«Проклятие... Значит, «Проклятие окаменения» — это не врожденная болезнь...»
— Именно так. Это «проклятие».
На мгновение ей стало трудно это осознать.
Проклятие.
Она знала, что это такое. Разумеется, она понимала, что оно отличается от обычной болезни и что проклятий, возникающих «естественным путем», не существует.
Тогда это значит...
— ...Кто-то наложил на меня проклятие?
— Судя по обстоятельствам, да.
— Да кто же, во имя всего...!
Ее мысли лихорадочно заработали. Она не знала точно, когда именно подверглась воздействию магии.
Однако до сих пор она почти никогда не покидала пределов семьи.
В основном она посвящала себя тренировкам и не слишком любила бывать в свете.
«...Когда же это случилось?»
Она не могла даже предположить.
В этот момент Каль заговорил:
— Обычное проклятие можно наложить, воспользовавшись даже мимолетной оплошностью. Но в данном случае все иначе.
— Что вы имеете в виду?
— Проклятие статуи, от которого вы пострадали, — одно из самых скрытных и жестоких среди подобных заклятий. И метод его наложения, разумеется, крайне сложен.
Каль молча посмотрел на нее.
— Тот, кто это сделал, должен был находиться рядом с вами постоянно на протяжении как минимум года. То есть...
— Постойте.
Сама того не осознавая, она прервала его на полуслове. Почему-то ей не хотелось слушать дальше.
Но Каль не остановился. Напротив, он лишь пристально посмотрел на нее суровым взглядом и повторил:
— Высока вероятность, что это человек, тесно связанный с вашей повседневной жизнью. Возможно, ваша личная служанка. Но также...
— Вы хотите сказать, что это может быть кто-то из моей семьи?
— ...
Он не ответил. Но молчание было красноречивее слов. Она начала перебирать в памяти жизнь в поместье.
«Кто-то, кто занимал достаточно близкое положение, чтобы находиться рядом со мной больше года».
Тайлан — непростой род. Разве это не один из самых влиятельных герцогских домов в Империи?
Круг людей, которые могли оставаться с ней, прямым потомком этой семьи, наедине или подолгу находиться рядом, был крайне ограничен.
И, разумеется, все они были теми, кому она привыкла доверять. Семья, наставники и...
— Ах...
— Оптимистичные прогнозы бесполезны. С какой стороны ни посмотри, виновник определенно в вашем окружении.
Слова Каля были едкими. Он не пытался смягчить удар или подбирать выражения из жалости. Он просто излагал факты.
— Учитывая условия, о которых я сказал, в голове ведь уже всплыли имена?
— Этого... этого не может быть...
Воспоминания проносились перед ее глазами. Вассалы, что всегда встречали ее с лучезарными улыбками...
И.
«— Не волнуйся, Эйсилин».
...Члены семьи.
Невольно дрожа всем телом, она прошептала:
— Неужели мои родные...
— Этого я не знаю. Достоверно известно лишь то, что заклинатель, наложивший проклятие, — это кто-то из ваших приближенных.
Каль не стал настаивать на худшем варианте развития событий, удерживая ее от чрезмерного пессимизма. Однако мысль, однажды пустившая ростки, было не так-то просто остановить.
Приближенные. Если это человек, который мог быть с ней каждый божий день, круг подозреваемых сужается до предела.
В обычных обстоятельствах она бы никогда не засомневалась. Но жестокое проклятие истощило ее тело и разум, посеяв глубоко в душе семена недоверия.
Одного повода было достаточно. Всего одного толчка, чтобы едва затянувшиеся раны на сердце снова открылись.
Приближенные. Это может быть и не семья. Возможно, заклинателем был кто-то посторонний, каким-то образом получивший доступ.
Но что если нет? Что если те, кому она верила до этого момента, вонзили ей нож в спину, скрывая истину за улыбками?..
— Ах...
В ее старых воспоминаниях появился разлом. Хотя она понимала, что доказательств почти нет, от одной только мысли ее зрачки мелко задрожали.
— В-ведь это не так? Как вы и сказали, Каль, ничего не подтверждено...
— Верно. Ничего не подтверждено.
— Вот именно. Наверняка...!
— Значит, вы должны убедиться в этом собственными глазами, не так ли?
— ...!
От этих слов плечи Эйсилин вздрогнули. Хотя она и убеждала себя в обратном, почему-то ей было страшно узнать правду.
«Н-нет, не хочу...»
Она только обрела надежду избавиться от проклятия. Но что ей делать, если в конце этого пути ее ждет самая ужасная правда, которую она только могла вообразить?
В одиночестве. Она дрожала от страха. Осознание того, что ей не на кого положиться, было способно окончательно сокрушить ее и без того ослабленную психику...
Но именно тогда.
— Ну, я, конечно, пойду с тобой.
Каль просто усмехнулся, как будто его присутствие было чем-то само собой разумеющимся.
— ...Что?
— Условия контракта.
Каль хмыкнул и с невозмутимым видом достал свиток с контрактом.
— Так или иначе, если объект моих инвестиций сломается, я понесу убытки.
— Ах...
Она задумалась. Может ли она действительно доверять ему? Ведь наступил момент, когда она не могла полностью положиться даже на свою семью, не говоря уже о целом Великом доме.
Однако вскоре она качнула головой. Она все еще мало знала об этом человеке.
Но контракту, заключенному через «душу», точно можно было верить.
— Значит, мы «контрагенты»?
— Именно. Разве не бывает времен, когда подобные деловые отношения заслуживают большего доверия?
В его словах была доля истины. Она тупо уставилась на контракт, а затем невольно рассмеялась.
В конце концов, если Каль использует ее через этот договор, то и она может использовать его.
— В таком случае, прошу вас о помощи.
— С удовольствием.
В глазах ответившего ей Каля вспыхнул странный блеск.
«С Эйсилин закончили».
Почему я забочусь об этой девушке, которая мне, по сути, никто?
Конечно, как человек, когда-то бывший героем человечества, я не могу просто закрыть глаза на несправедливость... Но нет, это не так. Причина проста.
«Драконы».
Восемьсот лет назад среди них были те, кто был очарован проклятиями и смертью. Мы разделяли их по цветам, и тех тварей называли Черными Драконами.
Думаете, у нас было плохо с фантазией? Ну а что поделать. Простые названия легче запоминать, да и в те времена у нас не было лишних сил, чтобы отвлекаться на такие мелочи.
Как бы то ни было, эти существа сеяли повсюду проклятия и смерть ради собственного удовольствия.
И среди них... «...Было и Проклятие статуи».
Насколько я помню, его создал некий выскочка по имени Срониан, чтобы удовлетворить свои личные прихоти. Его страстью была «эстетика».
Он делал это, чтобы любоваться людьми, застывшими в позах, искаженных отчаянием и предсмертными воплями.
Поскольку это было его личное проклятие, оно не получило широкого распространения.
И вот оно снова появилось? Возможно, я ошибаюсь, но проверить все же стоит. Если обнаружить такие вещи слишком поздно, последствия станут необратимыми.
А если обнаружу? «Что бы это ни было, я найду и уничтожу его».
Тут и говорить нечего. Даже если Империя отрицает существование Убийц драконов, пока я здесь, Убийца драконов существует. В этом ведь и заключается смысл моего бытия.
Я помню тех тварей, которые до последнего мгновения пророчили свое возвращение.
«— Мы еще вернемся!»
Они никогда не бросали слов на ветер. Если сказали, что вернутся — значит, вернутся.
Проблема лишь в том, что никто не знает, когда именно это произойдет, но так или иначе...
— Ну что же.
Я обратился к Эйсилин, которая с потерянным видом смотрела в пустоту.
— Пора начинать?
— ...Что именно?
— Как это что? Тренировку.
Времени не так уж много. Разве сейчас не наступила эпоха, когда с помощью кругов телепортации можно за мгновение преодолеть расстояние, на которое раньше уходили недели?
Как только герцогский дом получит вести, им не потребуется много времени, чтобы прибыть сюда.
То, чему я научил ее раньше, было лишь основами. Теперь пришло время перейти к более продвинутому уровню.
— Разве я не могу просто продолжать в том же духе? Даже полное освоение того метода, который вы мне дали...
— Этого недостаточно. К тому же, метод тренировки, который тебе предстоит освоить, довольно сложен.
Поскольку это метод, способный сам по себе подавлять магию, он, естественно, сильно отличается от всего, что существует ныне.
Касилия. Восемьсот лет назад она была моей соратницей, сражавшейся вместе со мной на передовой против Драконов.
Метод тренировки ауры, который я собираюсь передать Эйсилин, — это именно то, что использовала Касилия. Он повышает сопротивляемость проклятиям и ядам, и, скажем так, специализируется на роли нерушимого щита.
Честно говоря, я долго раздумывал над этим. Перед смертью она просила, чтобы ее дело продолжало жить, но я не знал, как именно это осуществить.
Поскольку она была моим дорогим товарищем, я слишком долго размышлял, как исполнить ее волю наилучшим образом. Что если я передам эти знания не тому человеку?
Я бы до конца жизни не смог смотреть ей в глаза, если бы мы встретились на том свете. В итоге я так и не выполнил ее просьбу, пока не встретил Эйсилин. Удивительно похожее положение. Наверное, это тоже стало одной из причин, по которой я решил помочь ей.
Эйсилин осторожно спросила:
— И что... мне нужно делать?
— Суть метода тренировки ауры, который ты освоишь, заключается в одном. Повторяй за мной. Иммунитет.
— Иммунитет?..
— Да, иммунитет.
Если человек, не имеющий никакой защиты от магии, внезапно подвергнется воздействию проклятия высокого уровня, такого как Проклятие статуи, он, конечно, не выдержит.
Но что если постепенно развивать иммунитет, подвергаясь воздействию проклятий более низких уровней?
Разумеется, в обычных условиях это невозможно. Иммунитет к проклятиям — это не то, что можно так просто натренировать. Однако метод Касилии был иным.
Природа ее ауры отличалась, и само ее существование обладало врожденной сопротивляемостью.
— Проще говоря, по мере того как ты будешь шаг за шагом сталкиваться с проклятиями, ты естественным образом станешь к ним устойчивее. А заодно и сила твоей ауры возрастет.
— ...И это действительно сработает?
Эйсилин снова переспросила с таким видом, будто услышала нечто нелепое.
— Да, именно так.
Лицо Эйсилин смертельно побледнело, но это ничего. Со временем она, как и Касилия, достигнет того уровня, когда сама будет искать встречи с проклятиями.
— Давай начнем.
Я решил начать тренировку, натравив на нее низкоуровневое проклятие — «Дрожь».
Так прошло три дня.
— ...Фух.
Эйсилин стояла передо мной с мечом в руках и молча концентрировалась.
Ее ладони крепко сжимали рукоять. По сравнению с тем временем, когда я увидел ее впервые и когда ей было трудно даже просто держать оружие, это был поразительный прогресс.
И медленно...
Вжих.
Тусклая, но отчетливо окрашенная аура начала обволакивать лезвие.
Учитывая ее прежний уровень, можно сказать, что этой силы недостаточно, но даже такой результат дорогого стоил. После того как она полностью лишилась ауры. Восстановить ее до такой степени за короткий срок в три дня — это действительно выдающееся достижение.
— Кое-что удалось вернуть.
— Да, это действительно... поразительно.
Она заговорила, с любопытством разглядывая свой меч, окутанный аурой.
— Я думала, что это невозможно, но то, что это действительно сработало...
— Ты ведь уже была на уровне Эксперта, хоть и с другой техникой. В таком случае вернуть часть накопленного, разумеется, проще.
Конечно, способ, которым она теперь накапливает ауру, будет отличаться от прежнего. Если обычные методы тренировки увеличивают ауру через медитацию и созерцание, то метод Касилии...
«Наращивает силу за счет поглощенных проклятий».
То есть в будущем Эйсилин суждено постоянно подвергаться воздействию проклятий и «пожирать» их. В течение трех дней Эйсилин корчилась от боли, справляясь с проклятиями, которые я создавал на ходу, и как-то умудрялась поглощать их.
Это был мучительный процесс, доводивший ее до кровавой рвоты, но благодаря тому, что она справилась, ей удалось восстановиться до нынешнего уровня.
— Ты уже немного пришла в себя?
— Я... не знаю.
Эйсилин покачала головой с мрачным видом. Как только ее душевное равновесие пошатнулось, кончики ее пальцев снова начали мелко дрожать.
Однако вскоре.
— И все же я должна попробовать.
Придя к такому выводу, она посмотрела на меня. Затем, с выражением лица, в котором читалась отчаянная надежда, она спросила:
— Вы ведь... будете со мной?
— Я же сказал.
Я тоже посмотрел на нее. В ее глазах все еще чувствовалась неуверенность, но это было неважно.
— Я всегда держу свои обещания.
Ведь рядом с ней я.
http://tl.rulate.ru/book/180521/16832695
Готово:
