— И чего так пялиться-то… жутко же.
Этот сосед по парте был всем хорош, но странностей в нем было хоть отбавляй. Понять его было даже сложнее, чем того же Саске, который целыми днями ходил с таким лицом, будто проглотил лимон.
Сэцуна равнодушно отвел взгляд, нисколько не задетый его реакцией.
Граффити на Скале Хокаге? Ему было жаль потратить даже жалкую секунду на обдумывание столь инфантильной, ничтожной и лишенной всякого смысла затеи.
В его картине мира Скала Хокаге представляла ценность лишь для одного — получения награды за регистрацию. Единственное, что его по-настоящему интересовало — это колоссальная, первобытная мощь, сокрытая за этими исполинскими каменными истуканами. И то, как скоро эта точка обновится для повторного сбора даров.
В это самое мгновение его системная панель, хранившая молчание долгие дни, без какого-либо предупреждения мелко завибрировала. Холодное, напрочь лишенное эмоций механическое уведомление кристально четким эхом отдалось в его разуме.
[Время ожидания завершено. Доступна новая точка регистрации.]
«Началось!» — сердце Сэцуны пропустило удар, а по венам, подобно разряду высоковольтного тока, пробежала неудержимая, жгучая волна предвкушения.
До хруста сжав кулаки, он невероятным усилием воли подавил рвущийся наружу порыв. Внешне юноша оставался все таким же безмятежным куском льда, вот-вот готовым провалиться в сон, однако его сознание уже жадно, с лихорадочной поспешностью нырнуло в недра системного интерфейса.
В самом центре виртуальной панели, пульсируя аурой смертельной опасности и манящих возможностей, медленно проступала строчка совершенно новых, кроваво-красных символов.
[Рекомендуемая точка регистрации: 44-й тренировочный полигон Конохи — Лес Смерти!]
Лес Смерти!
При виде этих слов зрачки Сэцуны на какую-то неуловимую долю секунды сузились до размеров булавочной иглы. Уж это место было ему слишком хорошо знакомо.
То были самые необъятные и самые гибельные первобытные джунгли на всей территории Деревни Скрытого Листа. По официальным бумагам эта территория числилась как 44-й тренировочный полигон, но среди ниндзя Конохи в ходу было совсем другое, куда более зловещее имя.
Именно эти дебри служили полигоном для безжалостного второго этапа экзамена на звание Чунина и одновременно являлись ареной жизни и смерти, где бесчисленное множество шиноби проводили свои изнуряющие, кровавые боевые тренировки.
За минувшие десятилетия легионы ниндзя, среди которых числились не только зеленые новички, но и прожженные Чунины и даже элитные Джонины, навсегда оставили свою кровь и свои жизни в этих чащах, до краев наполненных незримой угрозой, неизвестностью и первобытным ужасом.
Слово «Смерть» в его названии не было дешевой метафорой. Это был железобетонный, залитый кровью факт, выстроенный на горах гниющих трупов. Для простых обывателей и подавляющего большинства Генинов этот лес считался абсолютной запретной зоной, от одного упоминания которой лица людей приобретали пепельный оттенок.
Но сейчас, для Сэцуны это гиблое место было не чем иным, как колоссальной, беспрецедентной сокровищницей!
Опираясь на свой богатый опыт предыдущих регистраций, он давно уяснил алгоритмы системы: ценность награды напрямую зависела от масштаба «концепции» локации и ее глубокого «исторического веса».
Храм Учиха символизировал «величие и закат» величайшего благородного клана — и именно там он вырвал из лап судьбы Вечный Мангекё Шаринган.
Лицо Первого Хокаге, высеченное на Скале Хокаге, воплощало «волю и славу Бога Шиноби» — и там он заполучил Тело Мудреца.
Так какой же невообразимый сюрприз приготовило ему это поле брани асуров, носящее титул «Смерть»? Место, где концепции «бойни» и «истребления» возведены в абсолют, а земля щедро усеяна безымянными костями тысяч ниндзя?
Душу Сэцуны захлестнуло небывалое, почти животное чувство жадности и предвкушения. Его сознание моментально запустило процесс моделирования, выстраивая в голове скрупулезный, до миллиметра выверенный план проникновения в Лес Смерти.
В отличие от сонного приюта или открытой всем ветрам Скалы Хокаге, Лес Смерти являлся одним из важнейших стратегических объектов военной инфраструктуры Конохи, и уровень его охраны находился в совершенно ином, запредельном измерении.
Монолитные металлические ограждения высотой в десятки метров были не просто усеяны базовыми запечатывающими барьерами. Они были опутаны сложнейшей сенсорной паутиной, маниакально скрупулезно выстроенной Командой Барьеров — системой, способной с ювелирной точностью распознавать малейшие колебания и атрибуты Чакры.
По внешнему периметру, с интервалом ровно в триста метров, были расставлены стационарные сторожевые посты. И, в довершение всего, минимум три отряда обученных Чунинов круглосуточно патрулировали территорию по перекрестным, постоянно меняющимся маршрутам.
Просочиться сквозь эту сеть незамеченным, не подняв тревоги, было задачей даже более самоубийственной, чем попытка пробраться в личный кабинет Хокаге.
Однако нынешнего Сэцуну подобные преграды остановить не могли. Будучи Перерожденцем, он уже давно впитал в себя архитектуру этого места: каждая улочка, каждое здание, замысловатые векторы движений, скорость и графики ротаций каждого патруля — всё это было выжжено на подкорке его мозга. Он знал даже ритм дыхания каждого часового, высчитывая тайминги с микроскопической погрешностью, не превышающей и десятой доли секунды.
Солнце медленно скатывалось за горизонт, окрашивая небесный свод в величественные, пронзительно-багровые тона. Небосвод кровоточил тем же жутким оттенком, что заливал улицы в Ночь Резни Клана.
Сегодняшняя ночь вновь станет ночью охоты. И эта охота будет принадлежать только ему.
http://tl.rulate.ru/book/175773/15260605
Готово:
