— Похоже, скоро что-то случится.
Прошёл месяц с тех пор, как исчезла головная боль в лице Султана и Чароплёта.
За это время Ли Хан изо всех сил старался не ввязываться в неприятности. Он переложил все заботы, связанные с фанатиками и прочими проблемами, на плечи старшей сестры из королевской семьи.
Из-за этого ему пришлось выслушивать жалобы:
— Ах ты, негодяй! Неужели ты решил окончательно заездить свою нуну?!
— Я просто делю обязанности согласно способностям. Будет ведь плохо, если простой рыцарь вроде меня станет повсюду совать свой нос, не так ли? Мне тоже нужно строить карьеру в обществе.
— ...Это самое бесстыдное оправдание, которое я слышала в этом году.
— Но ведь это чистая правда, основанная на фактах.
— ......Упрямый мальчишка.
Ли Хану приходилось выслушивать все её капризы, но его это мало заботило. Он делал всё, что она просила, так чего же ей ещё не хватало?
«Впрочем, у власть имущих нет совести, совсем нет...»
Так Ли Хан, переложив все дела на других, в течение последнего месяца делал всё возможное, чтобы устранить разрыв между возможностями своего тела и чувствами, и ни на что другое не отвлекался.
Проще говоря, он наслаждался мирными буднями.
...Однако Ли Хан знал.
Этот покой — лишь тишина перед бурей.
«Тучи войны всё ещё не рассеялись».
Атмосфера поля боя, которую обычный человек вряд ли почувствует. Эта тяжёлая аура всё ещё блуждала вокруг Ли Хана, и он был уверен, что в любой момент может что-то произойти.
Словно маленькая искра, оставленная без присмотра, может вызвать огромный пожар, так и любая мелкая неприятность могла обернуться катастрофой.
Цок!
«...Иногда хочется, чтобы предчувствия оставались просто предчувствиями».
Ли Хан цокнул языком. Временами он гордился своим шестым чувством, но когда оно предсказывало только дурное, он невольно морщился.
Тюк.
— Фух, я так разнервничался, что закончил всё в один миг.
Ли Хан отложил иглу и платок. Пока он витал в облаках, сегодняшняя «тренировка» подошла к концу.
Увидев результат, леди воскликнули:
— И-инструктор, это... это невероятно!.. Изобразить рыбу в вышивке так точно и так быстро!..
— А мастерство исполнения и изящество просто поразительны!..
Они не скупились на похвалы, восхищаясь «шедевром». Это была великолепная вышивка, на которой колыхались в движении рыбы. Если бы знатные дамы увидели эту работу, они бы охотно предложили за неё 30 золотых монет. Ведь изобразить более сотни резвящихся рыб на маленьком платке само по себе было за гранью возможного.
— О-он превзошёл нас всего за две недели...
— Боже мой.
— В-вот это талант!..
Эти благородные леди учились вышивать с трёх лет, но, глядя на мастерство мужчины, создавшего шедевр менее чем за полмесяца, они почувствовали глубокое поражение. Если бы на платке были только рыбы, они бы ещё смирились, но, увидев вышитые чешуйки дракона, перья феникса и бескрайние луга, они осознали непреодолимую стену таланта.
— Мои пальцы просто крепче ваших, так что не перехваливайте. А то я ещё зазнаюсь.
Ли Хан был человеком с грубой кожей, которой были нипочём уколы и трение иглы. К тому же, и в прошлой жизни, и в нынешней, в каждой организации, где он состоял, умение шить было обязательным навыком. Когда твоя одежда рвётся, а починить её некому, волей-неволей научишься делать это хорошо.
Хотя это была печальная история, благодаря ей обучение вышивке не составило труда. Его чувства и ловкость рук были на высоте, так что превзойти девушек оказалось несложно. Нужно было просто упорно и кропотливо трудиться.
«Это был идеальный для меня [метод тренировки]».
Решив, что для отработки контроля силы тонкая работа, требующая концентрации, подходит лучше, чем подтягивание гантелей или арматуры, Ли Хан, помимо вышивки, уже успел создать сотню мягких медведей и связать столько же свитеров и шарфов.
Заниматься продуктивным делом во время тренировок было весело, а когда в результате кропотливого труда получалось прекрасное «изделие», Ли Хан чувствовал глубокое удовлетворение.
— Благодаря этому я, кажется, хорошо научился контролировать силу. Не знаю, послужит ли это благодарностью, но разберите себе мои вышивки, свитера и игрушки. ...Если они вам, конечно, нужны.
Ли Хан пожал плечами, сомневаясь, захотят ли они вещи, сделанные мужчиной. Однако...
— Леди Роуз! Не распускайте руки! Почему вы заграбастали сразу пять штук?!
— Я... я не понимаю, о чём вы...
— Ого! Вот вы как заговорили? Ха! Хорошо, решим всё в фехтовальном поединке.
— ...Хохо, бросаете мне вызов в фехтовании? Нескромно будет сказано, но если не считать леди Леви, я считаю себя второй среди курсанток.
— Кто из нас сильнее, покажет бой. Или вы струсили?
— ......Немедленно принесите рапиры!
Девушки, вооружившись тренировочными мечами, устроили битву за шедевры, созданные рыцарем, а Ли Хан лишь недоумённо хлопал глазами. Он был «гением в зачатке», который даже не осознавал, что создаёт произведения искусства.
* * *
— У вас обнаружился неожиданный талант, инструктор.
— ...Я до сих пор не понимаю, из-за чего тут воевать. Хотя мне нравится их пыл во время спарринга.
Всё-таки аристократки. Видимо, их с детства обучали фехтованию для общего развития — база была заложена крепкая, а в сочетании с его уроками их мастерство вызывало искреннее восхищение. Схватки были настолько ожесточёнными, что Ли Хан начал было беспокоиться о ранах и ушибах, но...
«Святое искусство поможет, проблем не будет».
У-у-у-унг.
Великий Священный Закон — .
Это было название святого искусства, которое поддерживали стажёры. Пока оно действовало, дети могли тренироваться и сражаться, почти не рискуя получить травму.
Ли Хан со спокойной душой наблюдал за поединками, когда вдруг...
— Так чего это ты решил заговорить первым? Очередные проблемы?
— Вы так говорите, будто я обращаюсь к инструктору только тогда, когда что-то случается.
— А разве нет?
— ......
— У тебя тоже совести маловато.
— ...Кхм.
Черноволосый принц, который выглядел бесконечно холодным и невозмутимым, внезапно отвел взгляд — оказалось, его довольно забавно дразнить. Что ж, если у него есть хоть капля совести, он и сам понимает, что обращаться к учителю только по делу — это наглость. Роэн, его несносный ученик, который в обычное время вел себя так, будто они незнакомы.
— Ну и зачем наш великий принц заговорил со мной?
— ...Пожалуйста, называйте меня как обычно. От ваших слов мне становится дурно.
— Какой ты прихотливый.
— ......
— Ладно, ладно, не буду больше.
— ......Джек.
Фьюх.
Как долго он там прятался? Нет, возможно, он был там с самого начала, просто его присутствие было настолько незаметным, что никто не обратил внимания. Один из курсантов проявил себя. Однако...
— Я всё думал, почему ты там стоишь. Надеюсь, ты не собирался меня напугать?
— Э-э?
— Цыц! Я же говорил тебе тренировать фехтование, а не технику скрытности.
К сожалению для него, его мастерства всё ещё было недостаточно, чтобы обмануть чувства Ли Хана. Напротив, Ли Хан отчитал его за то, что тот тратит время не на то.
Джек, выслушав ворчание, обиженно оправдался:
— Я... я тоже усердно тренируюсь. Но техника скрытности почему-то совершенствуется сама собой, даже если я ничего не делаю...
— ...Звучит как хвастовство, но почему-то мне тебя жаль.
— Пожалуйста, не жалейте меня...
Джек, чей талант убийцы рос даже от простого дыхания, скорчил печальную мину, но его врождённое трудолюбие никуда не делось. Он достал из-за пазухи несколько фотографий и протянул их инструктору.
— ?
— Прошу, взгляните на это.
— Хм.
Ли Хан мельком просмотрел фотографии, и в то же мгновение...
— ......
В его глазах промелькнул холодный блеск и тут же исчез.
...Вздрогнули!
Хотя это была лишь мимолётная аура, господин и слуга невольно вздрогнули. Ощутив его возросшую силу, они почувствовали, как в жилах стынет кровь.
Не заметив этого, Ли Хан сосредоточенно изучал снимки. Разрешение было довольно плохим, но всё же можно было узнать людей и места. Ли Хан спокойно произнёс:
— Черныш, слежка — это всё-таки преступление, парень.
— ......
Он с жалостью посмотрел на снимки, где была запечатлена, предположительно, Джудия Пьер, а затем перевёл взгляд на самого Роэна.
— Джудия Пьер.
Биологическая женщина, которая обычно выдает себя за мужчину. Существо с двумя личностями, инквизитор, которого называли гончей или гиеной Храма.
Та самая, что накануне угрожала Ли Хану и получила суровый урок.
...Но если копнуть глубже, её послужной список не ограничивался должностью инквизитора.
Таинственная раса — .
Существо, способное проникать в чужие сны и восполнять энергию, поглощая жизненные силы людей, независимо от их пола. Более того, хотя это и не было гарантированным будущим, в одном из вариантов судьбы она, используя свои способности, вышла замуж за Черныша и нанесла ему сокрушительный удар, став одной из будущих «Трех злодеек королевства».
...Её биография была более чем яркой, но пока никто не считал её опасным элементом. Это и понятно, ведь никто не знал о её злодеяниях.
Единственные, кто знал правду, — это два человека помимо Ли Хана. Один обладал окном статуса, а другой был тем самым, кто когда-то на ней женился...
— Всё ещё не можешь её забыть?
— Это не так.
...Единственный регрессор, Черныш.
Ли Хан с сомнением рассматривал фотографии, на которых были зафиксированы передвижения Джудии Пьер. Она встречалась с кем-то, разговаривала — со стороны это выглядело как типичное преследование.
«...Человек, не знающий подоплёки, точно бы заявил на него в полицию».
Это он всё понимал, зная их историю, но для других это было классическим сталкингом. Если об этом узнают, общественное положение Черныша сильно пошатнётся.
Ли Хан со вздохом перелистнул фото.
— Зачем ты показываешь мне эти непристойности? Если бы их увидел кто-то другой, недопониманий было бы не избежать.
— Я показываю это вам, потому что доверяю. И вы ведь знаете, что я её глубоко ненавижу и опасаюсь...
— Знаю, ...и именно поэтому я беспокоюсь ещё больше.
Ли Хан переживал, как бы этот парень завтра же не уволок её в глубокое подземелье для пыток. Ведь в его душе тлела такая сильная ненависть.
«...Вот почему расставаться тоже нужно уметь».
Это как увольняться с ненавистной работы: если в отместку уничтожить важные документы, жизнь превратится в ад. В расставании должна быть своя эстетика, а если уходить со скандалом, то и вся жизнь потом будет отравлена.
...Ну, если ты готов к тому, что твоя жизнь станет помойкой, можно расставаться и грязно.
В этом смысле.
«Похоже, этот парень хочет довести дело до конца».
— Инструктор, передайте её мне прямо сейчас. Она не из тех людей, которых можно исправить.
Черныш, а точнее Роэн, сверкнул глазами, решив во что бы то ни стало уничтожить жизнь Джудии Пьер. Ли Хан почесал затылок.
«Я предвидел, что что-то случится, но неужели всё уже начинается?»
Люди на фотографиях.
...Все они казались «людьми из Храма». Ли Хан инстинктивно почувствовал, что его мирным будням приходит конец.
«Вот за это я и не люблю средневековую религию».
Вместо того чтобы заниматься верой, они творят какую-то дичь.
...Может, если хорошенько дать им по затылку, они придут в себя?
http://tl.rulate.ru/book/175232/14974438
Готово:
