Профессионал, а не мошенник.
— ...О чем вы вообще говорите?
На вопрос Мирен мать не смогла сразу ответить и лишь понуро опустила голову.
Вскоре мать подняла руки, лежавшие на столе, и закрыла ими лицо.
Мирен подошла ближе и спросила, словно допытываясь:
— Я спрашиваю, что это значит?
— Говорят, жители деревни единогласно решили, что не хотят возвращаться в Княжество Терун. И это понятно. Нам тогда жилось слишком тяжело... Мы едва успели стать гражданами Империи, и тут нам велят возвращаться в Княжество!
— Подождите, мама. То есть сейчас...
— Да. Из столицы пришел указ: всем жителям поместья Пренити велено вернуться в Княжество.
Мирен нахмурилась. Эта информация совершенно расходилась с тем, что она знала.
«Если они хотят вернуться, я должен позволить. Ходатайства продолжают поступать. Территория отойдет нам, а людей мы отпустим. Говорят, в деревне все пришли к единому мнению».
Райан определенно говорил, что жители деревни сами изъявили желание вернуться.
У него не было причин лгать ей, так что, возможно, информация по пути где-то исказилась.
Странно. Здесь что-то не так.
— Княжество Терун нас ни за что не примет. Прошло уже двадцать лет! Знаешь, как в Княжестве называют людей из поместья Пренити? Предателями. И куда нам, по-твоему, возвращаться?
Видимо, из-за пережитого стресса по лицу матери потекли слезы.
Тяжелее всех приходилось именно матери, отцу и таким же переселенцам, как они.
Придя сюда почти как пленники, они с трудом обосновались, но так и не стали полноправными гражданами Империи. И в то же время они зашли слишком далеко, чтобы возвращаться назад.
Люди, прожившие здесь двадцать лет, могли в одночасье лишиться дома и остаться ни с чем.
Мирен с помрачневшим лицом на мгновение задумалась, а затем подошла и ободряюще похлопала мать по спине.
— Я во всем разберусь.
— ...Не нужно. Тебе стоит немедленно отправиться в столицу. Поезжай и выходи замуж за первого встречного. Тогда хотя бы ты сможешь остаться здесь.
— И какой мне прок оставаться гражданкой Империи в одиночку?
— ...Мирен.
— Мама, какой смысл мне жить одной, бросив тебя и отца? Мама, я же тебе сто раз говорила.
Мирен протянула руку к матери и большим пальцем смахнула слезы у нее из-под глаз.
Встретившись с ней взглядом, она широко улыбнулась.
— Нет ничего дороже семьи.
Мирен, неподвижно лежавшая на кровати, несколько раз моргнула и поднялась.
Голова немного кружилась, но по сравнению с обычным состоянием самочувствие было довольно неплохим.
В последнее время всегда так.
Ей было даже слишком хорошо, что вызывало легкое беспокойство.
Отбросив тревожные мысли, Мирен спустила ноги с кровати.
Накануне она легла спать раньше обычного, так как ей нужно было кое-что разузнать.
За окном еще стояли ранние сумерки, и отчетливо слышались звуки шагов.
Обстановка отличалась от той привычной тишины глубокой ночи, когда Мирен обычно просыпалась, поэтому она первой вышла из комнаты.
Она намеревалась найти Марию.
— Мария, ты здесь?
— Ваше Величество, вы звали меня?
Стоило ей выйти, как ожидавшая снаружи Мария склонила голову.
Казалось, она была удивлена тем, что Императрица проснулась так рано.
— Мария, а Его Величество...
Мирен внезапно замолчала.
За спиной склонившейся Марии было огромное окно, через которое лился алый свет заходящего солнца.
И там стоял мужчина с белоснежными волосами.
Тот самый, которого она видела вчера.
В отличие от их встречи в темноте, сейчас, при свете, лицо мужчины было отчетливо видно.
Это действительно был тот самый Гегель Карнер, которого она знала.
Он улыбнулся Мирен и помахал ей рукой.
Мирен нахмурилась и уже собиралась что-то сказать, но Мария заговорила первой:
— Ваше Величество, что-то не так?
— ...Нет, ничего.
Гегель поднес указательный палец к губам, призывая к молчанию, а затем указал на Марию.
Поняв, что он просит сохранить его присутствие в секрете, Мирен уже хотела машинально что-то придумать в оправдание, но тут же скривилась.
С чего это она должна принимать сторону Гегеля?
Этот парень был совершенно не в своем уме.
Явиться сюда на следующий же день после того, как в него едва не вонзился меч Императора, чтобы снова совершить то же самое преступление.
Если рыцари его обнаружат, его немедленно бросят за решетку.
— Ваше Величество, вы плохо себя чувствуете?
— Сегодня я чувствую необычайную легкость в теле. Можешь не беспокоиться.
— Какое облегчение. Как раз...
Гегель, который несколько минут неподвижно стоял и наблюдал за ней, наконец помахал рукой.
Попрощавшись, он резко развернулся, и Мирен, сама того не замечая, дернулась, желая его окликнуть:
— Эй, ты куда...!
— Ваше Величество?
Мирен опустила взгляд и увидела Марию, которая смотрела на нее с недоумением.
Мария, почувствовав неладное, хотела обернуться, но Мирен среагировала быстрее.
Пользуясь своим высоким ростом, она приобняла Марию за плечи и увела ее обратно в комнату.
Вдалеке все еще виднелась фигура Гегеля.
— Давай войдем. Мне нужно кое о чем поговорить внутри.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
Мирен тревожным взглядом проводила удаляющуюся спину Гегеля.
Если его поймают во время таких прогулок... Впрочем, ладно. Не стоит так сильно переживать из-за случайного знакомого.
Войдя внутрь, Мирен отбросила лишние мысли и заговорила первой:
— Его Величество все еще занят делами?
— Да, совет еще не закончился. Ваше Величество, мне доложить Его Величеству о вашем пробуждении? Уверена, он тут же придет.
— Нет, не нужно. Мы вполне можем поговорить сегодня ночью.
Когда она отказалась, Мария, напротив, посмотрела на нее с беспокойством.
Мирен, впервые видевшая подобное выражение на лице всегда спокойной Марии, в недоумении склонила голову набок.
— Мария, что-то случилось?..
— Нет, просто... позвольте мне дерзость сказать одну вещь.
— Говори.
— Ваше Величество.
Мария долго колебалась, не решаясь произнести то, что задумала, но в конце концов сглотнула и подняла на нее глаза.
Мирен, видя ее волнение, кивнула, и только тогда Мария заговорила:
— Если вы сообщите Его Величеству, он будет очень счастлив.
— ...Его Величество?
— Да, ведь он всегда ждал.
— Меня?
Когда Мирен несколько раз усмехнулась, словно не веря своим ушам, Мария, чье лицо всегда оставалось бесстрастным, коротко улыбнулась.
Тут же вернув прежнее выражение лица, она тихо кивнула.
— ...Хорошо, тогда доложишь ровно через час.
— Через час?
Не прямо сейчас, а ровно через час.
Когда Мария удивленно переспросила, Мирен отвела взгляд.
На ее болезненном лице промелькнуло слабое замешательство, и она пробормотала:
— Он ведь на совете.
— ...Он бросит совет и примчится в ту же секунду.
— Эх.
Мирен тихо вздохнула после слов Марии.
— Вот поэтому и нельзя.
Его Величество... он не должен так поступать.
Подобное случалось всякий раз, когда Мирен просыпалась раньше времени.
Стоило Марии сообщить о ее пробуждении, как Райан откладывал все дела и спешил к ней.
Разумеется, вся незавершенная работа переносилась на следующий день.
Из-за этого среди служанок порой ползли нехорошие слухи.
Мол, пока Мирен не выходит из-за слабого здоровья, она околдовала Императора так, что он даже работать не может.
Вспомнив эти нелепые слухи, Мирен поморщилась.
Если доложить через час, Райан как раз закончит свои дела.
— Ваше Величество, мне нужно кое-что сказать.
— Говори.
Тон Марии был весьма серьезным.
Мирен тоже сосредоточилась на ее словах, медленно моргая.
Тем временем Мария, склонив голову, отступила назад.
Она остановилась прямо перед дверью.
— На самом деле, Его Величество пригласил человека, который займется вашим лечением. Он должен был прийти сегодня вечером, и я подумала, что будет лучше, если вы пройдете осмотр, пока бодрствуете...
— Хм. Опять сменился лечащий врач?
— Нет, ваш врач остается прежним. Я слышала, что это просто человек, который будет осуществлять особый уход.
— Это радует. А то я уж испугалась, что он снова навлек на себя гнев Его Величества.
Нынешним лечащим врачом был старик лет восьмидесяти.
Каждый раз, видя его, Мирен вспоминала своего деда, о котором только слышала в рассказах, и невольно проникалась к нему симпатией, поэтому она испытала облегчение, узнав, что врач не сменился.
...Человек для особого ухода?
Пока Мирен колебалась, Мария подошла к двери и попросила разрешения открыть ее.
«Он уже ждет? С каких пор?»
Отложив раздумья на потом, она кивнула, и обе створки двери распахнулись.
Мирен, сидевшая в кресле в углу комнаты, стала разглядывать вошедшего.
Первым делом она заметила туфли, слегка испачканные землей.
Руки мужчины были настолько белыми, что казались лишенными пигмента. В тот момент, когда она увидела его лицо в аккуратной белой рубашке, какую носят простолюдины...
— Гегель?
— ...Ваше Величество?
Мирен пробормотала это, сама того не замечая.
Она ошеломленно смотрела на него, а Гегель со странным выражением лица смотрел на нее в ответ.
Человек с длинными седыми волосами — это определенно был Гегель.
Там стоял Гегель, собрав половину волос в хвост на затылке.
— Рад нашей первой встрече, Ваше Величество. Я маг Южной магической башни, Гегель Карнер.
— ...Ваше Величество, это особый целитель, нанятый Его Величеством. Он будет следить за вашим здоровьем.
— Будет следить за моим здоровьем?
Этот лентяй?
Мирен невольно указала на него пальцем, и Гегель грациозно улыбнулся.
В прямом смысле — он выглядел как изысканный безумец.
Затем Гегель подошел к сидящей Мирен, приложил руку к груди и склонил голову. Это было образцовое приветствие.
Снова подняв голову, Гегель прищурился в улыбке и негромко произнес:
— Позволите ли вы мне осмотреть вас?
— А, да... То есть, изволь.
Ее ответ прозвучал как-то неуверенно, но Гегель, казалось, не придал этому значения.
Опустившись на колени перед сидящей Мирен, он внезапно протянул руку.
Мирен просто молча смотрела на его ладонь.
— ...Ваше Величество, возьмите меня за руку.
— За руку? А... точно.
В итоге она положила свою руку в его.
Гегель закрыл глаза, осторожно сжимая ее ладонь, долгое время хранил молчание, а затем открыл глаза и произнес:
— Ваше состояние крайне плачевно.
«Это и так всем присутствующим известно».
Мирен очень хотелось это сказать, но, поймав взгляд Марии, она сдержалась.
Вдруг Гегель начал копаться в своем внутреннем кармане.
— На самом деле, по приказу Его Величества я отыскал единственное в мире чудодейственное лекарство.
— ...Чудодейственное лекарство?
— Да. Его было невероятно трудно найти, это великая редкость, но, к счастью, мне, Гегелю Карнеру, с огромным трудом удалось его раздобыть.
Гегель продолжал:
— И вот, я наконец принес его вам, Ваше Величество.
То, что он достал, было не просто знакомым, а до боли известным ей свертком ткани. Когда он развернул аккуратно уложенную материю, Мирен увидела то самое средство.
Это была Артемида.
— Я в одиночку прочесал глухие горы и едва сумел найти ее.
...Ах ты, гад?
http://tl.rulate.ru/book/177095/15856421
Готово:
