Глава 9. Деньги, деньги, дребеденьги
Чжао Цэ осмотрел принесенное дядей подношение. В мешке было достаточно белого риса, чтобы продержаться несколько дней, а сверху лежали два маленьких узелка. В одном — соль размером с голубиное яйцо, в другом — темные, желто-коричневые кубики сахара.
При виде этого на душе у Чжао Цэ стало тепло. Тот заплесневелый рис, что он видел в кухонном ларе, тоже наверняка принес дядя Юцай. В семье самого старосты белый рис ели только по большим праздникам — остальное время его полагалось отправлять младшему сыну, Вэньхуа, который учился в городе. Но поскольку Чжао Цэ считался «ученым господином», дядя выделял лучшее и ему.
А сахар и соль в деревне и вовсе ценились на вес золота. Пределом мечтаний сельского жителя о «поправке здоровья» была чашка подслащенной воды. Только очень богатые семьи могли позволить себе покупать мясо для своих школяров. Этого мешочка сахара, если разводить его экономно, хватило бы надолго.
Чжао Цэ был глубоко тронут. Вспоминая, сколько гадостей наговорил дяде его предшественник, он твердо решил: как только он встанет на ноги, он обеспечит старику достойную старость.
Однако... Глядя на сахар и соль, Чжао Цэ вдруг зацепился за одну мысль. В голове вспыхнула идея быстрого заработка!
Если говорить о сверхприбыльных отраслях в древности, то соляная промышленность, безусловно, была на первом месте. Деревенские ели грубую, грязную соль. Чжао Цэ знал, как очистить её до состояния «экстра» и даже как добывать чистую соль из рудников. Но он тут же отбросил эту затею. Частное производство соли каралось государством беспощадно. Даже если бы он её сделал, продать её легально было невозможно. Один донос — и голова с плеч. Сейчас он — всего лишь беззащитный бедный студент, заступиться за него некому.
А вот сахар — совсем другое дело!
В ту пору сахар не был тем чистым белым кристаллом, к которому привыкли люди будущего. Из-за обилия примесей он имел темно-желтый или коричневый цвет. Настоящий «белый сахар» стоил баснословных денег, и даже богачи не ели его каждый день, так как секретом очистки владели лишь единицы.
Чжао Цэ припомнил читанное когда-то: в «Путешествиях Марко Поло» упоминалось, что вавилоняне учили китайцев очищать сахар при помощи древесной золы. Но этот метод был капризным, так как обычный уголь адсорбировал примеси гораздо хуже, чем активированный, и массовое производство было невозможно.
Лишь в конце эпохи Мин, после выхода знаменитого трактата «Тяньгун Кайу» («Об использовании даров природы»), в народе начал распространяться более эффективный и дешевый способ очистки — метод выщелачивания через глиняную пульпу (грязевую воду). Только с его помощью можно было получить сахар такой белизны, как в будущем.
Чжао Цэ прекрасно помнил технологию. Но была загвоздка: прежний владелец тела в жизни не ступал на пашню, и мысли о «грязи» вызывали у него лишь брезгливость. Идти на поле за нужной глиной в разгар дня Чжао Цэ не хотел. Поэтому он решил для начала использовать старый добрый метод с древесным углем. Даже он при должной сноровке позволит получить рафинированный сахар, который уйдет в городе по хорошей цене.
Приняв решение, Чжао Цэ бодро зашагал на кухню. Прилежная Су Цайэр уже закончила в комнате и теперь стояла перед огромным чаном для воды, который доходил ей почти до груди. Она вцепилась своими мозолистыми, потрескавшимися ручками в край тяжеленной емкости, пытаясь понять, как его сдвинуть, чтобы вымыть.
— И-и раз... два... три! — пыхтела она, но чан не шелохнулся. Су Цайэр присела, тяжело дыша. Дно чана буквально присохло к полу из-за вековой грязи. Подумав, она нашла прутик и принялась выковыривать засохшую землю из-под основания.
В этот момент она услышала шаги. Подняв потное личико, она увидела мужа. — Муж! — Дядя снова заходил, принес продукты, — кивнул Чжао Цэ. — Ты что тут затеяла? — Чан слишком грязный, — указала она на емкость. — Надо вымыть, прежде чем воду носить.
Чжао Цэ вспомнил такие чаны из своего деревенского детства. Передав мешок с продуктами девушке, он сказал: — Отнеси это в дом, я сам вымою. — Что вы, — запротестовала она. — Муж — ученый, вам негоже заниматься такой черной работой.
В следующую секунду Су Цайэр почувствовала, как её руку, сжимающую прутик, накрыла теплая ладонь. Чжао Цэ аккуратно, но властно поднял её на ноги. Всучив ей мешочек, он отрезал: — Держи. Там ценные вещи, убери их хорошенько.
Услышав слово «ценные», девочка тут же прижала мешок к груди. Потом испугалась, что её руки грязные, и она испачкает ткань. — Иди, помой руки и убери всё, — скомандовал он.
Су Цайэр поспешно засеменила к колодцу, даже не думая о хромоте. Оглянувшись, она увидела, как муж подоткнул полы своего длинного халата за пояс и с легкостью, словно пушинку, приподнял огромный чан.
"Ого... такой легкий?" — удивился сам Чжао Цэ. На полу остался темный круг от многолетнего застоя, из-под которого во все стороны брызнули потревоженные насекомые. Он не почувствовал ни брезгливости, ни тяжести. Похоже, «физическое усиление» при переносе души было действительно впечатляющим.
Он докатил чан до колодца. Су Цайэр, наблюдая за ним, невольно сравнила его мощную фигуру со своей хрупкой статью и прищелкнула языком. Неужели разница между мужчиной и женщиной настолько велика? Дело даже не в размере, а в какой-то нечеловеческой силе.
— Муж, давайте я теперь сама? — предложила она, подбегая. Чжао Цэ отмахнулся: — Я справлюсь. Иди занимайся своими делами. Если что-то тяжелое нужно будет передвинуть — зови меня.
Он набрал воды и принялся за чистку. Хоть движения его были непривычными для этого тела, он быстро освоился. Увидев, что муж справляется, Су Цайэр вернулась на кухню.
Вскоре чан сиял чистотой и был водружен на новое место, наполненный свежей колодезной водой. Чжао Цэ удовлетворенно хлопнул в ладоши, вытирая пот со лба. Теперь, когда он уйдет завтра в город, девочке не придется мучиться с тяжелыми ведрами — вода будет под рукой.
Он зашел на кухню. Девушка как раз отмеряла чашкой рис. Увидев его, она тут же зачерпнула ковш прохладной воды: — Выпейте, муж.
Чжао Цэ с удовольствием приложился к ковшу. Су Цайэр указала на мешочки на столе: — Муж, дядя принес соль и сахар! Её голос звучал так радостно, что Чжао Цэ невольно улыбнулся: — Пока это немного. Вот заработаем денег — закупим впрок, чтобы в доме всегда было.
Он говорил так уверенно, будто забыл, что сейчас у него в кармане ни гроша, а из имущества — лишь пара акров захудалой земли. — Ты когда-нибудь видела настоящий белый сахар? — спросил он.
Су Цайэр честно покачала головой. Она и коричневый-то видела только у тетки, да и то та сразу прятала сладости, стоило племяннице на них взглянуть.
Чжао Цэ подмигнул ей: — Ничего. Сегодня ты его не только увидишь, но и попробуешь.
http://tl.rulate.ru/book/175395/15052232
Готово:
