Обучение ниндзюцу в тех условиях, в которых они оказались, было роскошью, почти недоступной простому человеку. Владеть техниками значило владеть силой.
Скрытность шиноби, оберегающих свои секреты, и суровые порядки скрытых деревень привели к тому, что среди простого люда искусство ниндзя стало величайшей редкостью.
В этой стране существовал лишь один способ приобщиться к тайным знаниям: попасть в Деревню Скрытого Дождя и стать её частью.
Несмотря на бесчисленные преграды, а шансы на успех стремились к нулю, Конан почувствовала, как сердце забилось чуть чаще. Её ясный взгляд скользнул по спокойному лицу Тацу, а затем по улыбающемуся Яхико. Казалось, пока они втроем, любая цель достижима.
— Тацу прав, — радостно подхватил Яхико. Его мысли вновь совпали с планами друга. — Нам необходимо освоить ниндзюцу. Только так мы сможем не просто выживать, а жить по-настоящему. И когда-нибудь мы изменим эту страну.
Юноша с ярко-рыжими волосами вскочил на ноги. Говорил он громко, с тем пылом, что заставляет кровь бурлить, надеясь заразить своей решимостью и остальных. Отблески костра вытянули его тень, сделав её огромной – в четыре, а то и в пять раз выше оригинала. Черный силуэт заплясал на стене старого трехэтажного здания.
— Мы заставим эту страну перестать плакать! — Он широко раскинул руки, сверкнув белозубой улыбкой. Тень на стене повторила этот жест, словно торжествуя. Казалось, надежда уже совсем близко, буквально за порогом завтрашнего дня.
— Пусть солнце… — начал было он, но его прервали.
— Заткнитесь, мелюзга! — Раздался из темноты яростный окрик. Похоже, они кого-то разбудили.
Наверху мигнул свет, окно с грохотом распахнулось, и вниз полетел цветочный горшок. Напуганный Яхико, втянув голову в плечи, поспешил юркнуть под навес.
Глиняные черепки с сухим треском разлетелись по мостовой. Окно наверху захлопнулось с такой силой, что, казалось, стекла вот-вот лопнут.
— Хе-хе, — вернувшийся Яхико неловко взъерошил волосы. К его удивлению, ни Тацу, ни Конан даже не улыбнулись. Они кожей чувствовали: великие амбиции друга – не пустая бравада, за ними стоит непоколебимая вера. В этом маленьком теле таилась воля, способная сворачивать горы. Он не шутил.
Тацу невольно отвел взгляд, ощутив укол стыда. В свое время он и близко не обладал такой целеустремленностью. Даже сейчас, имея за плечами опыт прожитых двадцати с лишним лет, его душа не могла породить столь мощного порыва ради какой-то идеи.
— Я верю тебе, — Конан сидела рядом с Тацу. Блики пламени плясали на её светлой коже, а в глазах читалась твердая решимость. — …Верю, Яхико.
— Я тоже верю, — Тацу спокойно улыбнулся.
Но в этот момент…
Плеск! Тяжелый звук чего-то упавшего в воду заставил всех троих вздрогнуть. Тацу на мгновение замер, а затем покрепче сжал в рукаве рукоять странного черного кинжала, найденного недавно. Конан и Яхико тоже мгновенно напряглись.
В Стране Дождя по-прежнему полыхала война. Скрытый Камень Страны Земли, Скрытый Песок Страны Ветра и Деревня Скрытого Листа из Страны Огня – три великие державы сошлись в бесконечной схватке на этих измученных землях. Каждый день уносил чьи-то жизни. Каждый день такие же дети, как они, лишались крова и надежды.
— Может, это шиноби? — Прошептала Конан, с трудом скрывая дрожь.
Яхико тоже выхватил свой кинжал. — Или кто-то, кто хочет отобрать нашу еду. В этой стране опасность исходила не только от воюющих ниндзя. Обезумевшие от голода беженцы, потерявшие всё, порой были куда страшнее. Грабежи, а иногда и каннибализм, давно перестали быть здесь чем-то из ряда вон выходящим.
— Я проверю, — Тацу поджал губы и жестом велел друзьям оставаться на месте. Накинув плащ и не выпуская оружия из рук, он шагнул в холодную стену дождя.
Этой ночью небо вновь было затянуто плотными тучами – ни лунного света, ни блеска звезд. Лишь бесконечные серые капли, падающие из пустоты. Маленькая фигурка быстро скрылась в пелене дождя. Вскоре он нашел то, что искал: в глубокой луже ничком лежал человек. Длинные рыжие волосы разметались по грязи. Тело не шевелилось.
Тацу изменился в лице. Он сжал кинжал так сильно, что на тыльной стороне ладони проступили вены. Жив он или это просто очередной труп? Юноша вышел вперед один не только из храбрости, но и из чувства ответственности. Он знал: в любой критической ситуации он соображает быстрее и действует хладнокровнее, чем Конан или Яхико.
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, он осторожно приблизился к «телу». На вид незнакомец был их ровесником – еще одна жертва войны, выброшенная на обочину жизни. Холодный расчет в Тацу всегда брал верх над состраданием. Суровая реальность диктовала свои правила. Он собирался обыскать тело: возможно, у бедняги осталось хоть что-то полезное.
Но внезапно…
Кха…
Тело, наполовину погруженное в воду, содрогнулось. Рыжие пряди качнулись, и парень закашлялся, выплевывая мутную жижу, попавшую в носоглотку. Организм отчаянно боролся за жизнь.
— Живой, — выдохнул Тацу. Он тут же убрал оружие и бросился к парню, вытаскивая его из лужи. Еще немного, и тот просто захлебнулся бы в грязи. Рыжеволосый юноша был совсем слаб. Его тело обмякло, и он тяжело навалился на Тацу.
— Эй, Тацу! Что там? — Из дождя вынырнули еще две маленькие фигурки в дождевиках. Конан и Яхико не смогли усидеть на месте и, вооружившись чем попало, бросились на выручку другу.
— Это же… — Яхико осекся, разглядев в руках Тацу незнакомого мальчишку. Его бледное лицо было испачкано грязью, глаза плотно закрыты. Тацу приложил пальцы к его шее. Дыхание было прерывистым, а сердцебиение – едва ощутимым.
— Помогите дотащить его до укрытия, — скомандовал Тацу. Под проливным дождем, скользя по раскисшей земле, дети общими усилиями перенесли изможденного незнакомца под свой навес.
Костер разогнал мрак этой бесконечной ночи. Дети, затаив дыхание, окружили гостя. Тацу стянул с него насквозь промокшие лохмотья и, используя собранную чистую воду, смыл грязь с его лица и тела. Затем он облачил находку в просторную рубаху, которую когда-то умыкнул из богатого дома.
Конан, смущенно покраснев, отвернулась. Усталость после тяжелого дня и тревожной ночи взяла свое – вскоре она, обхватив колени руками, погрузилась в глубокий сон. Яхико поначалу пытался помочь, но его глаза закрывались сами собой. Голова то и дело опускалась на грудь, пока под сводами убежища не раздалось его тихое сопение.
Тацу остался сидеть напротив рыжеволосого мальчишки. Время от времени он подбрасывал в костер сухие ветки, поддерживая ровное, ласковое пламя. Жар очага постепенно согревал остывшее тело незнакомца. Тацу убрал руку от груди парня – сердце того теперь билось ровно и уверенно.
— Похоже, самое страшное позади, — тихо прошептал он. Тацу обвел взглядом спящих друзей и невольно улыбнулся. В его глазах тоже читалась нечеловеческая усталость. Пристроившись в углу и поудобнее устроив затекшую спину, он наконец прикрыл веки.
http://tl.rulate.ru/book/179521/16886432
Готово:
