Небо потемнело, хлынул неистовый ливень. В пелене дождя мечники казались призрачными воинами, рожденными самой тьмой.
Их появление мгновенно оборвало жизни всех защитников из числа домашних мастеров. В живых остались лишь Ян Цзин, лежащий без сознания Ду Кэфэн и Сун Фэнъя, зажатая под обломками кареты.
В тот миг, когда камнепад обрушился на повозку, Ян Цзин уже однажды оставил Сун Фэнъю, предпочтя вынести на спине Ду Кэфэна. Но в этот раз он, не колеблясь, встал на её сторону.
Чтобы благополучно доставить Ду Кэфэна в Балин, Сун Цы не побоялся самолично подвергнуть себя опасности и отвлечь основные силы врага – именно это стало главной причиной, по которой Ян Цзин сначала выбрал спасение помощника правителя.
Он жаждал докопаться до истины, но какой в ней прок, если не сохранишь жизнь?
Ян Цзин не медлил ни секунды. Лишившись помощи последнего уцелевшего охранника, он был вынужден сменить тактику.
Оказавшись прижатым к стене, он парадоксальным образом обрел ледяное спокойствие. В голове не осталось лишних мыслей – только инстинкт выживания.
Пусть вокруг царил мрак, но в нем словно пробудились скрытые резервы: мир перед глазами стал неестественно четким. На залитой потоками воды горной тропе все предметы разделились в его сознании на отдельные детали. Ян Цзин лихорадочно обшаривал землю взглядом.
Его взор замер на обломке дышла.
Один конец дышла крепился к старой лошади, и когда животное раздавило камнем, постромки лопнули. Ян Цзин выхватил поясной нож, зажал обух в зубах и, быстро вытянув обломок дерева, подсунул его под доски, придавленные валуном.
— Х-ммм! — Ян Цзин присел как можно ниже, уперев конец дышла в плечо. Глубоко вдохнув, он резко рванул вверх, используя принцип рычага и вкладывая всю мощь в то, чтобы приподнять деревянный настил.
— А-а-а! — Отдача от рычага, казалось, задела раненую ногу Сун Фэнъи. Она истошно закричала, но, увидев налитые кровью, выкатившиеся от напряжения глаза Ян Цзина и услышав, как жалобно трещит дерево, готовое вот-вот лопнуть, пересилила жгучую боль и рывком вытянула ногу.
— Ох… — Сун Фэнъя сдавленно выдохнула и внезапно разрыдалась, тут же поспешно зажав рот ладонью.
В тот момент, когда она освободилась, дышло на плече Ян Цзина с треском переломилось. От чрезмерного усилия десны мужчины закровоточили, оставив след на обухе ножа.
Ян Цзин только собирался помочь Сун Фэнъе подняться, как на него уже летел один из мечников.
Вспыхнул блеск стали.
Холодное лезвие обрушилось сверху. Ян Цзин схватил Сун Фэнъю за одежду и рывком притянул к себе – барышня снова вскрикнула от боли.
В своей прошлой жизни Ян Цзин участвовал в крупных соревнованиях: у него была серьезная база в захватах, саньда и вольных поединках. Однако он никогда не фехтовал коротким мечом, поэтому мог полагаться лишь на грубую силу и приемы, сохранившиеся в памяти.
Когда-то он вместе с группой навещал ветеранов войны – бывших кавалеристов, мастерски владевших большими мечами. Тогда Ян Цзин лишь поверхностно слушал их описания стоек, и сейчас толку от этого было мало – приходилось полагаться на собственные физические данные и реакцию.
Мечник, увидев, как ловко Ян Цзин спас спутницу, тут же бросился в догонку, нанося горизонтальный удар.
Сун Фэнъя и сама неплохо владела боевыми искусствами, но её нога была повреждена, опора стала шаткой, и она не могла сражаться в полную силу. Заметив атаку, она выхватила кинжал и с трудом приняла удар на сталь, но напор врага был так силен, что её отбросило назад, а оружие едва не вылетело из рук.
— Отступаем! — Выкрикнул Ян Цзин.
Он не смел ввязываться в затяжной бой. За этим первым нападавшим уже бежали еще десятка два мечников. К счастью, горная тропа была узкой, иначе, окружи они их, ни Ян Цзину, ни Сун Фэнъе было бы не спастись даже на крыльях.
В суматохе Ян Цзин обхватил Сун Фэнъю за талию и, полуволоком-полубегом, потащил назад. Ему было не до того, чтобы чувствовать изгибы её тела.
Ян Цзин инстинктивно оглянулся и обнаружил, что лежавший без чувств Ду Кэфэн очнулся!
Хотя остатки яда еще действовали, его состояние стабилизировалось еще прошлой ночью. Карету постоянно трясло, так что помощник правителя вряд ли спал крепко, а теперь, под хлещущими струями ледяного дождя, он окончательно пришел в себя.
Ду Кэфэн отравился сырым опиумом, и после того как Ян Цзин сделал ему промывание желудка, ему стало гораздо лучше. Позже Су Суцзи ударил его в бедро, но та рана была опасна прежде всего ядом; лезвие скальпеля было тонким, и сам порез не представлял угрозы для жизни.
Увидев, что Ян Цзина и Сун Фэнъю окружили, Ду Кэфэн быстро оценил ситуацию, однако помогать им он и не собирался.
Человек, сумевший подняться от простого строителя до помощника правителя, явно не был глупцом. Взвесив шансы, Ду Кэфэн, не проронив ни звука, обхватил труп Чан Чжунгуя и, стиснув зубы, скатился с тропы вниз по склону.
Используя тело мертвеца как щит и амортизатор, он катился вниз. Камни, пни и колючие заросли оставляли на его спине кровавые полосы, но он сумел быстро покинуть зону боя.
Достигнув края обрыва, он на мгновение почувствовал пустоту под собой. Сердце ушло в пятки, он истошно закричал и с громким всплеском рухнул в реку.
На горе Хэйгоу и раньше были ручьи, а после ливня они превратились в бушующие водопады грязи и камней. Ду Кэфэн поставил всё на кон ради спасения и угодил в самый поток.
В этом ревущем месиве неслись песок, камни и вырванные с корнем деревья. Русло было полно острых скал и коряг. Попасть в такое наводнение было смертельно опасно.
Но по сравнению с перспективой быть изрубленным на куски дюжиной мечников, прыжок в бездну казался лучшим выходом.
Увидев это, Ян Цзин отбросил сомнения. Стиснув зубы, он начал отступать в ту же сторону.
Мечник преследовал их по пятам. Заметив, что Ян Цзин отвлекся, он сделал резкий выпад. Сун Фэнъя, которую Ян Цзин волок за собой, споткнулась и не смогла вовремя закрыться.
Ян Цзин в ужасе резко развернулся, закрывая собой девушку. Он вскинул нож для блока, но, удерживая его одной рукой, не выдержал напора. Вражеский клинок прижал его собственный нож, и обух с силой ударил Ян Цзина по лбу. Кровь мгновенно залила лицо.
В голове загудело, мир окрасился в алый. Ян Цзин, сцепив зубы, нанес ответный удар наотмашь, но мечник ловким финтом едва не выбил его оружие.
Увидев, что противник слаб в фехтовании, мечник ликующе взмахнул клинком. Ян Цзин не успевал вернуть нож для защиты, а раненая Сун Фэнъя за его спиной была беспомощна. Казалось, следующий удар разрубит его голову надвое.
В этот критический миг Сун Фэнъя резко толкнула Ян Цзина в подколенную впадину. Он присел, став ниже на полфута, а барышня вскинула свой кинжал, принимая на себя смертоносную сталь.
Мечник, раз за разом упускавший добычу, пришел в ярость. Следующим мощным ударом он выбил кинжал из рук девушки.
Остальные враги были уже близко. Убийца снова занес клинок, и в этот раз защищаться Сун Фэнъе было нечем. Она решительно толкнула Ян Цзина вперед. Голова мужчины врезалась в грудь мечника. Сун Фэнъя попыталась перехватить запястье врага, но в суматохе схватилась прямо за лезвие – ладонь тут же окрасилась кровью.
Всё произошло в считанные мгновения. Ян Цзин, вплотную прижатый к врагу, не мог размахнуться. Он перевернул нож и снизу вверх полоснул мечника под ребра, а затем довернул кисть. Лезвие вошло в затылок противника, застряв в костях черепа.
Ян Цзин попытался выдернуть оружие, но клинок намертво заклинило. Из неудобного положения он не мог развить нужное усилие.
Стиснув зубы, Ян Цзин с силой ударил коленом в пах врага. Лезвие со скрежетом вышло из кости, брызнула густая кровь. Ему удалось вернуть оружие, но остальные преследователи уже были в нескольких шагах.
— Уходим! — Выдохнул он.
Ян Цзин хотел было метнуть нож, чтобы хоть немного задержать врагов, но это оружие было их единственным шансом. Он так и не разжал пальцы.
Сорвав пояс, он наспех обмотал его вокруг тонкой талии Сун Фэнъи, привязывая её к себе – иначе в бурном потоке их бы разнесло в разные стороны. Только сейчас он заметил, как сильно течет кровь из её ладони.
Времени на раздумья не осталось. Ян Цзин сделал последний выпад и потащил Сун Фэнъю к краю тропы. Ду Кэфэн мог защитить грудь и лицо телом мертвеца, но Ян Цзин и Сун Фэнъя, как бы ни прижимались друг к другу, неизбежно должны были получить увечья при падении.
Но на кону стояла жизнь. Ян Цзин коротко кивнул девушке, зажмурился и начал заваливаться спиной вниз со склона.
Прошла секунда, другая, но удара о землю не последовало.
Ян Цзин почувствовал, как натянулся пояс. Тело Сун Фэнъи было прижато к нему настолько плотно, что между ними не осталось зазора; он почти касался губами её лба.
Они повисли под краем тропы, хотя их ноги всё еще оставались наверху. Тела наклонились под углом в сорок пять градусов. Ян Цзин вывернул шею и увидел исполинскую фигуру, возвышавшуюся над ними.
Этот человек был без плаща и широкополой шляпы, в одних черных кожаных доспехах. В правой руке он сжимал медную палицу, а левой без малейшего труда удерживал Ян Цзина и Сун Фэнъю за пояс, словно пару вяленых колбас.
— Дядя Цао! Это дядя Цао! — Радостно закричала Сун Фэнъя. Высокий мужчина лишь усмехнулся, сверкнув белоснежными зубами в ночи.
Он был даже крупнее Тан Чуна. Но как бы вовремя он ни появился, в одиночку отбить атаку дюжины мечников казалось невозможным.
Ян Цзин и Сун Фэнъя вдвоем едва одолели одного, получив раны. Каким бы могучим ни был этот человек по фамилии Цао, разве мог он один противостоять целой толпе?
— Старший брат Ян, мы спасены! Это Цао Воху, дядя Цао! Он был личным телохранителем моего отца, мы спасены!
Услышав это, Ян Цзин немного приободрился. Телохранитель самого Сун Цы наверняка стоил десятерых.
Не успела Сун Фэнъя договорить, как враги пошли в атаку. Цао Воху, не говоря ни слова, ослабил хватку на поясе Ян Цзина и наотмашь крутанул палицей, сметая всё на своем пути.
Раздался непрерывный лязг металла.
Мечи один за другим ударялись о медь. Ян Цзин и Сун Фэнъя были связаны так тесно, что им было трудно даже дышать. При каждом слове они чувствовали дыхание друг друга, а после тяжелого дня оно было не самым свежим.
Увидев, что рука девушки ранена, Ян Цзин поспешил распутать пояс, но тут за его спиной послышался шум воды. Он снова крепко сжал рукоять ножа.
Из ночной тьмы стремительно вынырнула фигура. Длинный меч со звоном покинул ножны. Вблизи показалось совсем еще юное, почти детское лицо.
— Барышня, господин Ян, простите за опоздание!
Ян Цзин узнал этот голос и окончательно успокоился. Перед ними стоял Сюй Фэнъу.
Раз Сун Цы решил раскрыть карты перед Су Суцзи и явить нрав «старого тигра», он не мог не подготовиться. Если бы он просто рискнул собой ради отвлечения внимания, этот тигр был бы слишком слаб.
Лишь с появлением Сюй Фэнъу и трех воинов в таких же черных кожаных доспехах за его спиной, Ян Цзин всё понял.
Сун Цы наверняка предвидел, что Су Суцзи сосредоточит удар на Ян Цзине. Возможно, он специально использовал стражу из поместья Ду, чтобы спровоцировать утечку информации. Пока враг метался между правдой и ложью, Сун Цы уже отправил Сюй Фэнъу за подмогой, чтобы тайно охранять Ян Цзина и Ду Кэфэна.
http://tl.rulate.ru/book/175393/15028307
Готово:
