Я стояла перед леди Диантер, приковывая к себе взгляды всех присутствующих.
Что же дальше?
В поисках ответа я перевела взгляд на леди, но, к моему удивлению, встретилась глазами не с ней, а с молодым лордом Каллинаном.
Прямо глядя на меня, он мерными шагами направился ко мне и леди Диантер.
Молодой лорд Каллинан протянул руку. Раздался тихий звон металла, и я увидела нечто, висящее на цепочке, обмотанной вокруг его пальцев. В свете люстр этот предмет ярко блеснул.
— Это оно?
— ...Ах.
То, что принёс Эдвард Эдвин Каллинан, было ожерельем с крупным рубином. Тем самым, что ещё недавно висело на моей шее.
Леди Диантер лучезарно улыбнулась.
— Всё верно, Эдвард.
— Я нашёл его неподалёку.
— Вот оно что. Амель, молодой лорд Каллинан нашёл твоё ожерелье. Какое облегчение. Поблагодари его.
Я низко поклонилась. Наши взгляды встретились. Его пристальный, тягучий взор, казалось, пронзал меня насквозь.
На этот раз я не стала опускать глаза, а прямо посмотрела на него в ответ.
На лице молодого лорда Каллинана промелькнула тень неуловимой эмоции.
Не отрывая от меня взгляда, он медленно вложил ожерелье в руку леди.
— Амель, подойди сюда.
Я послушно склонила голову перед леди, пока она застегивала на мне украшение. Все вокруг украдкой наблюдали за этой сценой: леди Диантер собственноручно надевает ожерелье на простую горничную. Я не могла не чувствовать на себе их колючие взгляды. Мои руки дрожали, но я крепко сжала кулаки. Никто не должен заметить моего волнения.
— Будь осторожнее, Амель. Впредь следи за своими вещами.
— Да, леди.
Леди из дома Аспания мягко наставляла меня.
Горничная, стоявшая в столь роскошном наряде, словно была ровней своей госпоже, принимала ожерелье как должное.
И Эдвард Каллинан, жених леди Диантер и наследник дома Каллинан.
За всем этим спектаклем наблюдали не только собравшиеся здесь аристократы.
Неподалёку от нас принц Киан де Идрис тоже внимательно следил за происходящим.
Когда я, почувствовав его взгляд, вновь посмотрела в ту сторону, его уже не было — вероятно, он вышел на террасу.
Начался праздничный фейерверк в честь восьмидесятой годовщины окончания войны в Мартине. Разноцветные огни ярко расцвечивали ночное небо.
Бам! Бах! Бум!
Не успевал дым от сгоревших фитилей рассеяться, как в небо взмывали новые залпы.
Однако карета, в которой ехали мы с леди Диантер, уже отдалялась от дворца Луведере.
Заметив, что я то и дело поглядываю в окно, леди спросила:
— Амель, жалеешь, что не удалось посмотреть фейерверк?
— Нет, всё в порядке.
— Лжёшь. Вижу же, что жалеешь.
Я посмотрела на леди с виноватым лицом, и она негромко рассмеялась.
— Всё хорошо, со мной ты можешь говорить свободнее, Амель.
— ...Хорошо, леди.
— Сегодня ты отлично справилась. Теперь твоё присутствие запечатлелось в памяти у каждого. Слухи в таких местах распространяются быстро, так что через неделю о нас будут судачить на каждом углу.
Леди была права.
Поскольку я только что безупречно подыграла ей в этом спектакле, я наконец поняла, ради чего меня так роскошно нарядили и привели на королевский бал.
Леди намеревалась закрепить моё существование в сознании людей и сделать так, чтобы их первая встреча с Эдвардом Эдвином Каллинаном не осталась незамеченной.
Леди Диантер, подарившая своей горничной бесценное рубиновое ожерелье; неосторожная горничная, потерявшая подарок хозяйки; и, наконец, Эдвард Каллинан, жених леди Диантер, который это ожерелье нашёл.
Добавьте к этому наш разговор с леди и многозначительные взгляды молодого лорда Каллинана.
Особенно момент, когда леди сама надевала на меня украшение — контраст моего алого платья и её синего наряда наверняка врезался в память многим.
Пока ничего предосудительного не произошло. В глазах общества Эдвард Каллинан и наша леди по-прежнему оставались прекрасной парой, и их помолвка была незыблема.
Но что, если в эту прочную стену просочится капля сомнения?
Вода подозрений найдет лазейку и со временем полностью разрушит даже самое крепкое доверие.
Если в ближайшее время нас с молодым лордом Каллинаном увидят вдвоём, сегодняшняя встреча станет крыльями, на которых скандал разлетится по всему свету.
Я коснулась рубинового ожерелья на шее и начала расстегивать его.
— Ты чего?
— Я должна вернуть его вам.
— Я же сказала: теперь оно твоё, Амель.
Я в замешательстве уставилась на леди.
— И больше не теряй его, хорошо?
Леди Диантер улыбнулась и отшутилась так, будто не собиралась больше слушать возражений. Потеряв чувство реальности, я молча смотрела на украшение.
Разве она не говорила, что это рубин с гор Мерки? Я не понимала, как леди может так легко отдать столь ценную вещь. «Неужели награда в десять тысяч делун, о которой говорила леди, — это и есть само рубиновое ожерелье?» Как бы то ни было, нужно сохранить его в целости, на случай если она позже попросит вернуть его.
Глядя на прозрачный красный блеск рубина, я вспомнила ту розу.
Магию, которую показал мне принц Киан де Идрис.
А ещё бинт, который молодой лорд Каллинан повязал мне на палец.
...Почему леди полюбила именно принца Киана?
Помолвка Эдварда Эдвина Каллинана и нашей леди была заключена давным-давно. Как это часто бывает в аристократических семьях, это была политическая помолвка между домами Аспания и Каллинан.
Неужели леди, которая в детстве покорно следовала воле семьи, повзрослев, искренне полюбила другого? И этим человеком оказался не её жених Эдвард Каллинан, а принц Киан?
Не желая жить по чужой указке, леди Диантер решила разорвать эту помолвку, сделав нас с молодым лордом Каллинаном главными актёрами в своей пьесе.
Именно в этом заключалась суть нашего контракта с ней и Эдвардом Каллинаном.
Но знает ли принц Киан де Идрис о чувствах леди Диантер?
Судя по моему первому впечатлению от встречи с ним в коридоре дворца Луведере и его поведению на балу, вряд ли.
Принц Киан первым пригласил нашу леди на танец, но именно она отказала ему, сославшись на головную боль. Хоть принц и отреагировал на отказ несколько преувеличенно, на этом всё и закончилось — он не выглядел по-настоящему расстроенным.
Сразу после этого он не отклонил ни одного из посыпавшихся на него приглашений.
Говорят, что журналы со скандалами и сплетнями о высокопоставленных особах всегда пользуются спросом. Хоть я и не интересовалась подобным и никогда не покупала такие издания, даже до меня доходили некоторые слухи.
В поместье Аспания слуги постоянно обсуждали двух принцев королевского дома Идрис.
Если собрать все слухи воедино, принц Киан де Идрис не отличался благонравным поведением.
Второй принц, раздаривавший улыбки направо и налево, благодаря своей внешности и обаянию был всеобщим любимцем, но в то же время постоянно оказывался в центре сплетен и скандалов.
Поговаривали, что он слаб к алкоголю, а уж слухи о его интрижках не утихали никогда.
То он заставил плакать какую-то леди, то во время визита иностранной принцессы в Мартину открыто ходил с ней на свидания, за что получил выговор и был временно отстранён от дел своим отцом, королём. А едва наказание закончилось, его поймали в столице, где он, притворившись простолюдином, шатался по кабакам.
В общем, в этих слухах образ принца Киана, вне зависимости от степени их правдивости, не выглядел достойным восхищения.
Тем не менее, раз ходили слухи, что король Энрике души не чает во втором принце, положение Киана в королевском доме Идрис казалось положением балованного младшего сына, которому прощаются любые выходки.
Впрочем, вспоминая, как он вёл себя со мной в галерее, я могла признать, что слухи о принце Киане были недалеки от истины.
Он не казался плохим человеком, но и на роль «хорошего» тоже не тянул. Его манеры были изысканны, но поступки — легкомысленны.
Похоже, флирт со всеми подряд был его привычкой.
Возможно, виной всему были мои предрассудки, но когда я только слышала описания второго принца Мартины — золотые волосы, лазурные глаза и врождённая красота — я представляла себе лишь легковесного и незрелого красавчика. Однако встретив принца Киана лично, я увидела мужчину с настолько подавляющей аурой, что от одного его вида захватывало дух.
Принц Киан стал третьим человеком, который заставил меня почувствовать, что красота — это сила, способная покорить мир.
Первой была наша леди. Вторым, как бы мне ни не хотелось это признавать, был молодой лорд Эдвард Каллинан. Он действительно обладал исключительной внешностью.
И вот, избранником нашей леди оказался принц Киан.
Это было объяснимо... и в то же время трудно для понимания.
Как было бы чудесно, если бы любовь всегда была взаимной. Если бы можно было открыто любить того, кого сердце выбрало, и получать любовь в ответ, в мире, наверное, не осталось бы страдающих людей.
Но леди любила принца Киана, а тот, казалось, не питал к ней особых чувств. Женихом же леди был Эдвард Каллинан, а сам молодой лорд...
Любит ли он леди Диантер?
Этот вопрос не давал мне покоя всё то время, пока я была связана с ним контрактом.
Я не могла даже предположить, какую выгоду он надеется получить, ввязываясь в этот спектакль, потакая желаниям Диантер разорвать помолвку и даже выплачивая её горничной вознаграждение в десять тысяч делун.
Более того, это не сулило ему никакой выгоды — только убытки.
Разрыв помолвки, конечно, ударит по репутации леди Диантер, но для Эдварда Каллинана последствия будут куда серьёзнее.
Бросить невесту ради горничной. Да ещё и ради горничной своей же невесты.
Для единственного сына великого дома Каллинан это был бы сокрушительный скандал.
Когда я впервые услышала от него предложение стать его «возлюбленной», я была просто ошарашена. Даже сейчас я не понимала, зачем ему это нужно, если только его целью не было втоптать собственную репутацию в грязь.
Мне было искренне любопытно, почему Эдвард Эдвин Каллинан хочет разорвать эту помолвку.
Он ни разу не обмолвился о причинах.
У него не было обязанности отчитываться передо мной, но всё же.
Если предположить, что лорд Каллинан любит нашу леди и готов участвовать в этом фарсе лишь ради того, чтобы исполнить её желание, то мне становилось его немного жаль.
Незадолго до этого лорд Каллинан вызвался проводить леди, которая официально покинула бал раньше из-за «сильной мигрени».
Я шла чуть поодаль, наблюдая, как они медленно направляются к карете дома Аспания. Они по-прежнему казались идеальной парой, но, по крайней мере, леди Диантер не любила лорда Каллинана.
Как бы то ни было, неразделённая любовь всегда приносит боль.
Подписывая контракт с молодым лордом и леди Диантер, я уже была готова к тому, что мой план прожить жизнь тихой горничной дома Аспания пойдёт прахом.
Притворяться и играть роль, когда на тебя устремлены взгляды всей знати, было вовсе не просто. Тем более зная, что в этих взглядах нет ни капли доброжелательности.
А теперь ещё и принц Киан, второй принц Мартины.
В голове был полный сумбур.
Мой выбор уже сделан, и пути назад нет. Перед глазами то и дело всплывал взгляд леди Диантер, которым она смотрела на принца Киана.
Это был взгляд по-настоящему влюблённой женщины.
Сладкий и одновременно полный тоски взор, устремлённый на недосягаемую мечту. За пять лет службы я впервые видела у леди такое выражение лица.
На душе стало пасмурно, и я тяжело вздохнула.
Бам, бах!
Позади нас продолжалась феерия огней, но, казалось, в этот вечер никто не мог насладиться ею со спокойным сердцем.
http://tl.rulate.ru/book/178021/16110488
Готово:
