Пока личный врач Мирен обрабатывал руку Райана, слуги начали приводить комнату в порядок.
Атмосфера в помещении разрядилась только после того, как Мирен пришла в себя. Райан, убедившись, что она жива, наконец подавил свою жажду крови.
Когда руку Райана перебинтовали, Мирен осторожно приподняла её.
Его ладонь была покрыта мозолями — вероятно, из-за того, что он с самого детства не выпускал из рук меч.
— Зачем вы это сделали?
— …Что именно?
— И в комнате, и с вашей рукой. Почему вы так поступили?
На тихий вопрос Мирен Райан на мгновение замолчал.
Её голос звучал холодно, словно она отчитывала его, но прикосновение к его руке и взгляд были полны нежности.
Его Императрица всегда была такой.
Она была крайне сурова к тем, кто не входил в круг её близких, но стоило ей принять человека, как она становилась к нему невероятно мягкой.
Так было и сейчас.
Держа перед собой главного виновника беспорядка в комнате, она беспокоилась лишь о его раненой руке.
— …Я просто разнервничался.
— Вы понимаете, что поступили неправильно?
— Я глубоко раскаиваюсь.
Будь у Райана хвост, он бы сейчас уныло повис. Император опустил глаза с самым понурым видом.
Глядя на него, Мирен тяжело вздохнула.
— Чтобы в следующий раз…
— Следующий раз?
— Вы больше так не делали. Оставим в покое комнату, но как вы могли поранить свои драгоценные руки?
Райан, моргнув, послушно кивнул.
Когда Мирен, удовлетворенная ответом, успокоилась, Райан коротко усмехнулся.
— Но, Мирен.
— Да.
— Следующего раза не будет.
— …О чём вы?
В то же мгновение он притянул её к себе, и она оказалась в его объятиях. Не успела Мирен опомниться, как Райан подхватил её и усадил к себе на колени.
Он уткнулся лицом в её шею.
От неё исходил невыносимо сладкий аромат.
«Странно, Мирен. Почему от тебя всегда пахнет сладостью?»
Иногда этот запах так дурманил его, что ему хотелось буквально поглотить её.
Ему казалось, что только так он сможет утолить свою неугасаемую жажду.
Но когда эта белоснежная шея оказывалась прямо перед ним, всё, что он мог делать — это вдыхать её аромат изо всех сил.
— Если ты снова уснёшь так надолго, я умру первым.
— …Райан.
— Я больше этого не вынесу…
Услышав его жалобный голос, Мирен в конце концов подняла руку и начала медленно гладить его по голове.
Она чувствовала вину перед Райаном, словно в том, что её угасающее тело не могло проснуться, была её оплошность.
«Моя нежная Императрица».
«Пожалей меня ещё немного».
Райан не отвергал эту жалость. Он готов был на всё, лишь бы удержать её жизнь. Словно ему было неважно, что её тело превратилось в кожу да кости, он долго сидел, уткнувшись носом в её шею.
Когда в комнате закончили уборку, Райан приказал подать завтрак.
Он удовлетворенно улыбнулся, сказав, что наконец-то они могут позавтракать вместе — то, что раньше никак не удавалось из-за несовпадения графиков.
Вскоре в комнату вкатили тележки, и на новом столе одно за другим начали появляться блюда.
Однако среди них не было ни грамма мяса — в основном супы или протёртая пища.
Заметив это, Мирен негромко позвала Райана:
— …Кажется, здесь нет мяса.
— Если ты внезапно начнешь жевать твердую пищу, это может стать нагрузкой для организма. В следующий раз я прикажу приготовить мягкое мясо, так что…
— Дело не в этом.
Мирен, с некоторым замешательством глядя на тарелки, выставленные перед ней, пододвинула одну из них к нему.
— Райан, здесь нет еды для вас.
— …Что?
— Я слышала, вы предпочитаете мясо овощам. …От Адлера.
— От Адлера?
Услышав имя своего слуги, Райан нахмурился и обернулся.
Адлер, поймав на себе этот взгляд, вздрогнул и замахал руками в знак отрицания.
Мирен, хоть и не видела выражения его лица, догадалась, что взгляд Райана был суров, и заговорила:
— Я попросила Марию узнать о ваших предпочтениях. Мне показалось, что я совсем ничего о вас не знаю.
— …Мирен, что мне с тобой делать?
— Простите?
Райан, подперев подбородок рукой, широко улыбнулся.
В этот момент он выглядел почти как мальчишка, и Мирен невольно моргнула.
«Мальчишка? Где же я видела такую улыбку?»
Пока она на мгновение погрузилась в раздумья, Райан произнес с улыбкой в голосе:
— Ты мне так нравишься, что я даже теряюсь.
— …
— И с каждым днём это чувство становится всё сильнее.
Когда Райан открыто отложил трапезу и принялся просто смотреть на неё, Мирен в конце концов отвернулась.
Ей было слишком неловко встречаться взглядом с Райаном, который говорил такие вещи напрямую. Её открытая шея начала заливаться румянцем.
Разумеется, видя это, Райан улыбнулся ещё шире.
Лишь когда он наконец отвел взгляд и начал есть, Мирен тоже смогла поднять ложку.
— Всё же, если тебе что-то интересно, спрашивай меня напрямую.
— Просто по сравнению с вами я ничего не знаю. Мне было неловко из-за этого.
— В этом нет нужды. Мирен, ты думаешь, что наши чувства одинаковы?
Его ложка коснулась тарелки с негромким лязгом.
По сравнению с огромной ладонью Райана ложка казалась совсем крошечной, почти игрушечной.
Мирен, пристально смотревшая на его руку, внезапно встретилась с ним взглядом.
— Вовсе нет.
— Как это… вовсе нет?
— Ни капли не похожи.
Бросив эту фразу, Райан зачерпнул суп и проглотил его. Продолжая непринужденно есть, он небрежно добавил:
— Мои чувства гораздо грязнее, чем ты можешь себе представить.
— Кто же станет думать о чужих чувствах, что они грязные?
— Поэтому, Мирен.
«Не смей говорить, что твои чувства и мои — одно и то же».
Закончив фразу, Райан продолжил трапезу как ни в чем не бывало. Он будто не хотел, чтобы она понимала его истинные помыслы.
В тот момент, когда Мирен собиралась еще раз обдумать его брошенные вскользь слова, он снова заговорил:
— Кстати, ты ведь интересовалась поместьем Пренити.
Она невольно вздрогнула. Услышав название «поместье Пренити» из уст Райана, Мирен крепче сжала ложку.
— Я обнаружил кое-что странное.
— …Странное?
— Имя старосты не было указано. Генри Бушар… кажется, так его зовут.
— Вы помните даже имя старосты?
— В поместье Пренити особая ситуация, поэтому я слышал это имя раньше, только и всего.
В его словах было что-то необычное. Нахмурившись, Мирен прямо спросила:
— Вы помните имя, которое услышали лишь однажды?
— В этом нет ничего особенного.
— Это поразительно.
Только тогда она вспомнила хвалебные речи в адрес Райана.
«Мудрейшее Солнце. Добродетельный правитель Империи».
Эти слухи были настолько известны, что дошли даже до далекого поместья Пренити. Райан был Императором, любимым своим народом больше, чем кто-либо другой.
— …Поэтому я думаю отправить кого-нибудь в поместье Пренити.
— Вы… лично, Райан?
Когда она замерла от удивления, Райан молча посмотрел на неё, а затем покачал головой.
— Нет. Нужно будет отобрать кого-то из личного рыцарского ордена. …Неужели ты хотела, чтобы я поехал сам?
— Нет. Конечно, нет.
— Я не поеду. Точнее, не смогу. Как я могу куда-то отправиться, оставив тебя в таком слабом состоянии?
Вытерев губы, Райан закончил завтрак. Мирен тоже отложила ложку, так как не могла больше съесть ни кусочка, хотя половина порции осталась нетронутой.
Тут же подошли горничные и начали убирать посуду.
Среди них осторожно приблизилась Мария.
Заметив, что она хочет что-то сказать, Райан кивнул, и Мария, поклонившись, протянула Мирен бокал.
— Это Артемида, переданная магом. Было сказано, что её лучше выпить, пока вы не спите…
Приняв бокал из рук Марии, Мирен, поморщившись, осушила его.
Увидев, что она с трудом переносит горечь, Райан коротко рассмеялся и велел служанкам принести фрукты.
Вскоре перед ней поставили аккуратно нарезанные персики, которые Мирен так любила.
Райан просто пододвинул к ней тарелку и наблюдал, как она ест.
— Мирен, ты исправно принимаешь Артемиду?
— …Как видите.
— Говорят, вкус у неё ужасающий.
— Гегель… Карнер так сказал?
— Да. Странно. Этот маг вряд ли сам её пробовал, но говорил так, будто у него есть подобный опыт.
Кстати говоря, она совсем забыла о Гегеле. После той ночи несколько дней назад, когда он раскрыл её личность и они вели многозначительные разговоры, прежде чем она уснула, Мирен его не видела.
— Придет ли он сегодня на осмотр?
— Нет. Он сказал, что ему нужно куда-то уйти, и покинул дворец. Он ведь изначально приходил лишь для того, чтобы проверить, можно ли тебе принимать Артемиду. …Тебе жаль?
— С чего бы это.
Когда Мирен покачала головой, Райан удовлетворенно улыбнулся. Казалось, с тех пор, как она по ошибке назвала Гегеля по имени, Райан стал относиться к нему настороженно.
Осторожно подцепив кусочек персика вилкой, Мирен почувствовала его мягкую текстуру. От сладкого сока, наполнившего рот, она блаженно улыбнулась.
— Откуда привезли эти персики?
— М-м? Тебе нравится? Их доставили из провинции, знаменитой своими персиками.
В персиковом саду, которым управлял её отец, как раз заканчивался сбор урожая. Эта мягкая текстура разительно отличалась от твердых персиков Вудов.
— Персики в это время года обычно водянистые и редко бывают сладкими, но эти выращены превосходно. Судя по вкусу, они из восточных земель…
Мирен, смахнув большим пальцем сок с уголка губ, задумчиво пробормотала это, и Райан рассмеялся. Он сам наколол еще один кусочек на вилку и протянул ей.
— Ты действительно знаешь обо всём на свете. Неужели ты так сильно любишь персики?
— …Ах. Я много читала о них в книгах.
В какой-то момент Мирен, начавшая было увлеченно рассуждать как дочь владельца персикового сада, осознала свою оплошность и замолчала. Вместо ответа она откусила еще один сочный кусок.
— Говорят, поместье Пренити славится твердыми персиками. Там они весьма недурны на вкус. Может, в следующий раз заказать их?
— Правда? Говорят, они там вкусные?
— Да. О, может, попросить того, кто отправится в поместье Пренити, привезти персиков?
Мирен невольно широко раскрыла глаза и посмотрела на Райана так, будто была готова закивать в ту же секунду.
Видя её редкое оживление, Райан безмолвно улыбнулся.
— Послушайте, Райан.
— Говори, Мирен.
— Так… кто же тот рыцарь, который отправится в поместье Пренити?
http://tl.rulate.ru/book/177095/15856430
Готово:
