— Хви-ран, это не я.
Пуккун Хви с состраданием посмотрел на жену и молча обнял её.
— Я знаю. Разве я мог усомниться в тебе? Но сейчас обстоятельства складываются не в нашу пользу. Пока что они не предпринимают решительных действий, стараясь сохранить лицо клана, но если со временем ситуация не разрешится, тебя могут сделать козлом отпущения. Именно об этом я и беспокоюсь.
Хрупкое тело его жены, сотрясаемое непрекращающейся дрожью, вызывало в нём глубокую жалость.
— Не волнуйся. Сейчас Клан Пуккун бросил все силы на поиски Док Сохон. Как только мы её найдём, ты сможешь очиститься от этого позорного ложного обвинения. Я обязательно защищу тебя.
— Я верю вашим словам. Но, пожалуйста, не истязайте себя слишком сильно. Я не хочу, чтобы клан пострадал из-за меня.
Пуккун Хви уловил недоброе предчувствие в словах Со Сорин.
— Посмотри на меня. Посмотри мне прямо в глаза. Неужели ты собиралась уйти, оставив меня и Хёпа?
Она попыталась улыбнуться, но в уголках её глаз заблестели слёзы.
— Я весь день думала о том, что будет лучшим выходом. И решила, что когда зацветут цветы, вам будет легче приходить ко мне.
— О чём ты только думаешь? Мне нужна только ты и никто больше. Не оставляй меня одного.
— Мне жаль лишь, что я вынуждена прощаться с маленьким Хёпом, так и не став для него хорошей матерью. Хви-ран, сделай так, чтобы мальчик не чувствовал себя одиноко, даже если меня не будет рядом.
— Я не хочу этого слышать. Разве ты не можешь просто довериться мне и подождать? Давай повременим. Если ты исчезнешь сейчас, все решат, что ты и есть преступница.
— Хви-ран, вы ведь верите мне. Этого достаточно.
В её влажных глазах, словно прекрасные водяные лилии, расцвели слёзы. Решимость жены была непоколебима.
— Если ты так решила, пусть будет так. Я не стану больше тебя отговаривать. Но знай: в этом мире без тебя меня тоже ничего не держит.
Со Сорин опустилась на пол и произнесла:
— Что же вы заставляете меня делать? Неужели вы хотите, чтобы я стала обузой для клана? Если из-за меня разразится буря, как я смогу смотреть в глаза отцу?
— Он не тот человек, который дорожит пустой славой и властью. Не беспокойся об этом. Я ненадолго уйду, а ты пообещай мне, что не совершишь никаких опрометчивых поступков.
Глядя на своё отражение в глазах Пуккун Хви, Со Сорин кивнула.
Шаги Пуккун Хви были подобны ударам остро отточенного меча. По мере того как он приближался к отдельному павильону, где остановилась Принцесса, его аура становилась всё более свирепой.
— Передайте Принцессе, что я пришёл.
Служанка, испугавшись веявшего от него холода, поспешила доложить о госте.
— Входите.
Аён встретила его у самых дверей.
— Приветствую принцессу.
Его краткое приветствие могло показаться грубым.
Принцесса тоже смотрела на него с застывшим лицом.
— В чём дело?
— Моя жена ни в чём не виновата.
— Прошло два месяца с моего приезда, и первая фраза, которую вы произносите при встрече, — это оправдания вашей жены?
— Насколько я помню, я уже говорил, что я женат.
— Меня не заботит мнение общества настолько, чтобы я обращала внимание на такие мелочи. Ведь не так просто найти человека столь же красивого, как вы.
— У меня нет ни малейшего желания становиться украшением Принцессы...
— Молодой глава, вы заходите слишком далеко, — вмешалась Аён.
— Аён, уйди. Это дело касается только меня и его.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
Уходя, она бросила на него недобрый взгляд.
— Вам не кажется, что вы не в том положении, чтобы вести себя со мной столь дерзко?
— Перед небесами мне не в чем себя упрекнуть...
«Как же они могут быть настолько разными? Неужели они действительно братья?» — подумала Принцесса Мунсон. Сделав про себя вздох, она продолжила с некоторым недоумением на лице:
— Разве вы не понимаете, что такое обращение со мной, членом императорской семьи, равносильно государственной измене? Даже если я сделаю вам сотню уступок, это крайне неприятно.
— У меня нет желания добавлять к списку своих грехов ещё и государственную измену. Всё, чего я хочу, — это отменить этот брак и доказать невиновность моей жены.
— Вы довольно прямолинейны. Что ж, мне нужен ваш красивый облик, так что отменить свадьбу будет трудно. А поскольку были найдены лекарственные травы, которые прятала ваша жена, в ходе допроса мы сможем выявить любые её преступления.
— Значит, вам обязательно нужен я, пока я красив?
— Да. Именно этого я и хочу.
Она решила немного покапризничать. Хотя её сердце уже принадлежало другому, возможно, это была месть за его холодность и за то, что он ни разу не навестил её.
— Ах! Что вы делаете?!
На её испуганный крик в комнату вбежала Аён.
Пуккун Хви, наполнив правую руку Ци, буквально содрал кожу со своего лица. Почти вся плоть, за исключением глаз, защищённых энергией, была растерзана.
Он продолжил совершенно спокойным тоном:
— Если я стану таким, вы сможете расторгнуть помолвку?
Принцесса Мунсон глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
— Зачем вы поступили так опрометчиво? Разве нельзя было воспринять это просто как маленькое женское капризство? Что подумает обо мне второй молодой господин, узнав об этом?
Услышав слова Принцессы, Пуккун Хви громко рассмеялся.
— Вот и славно. Просто замечательно. Не берите в голову. Я сам всё объясню Мёну. Принцесса, прошу вас, проявите милосердие к моей жене. Она никогда не причинит вреда другому человеку.
Несмотря на то что его лицо было залито кровью, он низко склонился в поклоне. На месте, где его лба коснулся пол, остался яркий алый след, словно нанесённый краской.
— Аён, скорее зови лекаря! Чего ты стоишь?!
— Ваше Высочество, всё в порядке. Прошу прощения за то, что доставил вам беспокойство.
Закончив приветствие, Пуккун Хви с лёгким сердцем покинул павильон. Стоило ему подумать о том, что теперь невиновность жены будет доказана и всё вернётся на свои места, как жгучая боль на лице превратилась для него лишь в радостный крик души.
Бам.
Принцесса бессильно прислонилась к кровати. Всё произошедшее, лишившее её покоя, случилось менее чем за четверть часа, словно в кошмарном сне.
«Как я смогу смотреть ему в глаза? Если из-за одной маленькой ошибки я потеряю его, как мне жить дальше? Почему он пришёл именно в этот момент и устроил такой переполох... Ох, как же это обидно».
В памяти всплывала сцена, как Пуккун Хви калечит собственное лицо.
«Насколько же сильно нужно любить, чтобы пойти на такое? Значит, я не ошиблась в людях. Будет ли он так же дорожить мной, как своим братом?»
Вместо испуга или страха её первым чувством была зависть.
Разве любая женщина не мечтает о таком мужчине? О том, кто будет ценить её превыше всего.
— Аён.
— Да, Ваше Высочество.
— Освободи Со Сорин из-под стражи.
— Но, госпожа, это же...
— Я не хочу повторять дважды. Это не она.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
Лицо Аён, выходившей из комнаты, было мрачным.
Глава 12. Местонахождение (1)
— П-п-проклятье... З-з-знал бы я, ч-что это т-так т-трудно, ни з-за ч-что бы н-не взялся.
С каждым словом его гнев рос.
Заикание, начавшееся три месяца назад, никак не проходило.
Чтобы найти того, кто промчался мимо него на лошади на рассвете того дня, он, даже не успев отмыться от нечистот, шёл по следам копыт и добрался до Клана Пуккун.
От стражников у ворот он узнал, что человеком, проехавшим здесь в одиночку, был второй молодой господин клана — Пуккун Мён. Именно его имя носил тот, кто подарил ему эти «незабываемые воспоминания».
С тех пор он просто ждал появления Пуккун Мёна. Он решил, что как только тот выйдет, он изобьёт его, не взирая на репутацию Клана Пуккун.
Он даже не задумывался о сравнении уровней их боевых искусств, мечтая лишь о нелепой мести.
Однако прошло десять дней, месяц, два месяца, а тот так и не показывался за воротами.
Он пытался через стражу потребовать встречи с Пуккун Мёном, но это не возымело никакого эффекта.
Он мог бы представиться учеником Союза Нищих, но для этого у него не было веского повода.
Что бы он сказал, вызвав его? «Я был пьян на рассвете и мочился на обочине, а вы облили меня с ног до головы, так что несите ответ»?
Или: «Вы опасно скакали на лошади, хотя никто и не пострадал»?
Как известно, крошечная заноза порой раздражает больше, чем глубокая рана. И вот, когда он в тоске и безнадёге ждал Пуккун Мёна, к нему подошёл стражник из императорского дворца.
— Ты Кучхун по прозвищу Цветочный Нищий?
— К-к-кто сп-спрашивает?
— Я стражник Мо из императорского дворца. У меня к тебе важное дело.
— Ч-что за д-дело?
— Для начала расскажи, почему ты здесь околачиваешься.
— Н-не м-могу ск-сказать.
— Кого-то ждёшь?
Тот кивнул и ответил:
— Ж-ж-жду в-второго м-молодого г-господина к-клана.
Стражник Мо, который постоянно заставлял его говорить, не вызывал у него симпатии.
— Не знаю, что у вас за дела, но не поможешь ли ты императорскому дворцу? Оплата будет щедрой. Дело несложное. Нужно выяснить прошлое одного человека, живущего за рыночной площадью, и найти ещё одну особу.
Поиск людей — любимое занятие Союза Нищих. А Кучхун, знавший толк в искусстве выслеживания, самодовольно считал себя лучшим в этой области.
— П-п-положитесь н-на м-меня. Н-но в-взамен н-нужно м-много д-денег н-на р-расходы.
Удивительно, но когда речь заходила о деньгах, Кучхун переставал заикаться.
«Что это за тип такой? Только о деньгах говорит чётко», — подумал стражник.
Передав ему заранее подготовленный вексель на пятьсот лян, он сказал:
— Человек, чьё прошлое нужно изучить, — женщина по имени Чок Хиён. Говорят, она младшая сестра-наставница второго молодого господина Клана Пуккун, так что для тебя это может быть на руку. А найти нужно Даин по имени Док Сохон. Я был у неё дома, но, похоже, она давно там не появлялась. За сведения о Чок Хиён я дам столько же. А если укажешь местонахождение Док Сохон, добавлю ещё три тысячи лян.
От такой суммы у Кучхуна округлились глаза.
— Я обращаюсь не только к тебе лично, но и делаю заказ всему Союзу Нищих. Так что не удивляйся.
«Ну конечно. Я уж думал, мана небесная свалилась. Эх, судьба моя бедовая!»
Простые люди любят деньги. Богачи любят их ещё больше. Но нищие обожают деньги превыше всего.
И среди таких нищих Кучхун отличался особой алчностью. Пока он лихорадочно соображал, как бы прикарманить всё в одиночку, слова стражника Мо разрушили его надежды.
— Кстати, я уже отправил гонца в главный штаб. Я сообщил им, что передал вексель тебе, так что разбирайтесь сами.
«Ах ты... тварь поганая! Решил деньгами швыряться!»
Деньги в руках придётся отправить в штаб. А ему останется только тяжелый труд — до седьмого пота обивать пороги.
«Это всё из-за того, что меня тогда облили. Не везёт, так не везёт, тьфу!»
— Кха, тьфу!
Сплюнув густую мокроту, он поспешно скрылся.
http://tl.rulate.ru/book/176421/15473948
Готово:
