексКорп», а другое — от их конкурентов, «Уэйн Энтерпрайзис».
«ЛексКорп» предложила перевезти меня на юг через залив в Метрополис и поселить не в общежитии, а в собственной квартире на территории кампуса Академии Метрополис-сити. Хотя переезд и не казался чем-то масштабным, я не хотел решаться на него без серьезных стимулов, поскольку мне нравилось проводить время с родителями. О да, они предложили стимулы. Бесплатное обучение в старшей школе, затем бесплатное обучение в их колледже, квартиру, ежемесячную стипендию, бюджет на питание, бюджет на транспорт — и всё это при условии, что после окончания учебы я сразу же перейду работать в «ЛексКорп» на срок, не меньший того, что я провел в их учебных заведениях.
Я почти купился на гарантированную работу, но мне не нравилась мысль о том, что я не смогу дать заднюю, как только соглашусь на сделку. Слишком уж это смахивало на контракт с дьяволом.
«Уэйн Энтерпрайзис» предложили бесплатное обучение в Готэмской Академии и Готэмском Университете, а также отдельную комнату в общежитии на территории кампуса, как только я поступлю в университет. Но поскольку я жил в городе — и притом так близко от Академии — они не предлагали ни компенсации транспортных расходов, ни бюджета на еду. Зато они предложили оплачиваемую стажировку в «Уэйн Энтерпрайзис» на весь срок моей учебы и возможность устроиться в компанию на постоянную должность, если я сам этого захочу и если я подойду им после окончания обучения.
Более мягкие условия, стажировка, тот факт, что я оставался с родителями, а Академия находилась в нескольких минутах от дома — всё это склонило чашу весов в их пользу. Три года спустя я был вполне доволен своим положением и условиями обучения.
Подъехав к велопарковке, я достал из рюкзака цепь, пропустил её через раму и оба колеса, а затем повесил три надежных замка. Не тех дешевок, которые любой парень из интернета может открыть ударом другого замка. Даже здесь, на территории кампуса, Готэм оставался Готэмом — который, по сути, был тем же старым добрым Нью-Йорком, только хуже. Даже в элитной академии приходилось переживать, что какой-нибудь придурок украдет твой велик и сбежит безнаказанным, несмотря на камеры перед зданием, потому что школа всё равно не смогла бы ничего сделать с этим самым придурком.
Но это ненадолго.
Направляясь ко входу, я остановился, заметив копну ярко-рыжих волос. Там стояла девушка и нервно смотрела на листок бумаги в своих руках.
— Где же это?
— Эй, — окликнул я её и улыбнулся, когда она подняла голову. Её поразительно голубые глаза встретились с моими карими, слишком уж сильно напомнив мне другую рыжеволосую и голубоглазую девушку. — Нужна помощь?
Нервно усмехнувшись, она мило покраснела:
— Хах. Если не возражаешь?
— Конечно нет. В чем проблема?
— Я первокурсница и, ну... — девушка протянула мне листок, и, заглянув в него, я понял, что это её расписание. — Какое здание где находится?
Вспомнив свой собственный первый день и ту боль, с которой мне пришлось изучать планировку академии, я усмехнулся и жестом велел ей идти за мной. Мы вошли в здание и направились прямо по коридору.
— Пошли, я тебя провожу. Мой первый урок всё равно в том здании, — я улыбнулся ей. — Я Питер Паркер, кстати.
— Барбара Гордон. Тут всегда так многолюдно? — спросила она, держась за мной следом, пока я прокладывал путь сквозь толпу, заполнившую коридор.
— Да не. Это типичная суета первого учебного дня. Через пару дней всё успокоится.
Мы пробились через толпу, забившую коридор, и Барбара с облегчением выдохнула, когда мы вышли на улицу.
— Итак, школа разделена на четыре главных здания и четыре узкопрофильных, каждое из которых названо в честь семей-основателей Готэма, — объяснил я, указывая на нужные строения, а затем подытожил, обводя её вокруг большой часовой башни в центре зеленой зоны кампуса.
— Но есть лайфхак, чтобы всё запомнить. Четыре главных здания расположены по сторонам света. Администрация, учительская, математика, экономика и точные науки находятся в южном здании, через которое мы только что прошли. История, география, геология и политология — в северном здании, куда мы сейчас идем. Гуманитарные науки, психология и социология — в западном. Физкультура и кружки — в восточном. Бассейн — на северо-востоке, столовая — на юго-востоке, актовый зал — на юго-западе, а технический корпус — на северо-западе. Все твои занятия будут проходить снизу вверх по курсам. Так что занятия первого курса — на первом этаже, второго — на втором, третьего — на третьем, выпускников — на четвертом, а углубленки — на пятом.
http://tl.rulate.ru/book/180613/17897528
Готово:
