Сборы принцессы Пиреоны, сопровождавшиеся очередным приступом публичного стыда для Хаон, наконец подошли к концу.
Принцесса Пиреона впервые за долгое время покинула Отдельный дворец и направилась в Главный дворец. Вслед за ней потянулась свита слуг во главе с Антен.
— Хаон.
Принцесса Пиреона обернулась к Хаон, которая собиралась было остаться в покоях. Хаон, витавшая в облаках, вздрогнула и поспешно выпрямилась.
— Да, принцесса.
— Что ты делаешь?
— ...Простите?
— Почему ты стоишь там с глупым видом вместо того, чтобы следовать за мной?
После этих слов взгляды всех слуг устремились на Хаон.
Хотя до этого она занималась лишь тем, что пела для принцессы — весьма непыльная работа, не так ли? — на деле Хаон оставалась всего лишь младшей из младших служанок. Она находилась на низшей ступени иерархии Отдельного дворца. И чтобы кто-то её уровня покинул стены дворца ради такого события, как бал в Императорском дворце? Это было просто неслыханно.
По взглядам окружающих Хаон быстро поняла своё положение. Она переводила взгляд с принцессы на слуг и обратно, чувствуя себя крайне неловко.
— Э-э... Ваше Высочество. Разве мне не следует остаться в Отдельном двореце?
— Следуй за мной, — отрезала Пиреона.
— На балу может стать скучно, и я, возможно, захочу послушать твоё пение.
— ...Слушаюсь.
«Так вот в чём ваша цель». Хаон понуро опустила плечи и пристроилась в самый хвост процессии.
Мало того что ей пришлось петь перед горничными, теперь она, кажется, будет петь перед всей императорской семьёй. История её позора, обновляющаяся изо дня в день, разворачивалась прямо перед её глазами.
Процессия принцессы Пиреоны достигла Главного дворца. Он был несравненно величественнее и роскошнее Отдельного. Множество других делегаций, чьих имён Хаон не знала, также входили внутрь.
Благодаря «безграничной милости» принцессы Хаон удалось попасть даже в сам зал. По правилам в зал допускались лишь приглашённые гости и одна-две личные служанки. Пиреона же выбрала в качестве своих сопровождающих Антен и Хаон.
Таким образом, публичный позор на балу был Хаон практически гарантирован.
Когда Хаон последовала за принцессой, Антен тихо прошептала ей на ухо:
— Если сделаешь что-то, что бросит тень на принцессу, по возвращении я лично снесу тебе голову.
«Разве в таких случаях не говорят „всыплю по первое число“?»
Но времени на остроумный ответ не было. Антен, не выказывая ни тени иронии, провела ладонью по горлу, имитируя жест казни. Это было совершенно чёткое обещание расправы.
— Я буду предельно осторожна, — пробормотала Хаон, ошеломлённо кивнув и прикрыв шею рукой. В этом мире жизнь безродной служанки стоила сущие копейки.
Так Хаон оказалась в бальном зале Главного дворца.
Пока Хаон с разинутым ртом озиралась по сторонам, принцесса Пиреона шла с гордо поднятой головой, глядя только вперёд. Казалось, окружающая суета её нисколько не волновала.
«Всё-таки принцесса — это принцесса. Какое изящество, какая стать! Ох, наша принцесса просто лучшая!»
Обычно принцесса просто молча сидела в своих покоях, и это не так бросалось в глаза, но теперь, на фоне пышного блеска императорского двора, её достоинство и величественная аура сияли ещё ярче.
Хаон почувствовала, как в ней пробуждается скрытый фанатский пыл, и мысленно закричала от восторга. Увидеть своими глазами, как принцесса Пиреона входит в императорский зал... Какая честь!
Хаон во все глаза смотрела на принцессу, стараясь запечатлеть каждую её черту.
В безучастных алых глазах отражались и сверкали огни огромных люстр. Губы, напоминающие лепестки роз, были сомкнуты — то ли в лёгкой улыбке, то ли в спокойном созерцании.
Спина была прямой как струна, а руки легко придерживали подол платья. При каждом шаге из-под пышной юбки показывались прозрачные стеклянные туфельки, звонко стуча по мраморному полу.
Вне стен Отдельного дворца Пиреона казалась ещё более недосягаемой и благородной. Полюбовавшись на принцессу, которая теперь выглядела немного чужой, Хаон перевела взгляд на окружение.
Повсюду висели гигантские люстры, украшенные множеством маленьких изящных свечей.
В центре зала красовалось огромное окно с витражами и причудливой резьбой, а по обе стороны от него через равные промежутки располагались стеклянные двери, ведущие на террасы.
В зале уже собралось много народу. Очевидно, это были высокопоставленные аристократы, удостоившиеся приглашения Императора.
Они разглядывали принцессу Пиреону из-за плеч друг друга, через веера, а некоторые даже вооружились лорнетами.
— Это та самая юная леди из Чекориана?..
— Весьма недурно...
— Говорят, эти рыжие волосы — символ императорского дома Чекориана?
— Довольно эффектно...
Аристократы Хеосена о чём-то перешёптывались между собой.
«Я всё слышу, вы, болтуны!»
Хаон едва сдерживалась, чтобы не прикрикнуть на них. Если уж шепчетесь, то делайте это так, чтобы было не слышно, а если хотите, чтобы услышали — говорите прямо. А этот неясный гул голосов, то затихающий, то нарастающий, ужасно раздражал.
Если уж Хаон это так бесило, то каково было самой принцессе?
Хаон украдкой взглянула на Пиреону. Цвет её лица не изменился. Она сохраняла всё то же отрешённое выражение, словно ей не было дела до происходящего.
«Она в порядке?..»
С тех пор как Хаон случайно стала свидетелем её приступа, она невольно начала больше беспокоиться о принцессе. Тот припадок казался ей знакомым.
«Это было точь-в-точь как паническая атака».
Пока Хаон переживала за принцессу, в зал вошли почти все члены императорской семьи, и настал момент, которого все ждали.
— Его Величество Император и Её Величество Императрица входят в зал!
Зычно провозгласил невысокий слуга, стоявший у золотых дверей.
Все склонили головы. В торжественной тишине в зал вошли Император и Императрица Хеосена.
В тот момент, когда Хаон осмелилась украдкой взглянуть на лицо правителя, она всё поняла.
«Да здравствует Императрица! Да здравствует Императорская супруга!»
Хаон была готова пасть ниц перед Императорской супругой и всеми наложницами, которых она даже в глаза не видела.
К сожалению, в романе «Королева тернистых роз» внешность Императора или Императрицы не описывалась. Всё внимание уделялось лишь их детям — принцу Си, принцу Ди и другим, чьей красоте пелись дифирамбы.
Поэтому Хаон было любопытно, насколько же прекрасны их родители. Именно из-за этого любопытства она, рискуя головой, осмелилась поднять взгляд на Его Величество.
Однако лицо Императора, которое она увидела, было до ужаса заурядным. Нет, даже хуже чем заурядным — он выглядел как какой-то жалкий безработный дядька из соседнего двора. Если бы не роскошная корона на голове и тяжелая бархатная мантия на плечах, Хаон ни за что бы не поверила, что перед ней Император.
«Ладно, нельзя судить о людях по внешности... но это уже слишком! Чтобы Император Хеосена, властелин континента, выглядел как неудачник-безработный?!»
Хаон внутренне содрогалась.
Если и было в нём что-то сносное, так это блестящие золотистые волосы, подстриженные в аккуратное каре. То ли это были огромные глаза, делавшие его впалые щеки еще более изможденными, то ли хрупкое, костлявое тело, которое, пожалуй, было лучше лишнего веса...
Лучше прекратить эти рассуждения, а то только расстраиваюсь.
К счастью, Императрица оказалась обладательницей великолепной и яркой внешности, в которой угадывались черты её детей. Вероятно, другие Императорские супруги и наложницы были столь же прекрасны.
Оставалось только порадоваться, что гены Императора оказались настолько слабыми, что почти не проявились в потомстве.
«Разве что золотистые волосы?»
Волосы Императора действительно были безупречны, этого нельзя было не признать. Но всё остальное... Хаон решила больше об этом не думать.
Пока Хаон пребывала в шоке от внешности Императора, чета правителей заняла самые высокие места и завершила приветственную речь. Звуки оркестра, величественно расположившегося в глубине зала, заставили Хаон прийти в себя. Антен смотрела на неё так, словно была готова убить на месте.
— Опять ты витаешь в облаках. Помни: твоя единственная обязанность — прислуживать принцессе Пиреоне. Запомни это раз и навсегда.
— Нет, я не то чтобы... Слушаюсь.
Хаон, собиравшаяся было оправдаться, тут же замолчала и покорно согласилась. Оправдания всё равно звучали бы неубедительно. Не говорить же ей, что она была потрясена заурядностью Императора? Жизнь ей была дорога. Хаон решила смиренно притворяться деревенщиной, ослеплённой блеском бального зала.
Антен, словно желая показать пример идеальной слуги, выпрямила спину, слегка склонила голову и почтительно сложила руки. Её глаза были полуприкрыты, но она не упускала ни единого движения принцессы. Хаон встала позади неё и тоже приняла подобающую позу.
Музыка в исполнении оркестра заполнила весь зал.
Бал начался в легкой атмосфере. То тут, то там аристократы обменивались приветствиями, а кое-кто уже приглашал дам на танец.
Принцесса Пиреона просто стояла на месте. Тем не менее, взгляды всех присутствующих были прикованы к ней.
«Дышать тяжело».
У Хаон перехватило дыхание, хотя она просто стояла позади принцессы.
В устремлённых на них взглядах не чувствовалось ни капли симпатии. Казалось, на них смотрят как на зверей в клетке зоопарка. Каждый разговор за веерами или ладонями, каждое шептание на ухо — всё, казалось, касалось только принцессы Пиреоны.
«Если мне так не по себе, то каково же принцессе?»
Хаон украдкой взглянула на Пиреону. На её лице по-прежнему застыла бледная маска с тенью вежливой улыбки.
Простояв так какое-то время, принцесса заговорила:
— Здесь ужасно скучно. Лучше выйти на террасу и послушать твою песню.
Хотя принцесса не оборачивалась, было ясно, что слова адресованы Хаон. Девушка уже собиралась покорно согласиться, как вдруг осеклась.
Погодите-ка, принцесса ведь должна сегодня официально познакомиться с принцами на этом балу. Но если она сейчас уйдет на террасу? И если просидит там до самого конца? Она же упустит шанс пообщаться с ними!
— Э-э, принцесса. Уже? Может, побудете на балу подольше?
— Слишком много болтаешь. Если принцесса приказывает, ты должна просто подчиняться.
Вмешалась бестолковая Антен. Хаон чувствовала досаду, не зная, как всё объяснить.
— Нет, я имею в виду... вдруг, если вы останетесь здесь подольше, вы встретите кого-то особенного?
— Принцесса же сказала, что ей скучно, — прикрикнула Антен, выступая в роли защитницы интересов Пиреоны. Пока Хаон металась в сомнениях, не зная, что предпринять...
— О боже мой!
Раздался высокий возглас, явно направленный в сторону принцессы.
«Отличное развитие событий! Сюжет всё-таки не бросает главную героиню. Да здравствует основной сюжет, возвращающий героев на путь истинный!»
Хаон радостно обернулась навстречу новому действующему лицу. Однако после следующей фразы её лицо мгновенно вытянулось.
— Неужели это та самая юная леди из Чекориана, о которой ходит столько слухов? Наконец-то я вижу вас воочию.
http://tl.rulate.ru/book/177607/15994851
Готово:
