«Как этот человек узнал моё имя?»
По коже пробежал холодок. Я сглотнула.
По спине, кажется, прошиб холодный пот.
Слова, готовые сорваться с губ, глупо замерли.
Застыв в нелепой позе и не смея поднять головы, я смотрела лишь на кончики его сапог. Кожаные туфли скользнули по полу.
Он подошёл ко мне.
— «Милорд»... Пожалуй, это чересчур.
— ...
— Вы же знаете, кто я.
— ...Молодой лорд Каллинан.
— Тогда так меня и называйте.
— Хорошо.
— Вам не интересно, откуда я знаю ваше имя?
— ...
— Я запомнил, как моя невеста называла вас. «Амель», — сказал он.
Он дал вполне правдоподобный ответ, словно прочитав мои сомнения.
Да, передо мной стоял Эдвард Эдвин Каллинан.
Молодой лорд Каллинан был женихом леди Диантер.
Помолвка была заключена от имени их семей, когда леди было всего шесть лет.
Мы не были совсем уж незнакомы. Когда он посещал поместье Аспания как её жених, я могла видеть знаменитого молодого лорда Каллинана мельком.
Только в этом году состоялось два официальных визита, а после моего повышения до личной горничной леди я могла видеть его с более близкого расстояния.
Но я никогда не разговаривала с ним и даже не принимала его пальто. Это была работа слуг-мужчин.
Так как же он запомнил моё существование, ведь я была лишь одной из тех, кто прислуживал леди? И даже узнал моё имя?
Я была в замешательстве. Мысли словно остановились.
— Итак... госпожа Амель. Не проводите ли вы меня к леди Диантер дель Аспания?
— Н-но...
Он заговорил первым. Его низкий голос звучал несколько лениво и, вопреки ситуации, слишком приятно.
Это был приказ аристократа, стоящего выше меня по положению. И хотя тон не был приказным, я была обязана подчиниться его воле.
Но...
Но...
Ноги не слушались.
Разве найдётся тот, кто посмеет встретиться с леди Аспания без предварительной договорённости?
Даже если бы пришёл сам король, а не просто жених, это было бы непозволительно.
Тем более в такое время, и наедине.
Словно снова заметив моё колебание, он пристально посмотрел на меня сверху вниз, и уголки его глаз слегка приподнялись. «Ах, какой красавец. Как он может так улыбаться?»
— С вашей хозяйкой вопрос уже решён, так что можете не опасаться дурных последствий.
Что ж, сейчас не время для пустых раздумий. Если он зашёл так далеко, у меня не оставалось выбора.
Поскольку он, человек высокого положения, продолжал обращаться ко мне вежливо, я чувствовала себя крайне неуютно, словно на иголках.
Лучше было больше не вступать с ним в разговоры. В конце концов, с трудом заставив своё задеревеневшее тело двигаться, я повела его к комнате леди Диантер.
Звук его неспешных шагов за моей спиной эхом разносился по тихому поместью.
Было настолько поздно, что в доме не слышалось ни звука, кроме наших шагов.
Пока мы шли, вздох невольно сорвался с моих губ.
Какое невезение. Если бы я закончила протирать окна чуть раньше и завершила все дела на сегодня, я бы ни за что не столкнулась с женихом леди.
Кстати, как этот человек вообще умудрился преодолеть охранную магию поместья и незамеченным оказаться в холле?
Это не какой-то заурядный особняк; охранная магия поместья Аспания не могла быть взломана так легко, и это вызывало недоумение.
Связано ли это как-то с тем, что он сын министра магии? Не знаю.
Как бы там ни было, любопытство — это яд.
Особенно для таких подневольных людей, как мы.
Поэтому я молча шла вперёд, плотно сжав губы. Он следовал за мной, не проронив ни слова, и вскоре мы достигли флигеля, где жила леди Диантер.
— Я доложу леди Диантер дель Аспания о визите молодого лорда Каллинана.
Я старалась, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Поклонившись ему, когда он остановился, я произнесла эти слова.
Он ничего не ответил, но у меня оставались обязанности.
Дрожащей рукой я дважды постучала в дверь леди.
Вскоре последовало разрешение войти, и я первой переступила порог.
В огромной комнате на такой же огромной кровати сидела леди Диантер. На ней была тонкая ночная сорочка, поверх которой она набрасывала шёлковый халат.
— Что случилось, Амель? Не помню, чтобы я тебя звала.
— Леди Диантер, молодой лорд Каллинан прибыл, чтобы повидаться с вами.
Мои слова звучали крайне нелепо даже для меня самой. В такую ночь, в такой поздний час? Поверит ли леди? Я чувствовала себя так, словно устраиваю тайное свидание, и мой голос невольно стал тише.
Но этот человек только что утверждал, что всё уже согласовано. Значит, как-нибудь обойдётся. В конце концов, для горничной вмешиваться в личную жизнь госпожи — это верх дерзости.
И действительно, как только я закончила фразу, лицо леди Диантер странно изменилось.
Её большие глаза цвета воды в обрамлении длинных густых ресниц, казалось, на миг улыбнулись.
Леди жестом откинула назад свои платиновые светлые волосы, мягко сияющие в лунном свете.
— Пусть войдёт.
Я поспешно поклонилась и отступила. В нескольких шагах от меня стоял молодой лорд Каллинан и смотрел на меня.
Его взгляд был слишком обременительным, поэтому я отступила ещё на шаг и заговорила:
— Леди просит вас войти...
— Я вознагражу тебя позже за то, что не поднимала шума.
Вознаграждение? Какое ещё вознаграждение?
Глядя на меня, он приподнял уголок губ и неспешно вошёл в комнату леди.
Дверь тихо закрылась, и наступила тишина.
Я осталась одна в пустом коридоре.
Затаив дыхание, я стояла неподвижно, а затем, издав долгий вздох, посмотрела на закрытую дверь и поспешила уйти.
Сердце бешено колотилось. Из-за всего произошедшего сегодня в голове была полная неразбериха.
Моё тело, измотанное моральным напряжением, было на пределе.
Сейчас я хотела только одного — поскорее лечь в свою маленькую кровать.
— Мы часто встречаемся.
— Ах, вот как.
— Разве ты ещё не привыкла?
Что? Не привыкла? Я шла, делая вид, что не слышу, а внутри всё кипело от гнева. Пожалуйста, перестань со мной разговаривать!
Эдвард Эдвин Каллинан.
Его отец — министр, семья матери тоже происходит из древнего благородного рода. Он из тех счастливчиков, рождённых с золотой ложкой во рту, которые могут ничего не делать до конца жизни и при этом жить в роскоши. Ходили слухи, что второй принц королевства Мартина и Эдвард Эдвин Каллинан — давние друзья, и что король дорожит сыном Каллинана так же сильно, как своим собственным.
Он действительно был выходцем из «бриллиантовой» семьи, но прославило его не только огромное влияние дома Каллинан.
Тем самым «молодым лордом Каллинаном» королевства Мартина его сделали внешность и характер, под стать высокородному происхождению.
Чёрные волосы, чёрные глаза.
Его лицо, словно изваянное скульптором, где все черты гармонично сочетались без малейшего изъяна, скорее напоминало произведение искусства.
Достаточно бледная кожа была чистой и гладкой, а волевые брови, открывавшиеся каждый раз, когда пряди иссиня-чёрных волос разлетались на лбу, добавляли его облику мужественности.
Его чёрные зрачки, которые редко где встретишь, были подобны ночному небу. Стоило вглядеться в них, как тебя охватывало странное и восторженное чувство, будто ты в них растворяешься. Когда он не улыбался, он казался настолько холодным, что к нему было трудно подойти, но стоило ему хоть слегка приподнять уголки губ — и неважно, было это искренне или притворно, — никто не мог устоять перед этой улыбкой.
И он, кажется, знал об этом лучше всех и умел пользоваться этим мастерски.
Разве не по этой причине леди Диантер получила предложение о браке так рано, и разве не поэтому дом Аспания принял его?
Так сказать, союз невероятно знатных семей и невероятно выдающихся людей. Леди Диантер дель Аспания и молодой лорд Эдвард Эдвин Каллинан считались парой века.
Но, несмотря на всё это, я понятия не имела, как оказалась втянута во всё это.
— Амель, проводи меня, пожалуйста.
С тех пор, если я заканчивала работу поздно и оставалась одна, он внезапно появлялся, как и в тот первый раз, и просил проводить его до комнаты леди.
Он вёл себя совершенно естественно. Настолько естественно, что у меня возникала иллюзия, будто это со мной что-то не так, раз я нахожу это странным.
И Каллинан, посещающий дом невесты по ночам без официальных процедур, и наша леди, принимающая это как должное. Но самой большой проблемой был Эдвард Эдвин Каллинан, который обращался ко мне с такой уверенностью, хотя занимался далеко не самым достойным делом.
— Леди Диантер, прибыл молодой лорд Каллинан.
Когда я, как обычно, стучала в дверь и докладывала вполголоса, леди принимала его с невозмутимым видом. На следующий день, когда я приходила прислуживать ей, она вела себя так, словно ничего не произошло. Даже когда мы оставались с ней наедине, она никогда не заводила разговор о молодом лорде Каллинане.
...Мне очень нравилась наша леди Диантер, но я должна это сказать.
Этот дом просто сошёл с ума.
http://tl.rulate.ru/book/178021/16110471
Готово:
