— ...и поэтому я нечаянно допустила оплошность, представляете?
— О боже, как это мило. Впрочем, дети в таком возрасте всегда так себя ведут.
Мирен время от времени кивала, прислушиваясь к разговору дам, и прихлебывала чай.
Ей, как Императрице, не было никакой нужды заговаривать первой. Салоны обычно длились по несколько часов, поэтому ей нужно было беречь силы. То, как она держится на приеме, вскоре станет поводом для слухов о здоровье Императрицы.
Мирен наблюдала за дамами, надеясь, что действие обезболивающего не закончится слишком рано.
Обычно разговор начинали те, чей статус был ниже. В этот момент герцогиня Вердиум, до этого хранившая молчание, внезапно заговорила:
— Мой супруг сказал, что скоро передаст титул ребенку.
— Но ведь герцог Вердиум еще так молод?
— Ну, из-за грядущей налоговой реформы налог на наследство для аристократов вырастет. Он хочет подготовиться ко всему заранее.
В словах герцогини чувствовалась скрытая колкость. Ведь проект по изменению налога на наследство для знати исходил от Фракции императора.
— Право, не ожидала, что Дом Вердиум так обеспокоен этим. Хотя налог и вырос, в Доме графа Триона на это даже не обратили бы внимания.
Стоило графине Ауса Трион, доселе не проронившей ни слова, небрежно бросить эту фразу, как уголок губ герцогини дрогнул. Она крепче сжала веер в руке.
— Если прислуга услышит это, графиня, они могут ошибочно принять ваши слова за оскорбление Дома Вердиум.
— Ох. Прошу прощения, если задела ваши чувства. Я лишь упомянула о положении дел в моей семье, так что, пожалуйста, не сердитесь.
Герцогиня резко раскрыла веер, чтобы скрыть едва заметную гримасу раздражения. Однако графиня лишь мягко улыбнулась и сделала глоток чая.
«Истинная мать сэра Иолая», — подумала про себя Мирен.
Внезапно взгляд герцогини обратился к ней. Последовал неожиданный вопрос:
— А что вы думаете об этом, Ваше Величество?
Вопрос касался лишь повышения налогов, но истинный смысл был иным. В зависимости от того, чью сторону она примет, определится позиция Императрицы здесь и сейчас. Фракция императора или Фракция аристократов.
Графиня Трион, казалось, и не собиралась останавливать герцогиню. Напротив, она с интересом уставилась на Мирен.
Мирен поочередно взглянула на них и в конце концов поставила чашку на стол.
— Наследником Герцога Эдгара стала не я, а мой двоюродный брат. Не знаю, помните ли вы об этом.
— Ох, как мы могли забыть? Мы часто встречаем его на балах.
Став Императрицей, Мирен сменила имя на «Мирен Эдгар Вороден». По этой причине она не могла унаследовать имущество герцогства. Дом, оставшийся без прямого наследника, перешел к ближайшему кузену, с которым Мирен, к счастью, была в хороших отношениях. Он охотно согласился на сотрудничество с ней. Всё это было решено еще до её замужества. По воле её отца.
— Поэтому я, к сожалению, еще не сталкивалась с трудностями из-за налога на наследство.
— Но если бы у Вашего Величества было несколько детей, разве они не могли бы стать хозяевами Дома Эдгар?
— Если бы я только могла их родить... — ответила Мирен.
От её слов атмосфера мгновенно похолодела. Для Мирен, обладающей слабым здоровьем, рождение ребенка было практически невозможным. Герцогиня и графиня тут же прикусили языки и замолчали.
И тут одна из дам, принадлежащих к Фракции аристократов, подала голос:
— И всё же мы верим, что Ваше Величество поймет наши чувства. Ведь прежде чем стать Императрицей, вы тоже были аристократкой. Не так ли?
Это было сказано слишком прямолинейно. Если она согласится, сторонники Фракции императора могут больше никогда не прийти в её Салон. Но проигнорировать это — значило выказать пренебрежение всей Фракции аристократов.
Пока Мирен обдумывала ответ...
— Но сейчас она принадлежит к императорской семье.
Это был не тонкий и высокий женский голос. Низкий, глубокий, словно доносящийся из самой тьмы... Этот голос прозвучал прямо над головой Мирен.
Услышав его, Мирен широко распахнула глаза и резко обернулась. Там стоял Райан.
— Мирен, ты занимаешься чем-то любопытным.
— Рай... Ваше Величество!.. Вы очнулись?
Все сидевшие дамы поспешно вскочили со своих мест. Лицо Императора было зрелищем, которое им доводилось видеть нечасто. Все они склонились в глубоком реверансе.
— Приветствуем великое солнце Империи, Его Величество!
Однако Райан, не велев им садиться, обратился только к Мирен. Он даже не удостоил их взглядом, отчего Мирен в замешательстве оглядывалась то на них, то на Райана.
— Мирен, зачем ты пришла сюда со своим слабым телом? И к тому же, что это за наряд...
Тяжело вздохнув, Император снял свой камзол и накинул его на плечи Мирен. Это было парадное одеяние самого Императора. Пока ошеломленная Мирен лишь испуганно вздрагивала, Райан приложил руку к её лбу. Его холодная ладонь показалась ей необычайно горячей. Похоже, у неё был небольшой жар. Впрочем, для Мирен легкая лихорадка была привычным делом.
— У тебя жар.
— Ваше Величество, я в поряд... Ваше Величество!
Райан подхватил Мирен под ноги и поднял на руки, словно ребенка. Она услышала, как дамы потрясенно ахнули. Должно быть, они впервые видели столь личную сцену между императорской четой. Лишь графиня Трион едва заметно покачала головой.
— На этом Салон окончен. Если вы провели здесь четыре часа, этого более чем достаточно.
Не дожидаясь ответа дам, Райан молча понес её прочь. Оставшиеся в одиночестве гостьи лишь прикрывали рты веерами.
— Ваше Величество, нельзя так всё заканчивать. Еще остались дела...
— Дела? Мне тоже очень любопытно. Мирен, кто, черт возьми, заставил тебя заниматься этим?
— Ваше Величество...
— Стоило мне прийти в себя спустя три дня, как я узнал, что все государственные дела, которые должны были накопиться, уже улажены. А моя жена, которая до этого не приходила в сознание целую неделю, открыла первый за тридцать лет Салон Императрицы. К тому же собрав дам из всех ключевых семей.
Лицо Райана, говорившего спокойно, в конце концов исказилось от боли. Он опустил Мирен на пол посреди дворцового коридора. Его широкая ладонь коснулась щеки стоявшей перед ним Мирен. Кончики его пальцев слегка дрожали.
Её лицо, на которое после долгого перерыва был нанесен макияж, заставляло сердце Райана биться неистово. Однако он знал. Нет, он не мог не знать, что она лишь пыталась скрыть следы болезни за слоем косметики. Он был мужчиной, который мог определить состояние здоровья Мирен по одному лишь звуку её дыхания.
Сердце Райана замирало от мысли, что Мирен изменилась из-за его собственной ошибки.
— Это министры заставили тебя? Нет, должно быть, кто-то из моих подчиненных. Они сказали, что ты должна заменить меня, пока я без сознания? Мирен, ответь мне. Кто заставил тебя сделать это?
— Ваше Величество.
— Говори.
Лицо Райана, до этого полное боли и печали, теперь пылало гневом. Гнев был направлен на того, кто заставил Мирен нести бремя короны вместо него.
— Райан.
— ...Да.
— Вы ведь Император.
— ...
— А я, ваша жена — Императрица.
Райан закусил нижнюю губу. Слова «ваша жена», слетевшие с её губ, были невыносимо сладки, но следующее за ними «Императрица» причиняло нестерпимую боль. Словно он возложил тяжелое бремя на её хрупкие плечи. Только потому, что он стал Императором.
Однако Райан скрыл свою мрачную натуру. Если бы он не стал Императором, его брак с Мирен никогда бы не состоялся. Поэтому Райан не жалел о содеянном.
— Прости, что до сих пор позволяла тебе идти по этому холодному и одинокому пути в одиночку.
Коридоры императорского дворца были великолепны, но в то же время веяли холодом. Райан, вероятно, всегда ходил по ним один из-за своей жены, которая не выходила из комнаты. Ему приходилось в одиночку посещать все официальные мероприятия и справляться со всеми делами самостоятельно. Это был груз, который Мирен всё это время перекладывала на Райана... нет, попросту бросала на его плечи.
— Теперь я больше никогда не оставлю тебя одного.
— ...
— Даже если мне придется стать твоей тенью.
Солнце сияло величественно. И Мирен приняла решение. Она станет тенью, чтобы это солнце могло гореть. Ради этого ослепительного человека, стоящего перед ней.
В этот миг Райан порывисто прижал Мирен к себе. Ей пришлось прильнуть к нему, уткнувшись головой в его грудь. Она чувствовала, как быстро и громко бьется его сердце.
— Не делай этого.
— Райан.
— Я боюсь, что ты упадешь без сил...
«Не хочу. Терпеть не могу».
Райану казалось, что он вернулся в то время, когда ему было восемь лет и он впервые встретил Мирен. Ему хотелось капризничать, лишь бы остановить её. Если он снова увидит, как она теряет сознание от изнеможения, его сердце просто не выдержит. Нет, он бы уже выпил яд и последовал за ней.
— Я не упаду.
— ...Ложь.
— Пусть я не могу обещать, что буду здорова каждый день, но... я продержусь ровно столько, чтобы ты не волновался.
Мирен крепче сжала пальцы на спине Райана. От этого его дорогой мундир помялся, но он не обратил на это внимания. Вместо этого он склонил голову, чтобы еще раз взглянуть на лицо Мирен, укрывшейся в его объятиях.
— Нет. Даже если ты будешь здорова, я буду волноваться весь день напролет. Мне тем более не нравится, что ты собираешься изнурять себя ради меня.
— Но, Райан...
— Я не стану мешать тебе, что бы ты ни задумала. Раз уж ты оказалась заперта здесь из-за меня, как я могу тебе запрещать? Но...
«Пообещай, что не оставишь меня здесь одного...»
Услышав эту тихую мольбу, Мирен могла лишь молча кивнуть в его объятиях. Она чувствовала: если она этого не сделает, дрожь в руках, обнимающих её, никогда не прекратится.
После этого Мирен еще долго медленно поглаживала Райана по спине. Больна была она, но сердце мужчины, видевшего, как падает его жена, должно быть, пострадало не меньше её тела.
Поэтому Мирен не видела, что лицо обнимающего её Райана было преисполнено странного восторга. Смесь тревоги и нетерпения, упоения и удовлетворения делали его лицо более отчаянным, чем у кого-либо другого. Он крепко прижимал её к себе, чтобы Мирен не могла увидеть его лица...
http://tl.rulate.ru/book/177095/15856447
Готово:
