Глава 5. Простите, я обманщица
Чжао Юцай окинул Чжао Цэ странным взглядом, после чего натужно раскашлялся. Заметив, что смех за его спиной не утихает, он обернулся и свирепо зыркнул на своих спутников. Двое ухмыляющихся мужчин тут же зажали рты ладонями.
Затем Чжао Юцай снова повернулся к племяннику и заговорил как можно деликатнее: — Цэ-эр, сегодня такая жара... Ты, должно быть, упарился, пока работал? — Может, пойдешь умоешься, освежишься? — А мы с людьми пока подождем тебя в главной комнате.
Чжао Цэ растерянно моргнул. Умыться? Неужели он так сильно вспотел и выглядит настолько неопрятно? Он кивнул: — Хорошо. Тогда прошу вас, проходите в дом, дядя.
Чжао Юцай махнул рукой: — Ступай, ступай.
Чжао Цэ развернулся и пошел вглубь двора, краем уха уловив шепотки тех двоих, что смеялись: — Надо же, а ведь Чжао Цэ всегда твердил, что ученый обязан следить за своим обликом. — Помнишь, в прошлый раз сын Да Синя случайно упал перед ним, так этот книжник отскочил на три шага. — Еще и полы халата подобрал, бормоча: "Не испачкай мою одежду". Ха-ха! — И не говори! С чего бы это наш ученый сегодня так за собой не следит? — Батя, я тебе так скажу: брось ты его. Разве он не заявлял при всех, что не нуждается в твоем вмешательстве? — Он принимает нашу доброту как должное. Зачем ты ищешь лишних хлопот для нашей семьи?
Уже за углом дома Чжао Цэ услышал строгий голос дяди Юцая: — Цыц! Мы здесь по серьезному делу! — Хочет он того или нет, я всё равно его дядя. — А ты, как его двоюродный брат, если еще хоть раз посмеешь смеяться над ним за спиной — выпорю!
После этих слов ропот стих. Чжао Цэ с удивлением осознал, что отчетливо слышит даже такой тихий шепот. Он встряхнулся и поднял взгляд на далекие горы. Оказалось, что и зрение его стало невероятно острым.
"Похоже, это переселение душ, хоть и началось со скандала, принесло свои плоды", — подумал он. Обострившиеся слух и зрение можно было считать своего рода «системным бонусом» этого тела. Чжао Цэ невольно улыбнулся этой неожиданной находке.
Снова подняв голову, он заметил маленькую фигурку, притаившуюся у дверей его комнаты. Солнце сегодня палило нещадно. Чжао Цэ окликнул её: — Что ты там делаешь? Солнце слишком яркое. Не стой долго на жаре, не то получишь удар.
Су Цайэр, собиравшая те самые «вонючие тряпки», которые Чжао Цэ вышвырнул из комнаты, вздрогнула от неожиданности. Она обернулась, увидела мужа и немного успокоилась. — Одежда... одежда мужа упала на землю. Я подберу её и постираю.
С этими словами она нагнулась за оставшимися двумя халатами. Чжао Цэ подошел к ней с виноватым видом: — Эта одежда ужасно пахнет. Пусть пока проветрится.
Су Цайэр выпрямилась и, не поднимая головы, тихо возразила: — Всё в порядке, я отнесу её к реке и выстираю.
Чжао Цэ видел, что она упорно прячет лицо. "Эта девочка хоть и называет меня мужем, но стесняется больше всех на свете", — подумал он. Ему не хотелось дразнить такое невинное создание, но дядя всё еще ждал в доме.
— Дядя и остальные уже здесь, — быстро проговорил Чжао Цэ. — Они в главной комнате.
Услышав, что староста вернулся, Су Цайэр вспомнила его недавние угрозы — мол, он заберет её и пойдет требовать объяснений у свахи. Её маленькое тельце снова забило крупной дрожью.
Чжао Цэ посмотрел на неё — трусишка, да и только. Он негромко усмехнулся, пытаясь её приободрить: — Всё хорошо. Я сам ему всё объясню, тебе нечего бояться.
Поразмыслив, он решил занять девушку делом, чтобы она хоть немного отвлеклась. Чжао Цэ указал на комнату: — Эту одежду не обязательно стирать прямо сейчас. Можешь пока прибраться в комнате? — Сними постель и собери остальные вещи, позже постираем всё вместе. — И посмотри, нет ли там чего-нибудь чистого для меня.
Услышав вежливую просьбу, Су Цайэр едва слышно запротестовала: — Муж, вам не нужно говорить "помоги" или "пожалуйста". Это то, что я обязана делать.
Рука Чжао Цэ, висевшая вдоль туловища, непроизвольно дернулась. Какая же она послушная... Ему до безумия захотелось погладить её по голове. "Так, стоп, я веду себя как какой-то чудак", — одернул он себя.
Он кашлянул и добавил: — Хорошо, тогда принимайся за дело. А я умоюсь и пойду к гостям.
— Муж, подождите меня! — воскликнула Су Цайэр. Чжао Цэ с недоумением наблюдал, как она засеменила в комнату, бросила грязное белье на табурет и тут же выбежала обратно, всё так же не поднимая глаз. — Кадка с водой немного грязная, я еще не успела её вымыть. Я... я принесу свежей воды из колодца, чтобы муж мог умыться.
Она направилась к колодцу. Чжао Цэ смотрел, как она подхватывает деревянное ведро и собирается бросить его вниз. Плюх! Девчушка наклонилась, перехватывая веревку. Су Цайэр привыкла к тяжелому труду, и сил ей было не занимать. Но когда ведро уже почти показалось над краем сруба, над ней вдруг нависла большая тень. Широкая, сильная ладонь легла поверх её рук.
Чжао Цэ перехватил веревку. — Я сам. Одним плавным движением он вытянул воду.
— Не нужно, я бы справилась, — пролепетала она. Ведро проплыло мимо Су Цайэр, и её взгляд на мгновение последовал за ним. Полуденное солнце позднего лета нещадно жгло землю. Чжао Цэ поднял ведро, усмехаясь: — Ты сильная, но я тоже не слабак.
Услышав это, Су Цайэр не выдержала и подняла глаза на мужчину. Чжао Цэ тоже смотрел на неё. В ярком солнечном свете ничего нельзя было скрыть. Девушка увидела два темных пятна на лице мужа (видать, та самая «грязь», о которой говорил дядя), а Чжао Цэ... он увидел её глаза.
Огромные, лучистые глаза, которые она так старательно прятала от света. Даже с такого расстояния он мгновенно разгадал тайну, которую она хранила, вечно склоняя голову.
Су Цайэр моргнула, и тут же снова спрятала взгляд. Её длинные ресницы нервно затрепетали. — Твои... твои глаза... — выдохнул Чжао Цэ.
Су Цайэр закусила губу, в носу предательски закололо. Скрывать больше было невозможно. Она снова подняла лицо, на этот раз осмелившись встретиться с ним взглядом, но в её глазах уже стоял густой туман слез.
На этот раз Чжао Цэ разглядел всё отчетливо. Левый зрачок девочки был светло-карим, в то время как правый... правый на свету отливал нежной, едва уловимой синевой по самому краю!
Она боялась смотреть на него, потому что у неё была гетерохромия!
Су Цайэр всхлипнула. Две маленькие слезинки скатились по щекам. Она снова опустила голову и прошептала: — Простите... я обманщица. Я обманула своего мужа.
http://tl.rulate.ru/book/175395/15052223
Готово:
