Покрасневшие от лопнувших сосудов глаза Райана медленно закрылись и снова открылись. Он неспешно поднял голову.
Узор на потолке с искусной резьбой был сделан по его личному приказу. Ещё до помолвки с Мирен он долгое время собственноручно выбирал каждую вещь, которая должна была находиться в её комнате.
Ни к чему он не подходил спустя рукава.
Всё, что касалось её, решалось лично Райаном. Он заботился о каждой мелочи, о которой Мирен даже не догадывалась. Всегда, с тех самых пор, как умер её отец, герцог Эдгар, и она осталась одна.
«Мирен. Ты пролежала здесь восемь лет. Сколько раз ты смотрела на этот потолок?»
Наверняка сотни раз.
Райан, бессознательно переставив ногу, посмотрел вниз на предмет, о который споткнулся. Там валялась изящная чайная чашка, которой Мирен пользовалась каждый день.
В комнате уже царил полный беспорядок.
Стол был перевёрнут и валялся в углу, занавески были наполовину разорваны и жалко развевались. С одной стороны на полу лежали осколки разбитого светильника, опасно сверкая. Среди всего этого хаоса нетронутой оставалась лишь кровать Мирен.
Подняв с пола чашку, он вдруг заговорил:
— Как долго?
— Д-девятнадцать часов, — ответил седой старик, стоявший позади Райана.
Несколько слуг, горничных и личный врач Мирен застыли у двери. Однако они не шевелились, чтобы убрать разгромленную комнату. Нет, они не могли пошевелиться. Стоило хоть немного задеть чувства Императора, и не было бы ничего удивительного, если бы кто-то из них лишился жизни. Все они служили ему долгое время, а потому ждали, затаив дыхание.
На лице Райана, смотревшего на чашку, появилась пугающая улыбка.
— Отвечай точно. Сколько времени прошло, если не считать тех двадцати минут, что она бодрствовала днем?
— Двадцать шесть часов.
На этот раз ответила Мария. Именно она была последней, кто лично видел, как Императрица заснула.
И в тот же миг в руках Райана хрустнула чашка. Вскоре она разлетелась на куски и осыпалась на пол. Из руки Райана начала сочиться кровь.
Глаза его помощника, Адлера, расширились. В тот момент, когда потрясённый Адлер хотел было поспешно подойти к нему, Райан первым поднялся с места.
Вж-ж-жик...
Меч, который Райан держал в руке, с неприятным скрежетом волочился по полу. Он остановился прямо перед врачом. Пожилой мужчина задрожал, не в силах вынести исходящую от него жажду крови, и Райан положил руку ему на плечо.
— Если Императрица так и не проснётся...
— ...
— Все в этой комнате лишатся голов.
Понятно?
На этот требовательный вопрос перепуганный врач, наконец, судорожно вздохнул и выдавил из себя короткое «да». Вслед за ним Мария, Адлер и все остальные слуги в комнате начали дрожать от ужаса. Кто-то непроизвольно прослезился. Но Райан, не обращая на них внимания, вернулся к кровати Мирен, оставляя за собой капли крови.
Мария, наблюдавшая за ним со спины, подумала, что он сейчас больше всего похож на чудовище.
Несколько часов назад обезумевший Райан крушил в комнате всё подряд. Когда ножка сломанного стола пролетела мимо лица Императора, его главный распорядитель Адлер бросился к нему, чтобы попытаться хоть немного унять его ярость. Но в следующее мгновение клинок пронёсся у шеи Адлера. Прядь волос упала на пол, и в комнате воцарилась гробовая тишина. Если бы на месте главного распорядителя был кто-то другой, на пол упала бы не прядь волос, а голова.
— Императрица...
Стоя у изголовья Мирен, Райан опирался на меч и смотрел на неё сверху вниз. Его налитые кровью глаза казались безжизненными.
— Похоже, она просто устала.
Ведь так, Мирен?
В отличие от того, как он разговаривал с врачом, его голос звучал пугающе нежно, отчего у всех присутствующих по коже пробежали мурашки. Райан, стоявший над ней, протянул руку, чтобы погладить её по волосам, но внезапно замер. Рука была в крови и грязи.
Дзынь, дзынь...
В итоге он поднял другую руку, ту, что была более-менее чистой. Из-за этого меч, на который он опирался, с шумом повалился на пол. Его пальцы, касавшиеся её тонких, лишившихся пигмента волос, мелко дрожали. Перебирая пряди, ускользающие сквозь пальцы, Райан вдруг опустился одним коленом на кровать. Он убрал свою неистово дрожащую руку и прижался ухом к её груди. Вид Райана, который, закрыв глаза, слушал сердцебиение Мирен, казался почти священным.
Тук.
Тук.
Тук...
Сердце билось слабо. Звук был настолько тихим, что его можно было не услышать из-за малейшего шума. Райан боялся, что его собственное дыхание заглушит этот стук, поэтому замер, почти не дыша, и внимательно прислушивался.
Он боялся, что оно остановится. Это едва уловимое, почти угасающее сердцебиение заставляло даже Льва задыхаться от страха.
Вздрогнула...
Первым шевельнулся мизинец. Мирен всегда так понемногу начинала двигаться, когда только просыпалась и тело казалось ей невероятно тяжёлым. И в тот же миг кто-то подхватил её. В отличие от её тела, в котором остались одни кости, тело этого человека было настолько мощным, что она едва не опрокинулась назад, не выдержав напора. Её удержали руки того, кто прижал её к себе. Рука, осторожно поддерживающая её затылок, заметно дрожала.
Это был знакомый аромат. Мирен коротко улыбнулась и закрыла глаза, прислонившись лбом к его плечу.
— ...Райан.
— ...
— Райан?
Объятия, запах и рука на затылке — всё говорило о том, что это был он. Однако сколько бы она ни звала, ответа не следовало. Мирен заволновалась и открыла глаза. Она попыталась слегка оттолкнуть его за плечо, чтобы заглянуть в лицо, но в итоге оказалась ещё крепче зажата в его объятиях.
Райан с силой притянул её к себе.
— Райан, подождите. Почему...
Она попыталась отстраниться, но всё было бесполезно. В конце концов, сдавшись, Мирен замерла и огляделась. Вид комнаты был не просто беспорядочным, он был ужасающим. Стол валялся перевёрнутым со сломанными ножками, ковёр был искромсан и брошен в углу. Повсюду на полу были разбросаны опасные осколки стекла. Поняв это, Мирен начала настойчиво толкать Райана.
Но он не разжимал рук. Словно не в силах вынести происходящего, он просто молча стоял, обнимая её.
— Райан.
— ...
— Вы не собираетесь меня отпускать?
Поняв, что он не намерен её отпускать, как бы она ни двигалась, Мирен расслабилась. Вместо этого она коротко кашлянула и тихо прошептала:
— Мне... очень хочется пить. Я только что проснулась.
И тогда, на удивление, Райан тут же отпустил её. Он уже собирался повернуться к слугам, чтобы приказать принести воды, но Мирен перехватила его руку. Райан замер, не в силах пошевелиться даже под этим слабым натиском. Когда она потянула его за руку, он послушно последовал за ней. Только тогда Мирен смогла увидеть его лицо.
— Почему в комнате такой... Райан?
— ...
— Почему... вы плачете?
Его лицо было в таком же беспорядке, как и вся комната. Слезы, катившиеся по бесстрастному лицу, мочили покрывало кровати. Мирен приподнялась, опустилась на колени на кровати и коснулась лица Райана руками. Она взяла его за обе щеки.
— ...Прости меня.
— Я думал... что ты умерла.
— Прости, Райан...
— Я думал, ты покинешь меня навсегда.
Как долго он сдерживал дыхание? Райан шумно и горячо выдохнул. Его дыхание так сильно дрожало, что Мирен не могла проронить ни слова, лишь беззвучно шевеля губами. Райан прикрыл глаза и накрыл своей ладонью руку Мирен, лежавшую на его щеке. Словно стараясь не дать ей убрать руку.
Глядя на это, Мирен закусила нижнюю губу. Она начала нежно поглаживать его щеку большим пальцем.
— Я слишком долго спала.
— ...Ты ведь обещала прийти ночью.
В залитую сумерками комнату то проникал яркий солнечный свет, то вновь сменялся тенью. Погода на улице была пасмурной, по небу бежали густые облака. Когда свет озарял комнату, Мирен пристально всматривалась в его лицо и расстраивалась. На лице Райана виднелась тонкая, как ниточка, царапина. Она была совсем неглубокой и уже подсохла, но следы крови, которые он не успел стереть, выдавали то, что произошло этой ночью. Мирен с сочувствием вздохнула, потирая царапину большим пальцем.
— Мирен.
Райан, подражая её жесту, тоже положил ладонь на её щеку. Его рука всё ещё заметно дрожала. Ему нужно было взять себя в руки. В том, что она не просыпалась, не было ничьей вины. Просто неумолимая болезнь привела к этому. Трудно было понять, гнев это был или печаль. Райан лишь усмирил своё дрожащее дыхание и спросил:
— Ты ведь... не сама хотела так долго спать?
— ...Что?
— Сон ведь не подвластен твоей воле.
Верно?
Пристальный взгляд Райана требовал ответа. В этом вопросе крылось его сокровенное желание не винить Мирен. Его лицо, ожидавшее ответа, выражало крайнюю тревогу. Мирен, встретившись с ним глазами, наконец кивнула.
— ...Конечно, Райан...
В тот миг, когда она ответила, Райан улыбнулся. Глядя на его улыбку, она не нашла в себе сил улыбнуться в ответ. Мирен, невольно отведя взгляд, вдруг широко раскрыла глаза. В этот момент солнечный свет снова ворвался в комнату. В освещённом помещении она увидела, что кровать окрашена в красный цвет. И только тогда она заметила, что с руки Райана, опущенной вниз, капает кровь.
Взволнованная Мирен потянула его за другую руку к себе. Нахмурившись при виде довольно серьезной раны, она поспешно позвала врача, стоявшего в отдалении, чтобы тот стёр кровь. Глядя на эту суету, Райан улыбнулся ещё раз.
Лев вновь ощутил ошейник на своей шее. И только когда этот ошейник сдавил ему горло, он, наконец, смог успокоиться.
http://tl.rulate.ru/book/177095/15856429
Готово:
