Двое старейшин покинули резиденцию Хокаге и неспешным шагом направились в кабинет Утатане Кохару. Стоило тяжелой двери закрыться за их спинами, как Кохару, не в силах больше сдерживаться, разразилась гневной тирадой:
— Хомура, Хирузен окончательно перестал с нами считаться! Он вцепился в кресло Старосты отряда джоунинов мертвой хваткой и ни в какую не желает его уступать — это уже выходит за всякие рамки! А Данзо... стоит тому лишь бровью повести, как Хирузен соглашается на любую его авантюру без тени сомнения. Неужели это не самая наглая дискриминация?
Митокадо Хомура лишь тяжело и равнодушно вздохнул, пытаясь урезонить коллегу:
— Кохару, для начала возьми себя в руки. Должность Старосты джоунинов исторически закреплена за кланом Нара. Если мы отдадим её случайному человеку, альянс Ино-Шика-Чо поднимет такой бунт, что мало не покажется. К тому же, давай будем честны: реальных рычагов власти на этом посту почти не осталось. Не трать свои нервы на пустую безделицу.
Утатане Кохару подобное здравомыслие не успокоило. Напротив, её лицо исказилось от досады:
— Плевать мне на всё остальное! Речь о принципе. Я всего лишь хотела выбить для своей семьи статусную должность — разве я прошу невозможного? Но посмотри на Хирузена: он прекрасно понимает, что полномочия Старосты давно превратились в фикцию, я просила лишь красивую обертку, пустой титул, и даже в этом он мне отказал! Это просто невыносимо!
В сердцах она с силой обрушила ладонь на полированную поверхность стола, заставив чернильницу подпрыгнуть.
Окажись Нара Луши в этой комнате, он бы мгновенно узнал этих почтенных особ. Члены совета старейшин, часть печально известной «четверки F4», державшей в страхе всю административную верхушку Конохи, и по совместительству те самые «четыре паразита», над которыми так едко потешались пользователи сети в его прошлом мире.
---
К вечеру небо над деревней Скрытого Листа окрасилось в тревожные кроваво-оранжевые тона уходящего заката. На оживленных улочках среди толпы выделялась пара: высокий, статный юноша с тонкими чертами лица и стройная девушка, чья грация невольно приковывала взгляды. Они шли, переплетя пальцы, и увлеченно о чем-то переговаривались, не обращая внимания на завистливые вздохи прохожих. К этому времени Луши уже вытянулся до уверенных ста шестидесяти сантиметров.
Он шагал в такт Ино, и на его губах играла понимающая усмешка.
— Ино, ты видела их лица? — с явным удовольствием спросил он. — Учителя Асума и Какаши сегодня выглядели так, будто лимон целиком проглотили. Похоже, наша маленькая импровизация на проверке выбила их из колеи.
Ино не выдержала и мелодично рассмеялась, крепче сжимая его ладонь:
— Еще бы! Они явно рассчитывали на каноничное сражение, а не на то, что мы вывернем их правила наизнанку. Бедный Асума-сенсей вообще полчаса стоял с открытым ртом, пока Шикамару по полочкам не разложил ему, как именно мы их переиграли. Видел бы ты его потом — залез на самое высокое дерево и дымил там как паровоз, сигарету за сигаретой.
От этих воспоминаний Ино буквально светилась счастьем. Они продолжали свой путь, погруженные в кокон взаимного обожания и легкого флирта, совершенно позабыв о двух одиноких фигурах, плетущихся в нескольких шагах позади.
Преследователи молча наблюдали за этой идиллией. В их душах шевелилось странное чувство — не то чтобы они страдали от одиночества, просто было немного обидно, что Луши вычеркнул их из реальности так легко и непринужденно.
Чоджи, методично и громко уничтожающий пачку чипсов, повернулся к Шикамару, который, казалось, мог заснуть прямо на ходу.
— Эй, Шикамару, — прошамкал он с набитым ртом, — как думаешь, они вообще помнят, что мы существуем? Или мы для них теперь часть ландшафта?
Он отправил в рот очередную горсть снеков, отчего его щеки раздулись, как у хомяка.
Шикамару даже не потрудился разомкнуть веки, отвечая с привычной ленцой в голосе:
— Мог бы и не спрашивать. Мы для них сейчас — пустой звук. Лишние переменные в уравнении.
Чоджи с трудом проглотил содержимое рта, моргнул своими маленькими глазками и довольно хихикнул:
— Ха, не зря ты мой лучший друг! Никто не понимает этого безответственного старшего брата лучше тебя.
Шикамару скрестил руки на груди и обреченно вздохнул, глядя на спину Луши:
— Оставь надежду. Сейчас в его голове и глазах место есть только для Ино. Кстати, мы ведь только что плотно пообедали. Откуда в тебе еще силы на эти чипсы?
Чоджи лишь смущенно буркнул, не прекращая хрустеть:
— Это послеполуденная доза для поддержания обмена веществ.
Шикамару предпочел пропустить это сомнительное оправдание мимо ушей, и они продолжили свой путь в тени чужого счастья.
Вскоре компания достигла ворот поместья Яманака. Проводив Ино взглядом до самой двери, Луши развернулся, намереваясь отправиться к себе, но внезапно наткнулся на два немых укора.
— Черт! Вы чего тут стоите как призраки? — вздрогнул он.
Шикамару, глядя на брата, лишь покачал головой. Он допускал, что Луши увлекся прогулкой, но чтобы тот напрочь забыл о запланированном совместном ужине — это был новый уровень амнезии.
— Брат, ты превзошел сам себя. Стереть нас из памяти подчистую — это надо уметь.
Тут до Луши дошло: они же вместе выходили из ресторана барбекю, планируя продолжить вечер. Но всё, что было после улыбки Ино, превратилось в туман. Еще секунду назад он всерьез прикидывал, не сорвать ли прощальный поцелуй, но, заметив в окне фигуру Яманаки Иноичи, который с очень недобрым видом вертел на пальце кунай, Луши решил, что благоразумие — лучшая часть доблести.
Он смущенно кашлянул и нацепил на лицо самую невинную из своих улыбок:
— Да ладно вам, не то чтобы я забыл... Просто... Ну ладно, признаю, виноват! Амнезия на почве чувств. В качестве компенсации — следующий ужин за мой счет. В конце концов, вы же мой любимый брат и лучший друг, неужели вы не порадуетесь за мое личное счастье?
Такая обезоруживающая честность заставила Шикамару лишь закатить глаза, и они втроем двинулись к дому Нара.
---
Вернувшись в свою комнату, Луши наконец-то смог выдохнуть и расслабиться. Однако тишина длилась недолго. Из густой тени в углу бесшумно соткался теневой ниндзя, протягивая хозяину блокнот с парой вложенных листков.
Луши бегло просмотрел содержимое, и его пальцы непроизвольно сжались, сминая бумагу. В груди закипала холодная ярость. Этот старый выживший из ума лис Данзо продолжал свои гнусные эксперименты на людях, и, судя по отчетам, его аппетиты только росли. Но больше всего Луши взбесили последние записи: планы по захвату Ино, чтобы через нее принудить самого Луши к сотрудничеству с «Корнем».
«Значит, Данзо всё никак не уймется...» — пронеслось в голове. За последние годы Луши старался не отсвечивать, демонстрируя лишь филигранный контроль теней, но, видимо, даже этого хватило, чтобы попасть на радар к одноглазому параноику.
Особенно его озадачило отсутствие слухов о пропавших шиноби. Если подопытные были взрослыми, значит, Данзо черпал "ресурс" откуда-то со стороны или из глубоко законспирированных источников.
Два года этот старик сидел тише травы, но тронуть Ино? Это была его фатальная ошибка. Как прилежный ученик, воспитавшийся на доктринах «страны кроликов», Луши знал лишь один верный ответ на подобную агрессию. Великий человек когда-то учил: «Нанеси один сокрушительный удар сегодня, чтобы избежать сотни мелких стычек в будущем».
Луши попытался воскресить в памяти каноничный сюжет. «Наруто» он смотрел вечность назад, но отчетливо помнил, что рука Данзо, утыканная шаринганами, появилась еще до ухода Орочимару. Почему же он до сих пор возится с экспериментами?
Он и не подозревал, что тотальное уничтожение клана Учиха в этой реальности привело к дефициту "глазного материала". Без достаточного количества Шаринганов клетки Хаширамы в правой руке Данзо вели себя крайне нестабильно, буквально пожирая носителя. А без гения Орочимару его кустарные ученые могли лишь тыкаться вслепую, пытаясь обуздать мощь Первого Хокаге с помощью новых жертв.
Луши сосредоточился и призвал всех семерых теневых ниндзя. Настало время подготовить для Данзо сюрприз, от которого тот не оправится. Изначально он выставил это наблюдение лишь как страховку от подлого удара в спину, но реальность превзошла все ожидания.
«Сарутоби Хирузен так любит прикрывать своего старого друга?» — Луши хищно прищурился. — «Что ж, посмотрим, как он запоет, когда я выставлю всё это грязное белье на всеобщее обозрение. Раздену догола, в переносном смысле, конечно».
Он отдал приказ, и теневые ниндзя принялись за работу. Им предстояло стать авторами самых громких заголовков в истории Конохи. Луши было искренне любопытно, как на это отреагирует «образцовый сыночек» Итачи. Не сорвется ли он со своей миссии, чтобы лично вырвать кадык Данзо и заодно Хирузену?
Работа кипела до глубокой ночи. Луши диктовал, а ниндзя, чьи движения были сверхъестественно быстрыми, переносили на бумагу хронику злодеяний Данзо. За пару часов они наклепали больше тысячи прокламаций. Луши не забыл упомянуть и роль Третьего Хокаге: его молчаливое согласие и потакание грязным слухам, которые в свое время довели Белого Клыка, Хатаке Сакумо, до самоубийства.
Закончив проверку последнего листа, Луши расплылся в коварной, почти демонической улыбке.
— Ха-ха, Сарутоби Хирузен, Шимура Данзо... Надеюсь, мой скромный подарок придется вам по вкусу.
— Вперёд! Действуйте по плану. Пусть к утру каждый житель деревни узнает правду.
Семь теней синхронно склонились и в то же мгновение бесследно растворились в ночном мраке.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/175992/15437942
Готово:
