Сегодня по-настоящему радостный день.
Исторический момент в моей жизни.
Причина была проста: сегодня состоялось Торжественное открытие моего «нового заведения».
Приехав рано утром, я замер перед входом в ресторан. Я молча смотрел на белоснежную вывеску.
«Пэккедан (Заведение ста кур)»
Простая надпись чёрными буквами на ослепительно белом фоне. Это название придумал я сам.
Пэккедан.
«Пэк» — это число сто.
«Ке» — курица.
«Дан» — место.
Другими словами, это место, где можно отведать сто разных вкусов курицы.
«Ну, я просто подобрал подходящие иероглифы».
Конечно, я не был уверен, насколько это правильно с точки зрения грамматики. Я просто соединил китайские чтения и значения так, как мне самому приглянулось.
«Но намерения мои искренни».
В это название я вложил всю свою душу. Ресторан, специализирующийся на блюдах из курицы — «Пэккедан».
Здесь я собирался показать истинную суть кулинарного искусства, вкладывая сердце в каждое блюдо.
— Давай постараемся, — прошептал я, крепко сжав кулаки перед рестораном с обновлённым интерьером в светлых тонах.
Нужно выложиться на полную. Буду упорно трудиться, чтобы жить долго и счастливо вместе с моей дочкой Йерин.
Зайдя внутрь пораньше, я сразу приступил к заготовкам. Переодевшись в белую поварскую форму, ставшую символом Пэккедан, я начал тщательно подготавливать ингредиенты.
Конечно, три помощника на кухне помогали мне с разделкой курицы, но за всё, что касалось вкуса блюд, я отвечал лично. Даже получив заведение площадью в 100 пхён, у меня и в мыслях не было перекладывать готовку на персонал и прохлаждаться.
Так я подготовил первые коронные блюда Пэккедан: острую тушеную курицу, Андонский чжимтак и самгьетан.
Совсем скоро должны были прийти посетители. И не только случайные прохожие, но и те, кто узнал об открытии из объявления в Тытубе.
Я досконально проверил всё: кухню, зал, чистоту и работу киосков самообслуживания.
Когда часы пробили девять утра, двери ресторана наконец открылись.
Как только рабочий день начался, Пэккедан мгновенно наполнился шумом и суетой.
Первые гости, стоявшие в очереди ещё до открытия, хлынули внутрь подобно волне. Я никогда не принимал столько людей одновременно, поэтому голова пошла кругом. К счастью, благодаря тщательной подготовке к Торжественному открытию, работа шла без серьезных сбоев.
— Ого, острая тушеная курица просто потрясающая! Сладковатая, но с огоньком — настоящий «похититель риса».
— Вау, так это тот самый знаменитый чжимтак? Я так хотел его попробовать после видео в Тытубе. Теперь понятно, почему Тхэ-гу-хён бросил съемки и начал есть.
— Чжимтак — это просто объедение! Клянусь, это лучший чжимтак, что я пробовал в жизни!
— Отец, как вам самгьетан? Пришёлся по вкусу?
— Ха-ха-ха, да. Бульон такой наваристый, сразу чувствуется прилив сил. Столько целебных трав — это не просто еда, а настоящее лекарство.
Наблюдая за реакцией гостей, я наконец-то смог улыбнуться. Зал в 100 пхён был забит до отказа, и почти каждый посетитель выглядел довольным.
«Какое облегчение, правда».
Меня накрыло чувство глубокого удовлетворения. Раньше я переживал, не остался ли мой навык на уровне маленькой забегаловки, но, похоже, он вполне подходил и для большого ресторана.
— Ган-у!
В этот момент, когда я собирался вернуться на кухню, чтобы проверить процесс готовки, кто-то окликнул меня. Голос был до боли знакомым.
Его обладателем был Сон Тхэ-гу.
— Брат!
Я поспешно подошел и крепко обнял его.
— Ой-ой, ты чего? Что за нежности?
— Спасибо, брат. Огромное тебе спасибо. Благодаря тебе я открыл такой большой ресторан и принимаю столько гостей. Я искренне благодарен и никогда не забуду твою доброту.
— Ха-ха, а я-то думал, что случилось. Глупый, я же говорил тебе: Сон Тхэ-гу всегда прикроет тебя и Йерин. Ты что, думал, я просто хвастаюсь?
— Ну, ты не очень дружишь с алкоголем, вот я и подумал, что это было сказано по пьяни...
— Кхм! Давай закроем эту тему.
Сон Тхэ-гу явно смутился, и мы закончили объятия.
— Погоди-ка, Ган-у. Я должен тебе кое-что показать.
— А? Показать?
— Ага. Эй, вы там, снаружи! Заносите скорее!
Сон Тхэ-гу крикнул в сторону выхода. Что он собрался мне показывать? Я в недоумении уставился на входную дверь.
И тут...
— ...?!
Снаружи рабочие начали один за другим заносить поздравительные венки. Директор такой-то компании, председатель другой, главный врач больницы, глава ассоциации... Венки с громкими именами и титулами выстраивались в ряд, заполняя пространство. Места в зале не хватило, поэтому их выставили плотной шеренгой даже вдоль улицы.
— Б-брат... Это ещё что такое? — спросил я дрожащим от шока голосом.
Сон Тхэ-гу с гордым видом ответил:
— Как что? Венки.
— Нет, я вижу. Но откуда их столько?
— Мои связи. Подумал, что твоему ресторану будет как-то пустовато без цветов, вот и попросил знакомых прислать парочку.
— Правда?
— Ага. Все они люди солидные, так что за твой статус можно не переживать, хе-хе.
— Ох...
Я низко опустил голову. К горлу подкатил комок, а глаза защипало от слез.
— Ты чего, Кан Ган-у? Плачешь, что ли?
— Хнык...
— Эй, парень! В такой радостный день! Не реви. Я же помог тебе открыть ресторан, чтобы ты улыбался. Эй, директор Пэккедан! А ну, прекращай мокроту разводить!
Сон Тхэ-гу похлопал меня по спине, пытаясь утешить. Но слезы потекли ещё сильнее. Какое же это счастье — встретить такого хорошего человека. За что такому обычному человеку, как я, выпала такая удача? Я был благодарен абсолютно за всё.
— Папа!
В этот момент раздался звонкий, любимый голос. Я вскинул голову и увидел у входа Йерин и Им На-ын. Сон Тхэ-гу тут же закричал:
— Ой, наша красавица Йерин пришла! Йерин, смотри, твой папа плачет! Кха-кха-кха!
Услышав это, я быстро вытер глаза. Йерин и Им На-ын подошли ко мне.
— Папа, ты чего? Почему ты плакаешь?
— ...
— Хнык, почему? Тебя Тхэ-гу-самчхон обидел?
Сон Тхэ-гу тут же запротестовал:
— Что-о? Йерин, вовсе нет! Дядя, может, и выглядит сурово, но он никого не обижает.
— А почему тогда папа плакает?
— Сам не знаю. Вдруг зарыдал, и что мне делать? Эй, Кан Ган-у, скажи уже что-нибудь дочке. А то она меня за злодея принимает.
Я кое-как смахнул остатки слез и обратился к Йерин:
— Йерин, дядя Тхэ-гу меня не обижал. И я плачу не от грусти.
— А отчего?
— От радости. Потому что мы открыли ресторан, потому что пришло много гостей, и потому что дядя Тхэ-гу так сильно нам помогает. Мне просто очень-очень хорошо.
— А-а, так слезки бывают и от радости?
— Да, именно так.
— Хе-хе, тогда ладно! Какое счастье!
Йерин заулыбалась и извинилась перед Сон Тхэ-гу. Тот в шутку сделал вид, что обиделся.
— Директор, поздравляю вас! — сказала Им На-ын, протягивая мне пышный букет цветов.
— Ой, ну зачем же такая роскошь...
— Сегодня великий день, вы заслужили все эти поздравления.
— Спасибо, менеджер. Я, кажется, впервые во взрослой жизни получаю цветы.
— Правда? Значит, я стала первой? Мне так приятно, хе-хе! — Им На-ын улыбнулась, словно жизнерадостный щенок.
— В любом случае, спасибо, что пришли. Вы ведь ещё не обедали? Я провожу вас к столику. Йерин, давай покушаем. Брат, вы тоже присоединяйтесь.
Я усадил Йерин, Им На-ын и Сон Тхэ-гу за лучший стол. Мне очень хотелось, чтобы они первыми оценили вкус блюд Пэккедан. После того как я накормил их, работа продолжилась. Как только одни гости уходили, их места тут же занимали новые. Первый день Пэккедан стал настоящим триумфом.
— Всем спасибо за отличную работу!
Вечер. После закрытия.
Я поблагодарил сотрудников: троих поваров и двоих официантов. Но одними словами я не ограничился. Перед тем как они ушли домой, я вручил каждому бонус в знак признательности, помимо основной зарплаты. Из-за наплыва случайных прохожих, старых клиентов и зрителей из Тытуба день выдался невероятно тяжелым.
— Фух, наконец-то закончили...
Когда последний сотрудник ушел, я наконец-то смог облегченно вздохнуть. Напряжение, державшее меня весь день, начало спадать под прохладным ночным ветерком.
«Спасибо всем, кто сегодня пришел».
Я вспоминал лица гостей, посетивших нас с девяти утра до девяти вечера. Прохожие, заглянувшие из любопытства. Зрители канала Йерин, приехавшие специально из Пусана. Те, кто мечтал попробовать чжимтак из видео. Постоянные клиенты ресторана домашней кухни, которые были со мной, когда в заведении летали одни мухи. И, конечно, сотрудники MCN Меркьюри: директор Хон Ын-пхё и Соль Ын-ён.
Пришло так много людей. Я был безмерно благодарен.
— Ган-у, ты молодец, потрудился на славу, — Сон Тхэ-гу, ожидавший внутри, подошел и похлопал меня по плечу. Поддержка моего благодетеля была бесценна.
— Директор, вы проделали огромную работу! — Им На-ын тоже подошла с сияющей улыбкой. Весь день она не просто ела, а помогала нам с обслуживанием, когда рук стало не хватать. Я несколько раз поблагодарил её, хотя понимал, что простым «спасибо» этот долг не вернуть.
— Папа, ты молодец! Потрудился на славу! — Йерин подпрыгнула и отвесила мне вежливый «поклон до пупка». Мы, взрослые, не смогли сдержать смеха от её милой манеры.
Усевшись за стол, мы с Сон Тхэ-гу начали подсчитывать выручку. Суммируя чеки и наличные...
— ...!
Наши глаза округлились. Мы оба застыли, не в силах вымолвить ни слова.
— Г-ган-у...
— Б-брат!
Мы одновременно, словно договорившись, дали друг другу «краба», прямо как в знаменитой сцене из баскетбольной манги. Сумма была просто ошеломляющей.
Я повернулся к столу, где сидели Йерин и Им На-ын, и объявил:
— Невероятно! Мы наторговали на 20 миллионов вон!
— Что-о?! Правда? — воскликнула На-ын.
— Ура-а-а! Папа лучший! — Йерин захлопала в ладоши, хотя тут же переспросила, насколько это вообще много.
— Поздравляю, директор! 20 миллионов вон за один день! Это же просто фантастика!
— Ха-ха, да уж. Я и сам не ожидал таких цифр...
20 миллионов вон. Наторговать столько всего за один день! Конечно, после вычета расходов чистая прибыль будет меньше, но сам объем выручки заставлял сердце биться чаще.
— Поздравляю, Ган-у. Я знал, что так будет. Я верил, что у тебя всё получится, — поздравил меня Сон Тхэ-гу.
— Спасибо, брат. Огромное спасибо.
— Да за что спасибо? Ты сам готовил, сам управлял, всё на себе вытянул.
— Нет, это ты помог мне открыть этот ресторан, всё это — твоя заслуга. Спасибо, брат. Я буду отдавать этот долг всю жизнь. Пусть наша дружба длится вечно.
— Ха-ха-ха, ладно. Только давай больше без слез, как слабак, будем только улыбаться. Договорились?
— Да, брат.
Я окинул взглядом своих близких.
— Друзья, раз уж у нас сегодня такая выручка, я угощаю всех по полной программе!
Все радостно вскинули руки и закричали от восторга. Видеть их счастливыми было лучшей наградой. Я был рад не только заработанным деньгам, но и тому, что теперь могу отблагодарить этих людей.
И тут...
Дзынь!
Телефон в кармане фартука оповестил о входящем сообщении. Я тут же открыл его.
[Web-уведомление]
Зачисление: 32 857 USD
Остаток: 32 857 USD
— Ган-у, что случилось?
— А, это пришел доход с Тытуба Йерин.
— Да? В долларах? У меня есть приложение с курсом валют, давай посчитаем. Так, посмотрим...
Сон Тхэ-гу заглянул в мой телефон и начал вбивать цифры.
32 857 долларов. Как только он нажал кнопку конвертации в воны...
— Ик!
Сон Тхэ-гу издал какой-то странный звук. Впрочем, я и сам замер в оцепенении, глядя на экран. И было от чего.
— ...42 миллиона вон?
Доход Йерин в Тытубе за этот месяц составил ни много ни мало 42 миллиона вон.
http://tl.rulate.ru/book/176287/15436633
Готово:
