— А это горячо.
— Ой, нельзя же так!.. — воскликнула Айрин.
— Арин, вот почему в жизни важно выбрать нужный момент. Тебе тоже следовало просто пойти в атаку, эх... — прозвучал чей-то голос.
— И-и-и!.. — Айрин лишь в бессилии сжала кулаки.
Она покраснела, глядя на то, как фея набросилась на Инструктора. Разумеется, она понимала, что это ритуал исцеления, но всё равно чувствовала досаду от того, что фея, принявшая облик прекрасной женщины, похитила его губы.
Было такое чувство, будто некая совершенно посторонняя девица забрала то, что «принадлежит» ей.
Айрин сердито топнула ногами, выражая всё свое негодование.
— ...Благословение фей.
— Это что-то очень редкое?
— Сказать «редкое» — значит ничего не сказать. В истории континента тех, кто удостоился его, было не больше пяти человек.
В отличие от возмущенной Айрин, Роэн и Дерик, осознав, что происходит Благословение фей, пребывали в глубоком изумлении.
Благословение фей.
Дар, который, согласно легендам и мифам, получали лишь величайшие герои древности.
До сих пор точно не было известно, каков именно эффект этого благословения. Ведь все герои, получившие его, как один хранили молчание.
Однако одно было ясно наверняка: каждый, кто был отмечен Благословением фей, оставил неизгладимый след в истории континента. Даже спустя десять тысяч лет имена героев тех цивилизаций всё ещё живы в памяти людей. По человеческим меркам это благословение было уделом лишь тех, кто обретал бессмертную славу.
Потому и возникла мысль: неужели и Инструктор станет героем, о котором будут слагать невероятные легенды?..
— Согласно некоторым неофициальным хроникам, существует и другая запись, — заговорил Роэн.
— Что?
— Говорят, что на самом деле Благословение фей не является каким-то особым чудом. А герои прославились лишь потому, что сами по себе были выдающимися личностями, и само благословение тут ни при чем.
— Э-э... Но разве все, кто его получил, не стали легендами?
— Ученый, изучавший и толковавший эти хроники, утверждал, что помимо пяти известных героев, таких счастливчиков было еще человек сто двадцать.
— ...
— Иными словами, если ты крут — ты крут. И не стоит списывать всё на удачу. Более того, в записях, оставленных безымянными героями, часто встречаются фразы вроде «Уж лучше бы я его не получал» или «Это было худшее из благословений».
— ...Да это больше на проклятие похоже.
— Хм, я думаю...
— Хе-хе, потерпи еще немного. Раны серьезные, так что нужно продолжать! — раздался голос феи.
— М-м-мпф?!
«Хм...»
— Зависит от возможностей человека: для кого-то это может быть проклятием, а для кого-то — благословением... — задумчиво произнес Роэн.
Глядя на то, как Инструктор безжалостно подвергается этой процедуре, Роэн невольно почувствовал к нему жалость. Конечно, его целовала прекрасная женщина-эльф, но то, что это происходило совершенно без его воли, выглядело как-то...
— Фух.
Роэн зажмурился. Наблюдение за этой сценой, зависшей на грани между даром и карой, оставляло неприятный осадок.
— Одно могу сказать точно: я бы от такого отказался.
— ...Ха-ха.
Дерик неловко улыбнулся, втайне соглашаясь с этим мнением. И всё же...
«Фея ведь прекрасна, так что... он должен быть счастлив, верно?» — осторожно подумал Дерик, полагая, что в глубине души это всё же приятное событие.
* * *
Хрусть!
— !!!
Какое, к чёрту, счастье!
Кто вообще это придумал? Что поцелуй приносит радость!
«Проклятье! Пока дождешься счастья, на тот свет отправишься!»
То, что сейчас чувствовал Ли Хан, было чем угодно, только не счастьем. В буквальном смысле слова Ли Хан ощущал мучительное удушье, словно он тонул и не мог вдохнуть. Самым ужасным было то, что, несмотря на невозможность вздохнуть и невыносимую агонию, он никак не умирал.
...А знаете, что сводило с ума еще больше?
Кх-р-р-р-ч!
— Кх-х-х-х-мпф?!
В этот момент Ли Хан испытывал самую лютую боль в своей жизни.
— Будет немного больно. Примерно в десять раз сильнее, чем при родах? Одна героиня, родившая больше десяти детей, именно так это описывала, — прозвучал голос эльфийки в его голове.
— М-м-м-м-мпф!!
Удивительно, но эльфийка умудрялась говорить, не разрыкая губ. Ли Хану было не до чудес — он хотел биться в конвульсиях, вернее, он мечтал бы это сделать, но был вынужден замереть. С того момента, как она вцепилась в него, всё его тело сковало оцепенение.
«Нет, это точно лечение?! Почему лечить — это так больно?!»
Ли Хан думал, что раз его лечат, то боли не будет совсем. Однако сейчас он страдал сильнее, чем когда-либо. Это было больше похоже на пытку, чем на исцеление.
Словно читая его мысли...
— Это лечение. Просто считай это процессом «пересборки». Твое тело сейчас в ужасном состоянии. Поэтому я сначала разрушаю его, а потом складываю заново, как кусочки пазла. Так что сильная боль неизбежна.
Эльфийка любезно разъяснила ситуацию. Что, впрочем, ничуть его не обрадовало.
— Потерпи еще немножко.
«Сколько это — немножко?!»
— По человеческим меркам... часов двенадцать?
— !!?
От осознания того, что ему придется терпеть боль в десять раз сильнее родовой на протяжении двенадцати часов, Ли Хан едва не лишился чувств. Нет... поправим: он даже не мог потерять сознание. Было настолько больно, что даже если он отключался, сознание тут же вспыхивало вновь.
Ли Хан всерьез задумался, не обидел ли он чем-то эльфийку.
— Вовсе нет. Ты мне всё еще очень нравишься.
— ...!
«И раз я тебе нравлюсь, ты причиняешь мне такую боль?»
Ли Хан бросил на неё возмущенный взгляд, и та лишь прищурилась в улыбке.
— Хи-хи, запомни хорошенько. Боль заставляет человека взрослеть и делает его сильнее. И я говорю не только о плоти. Она закаляет разум и душу. Урока без боли не бывает, а сила, обретенная без страданий, подобна песку, что в любой момент может рассыпаться в прах. Но лишения и испытания, пройденные через боль, помогут тебе вырасти. Так что это благословение. «Благословение по имени Боль».
«Я бы предпочел отказаться от такого благословения...»
— Что ж, все люди, получавшие наш дар, мучились точно так же, у-ху-ху!
— ...
Вот почему герои древности предпочитали не распространяться о Благословении фей. Мало кто назовет благословением столь безумную агонию. Скорее уж это вызывало бы обиду.
Но в случае с Ли Ханом...
«Мо-можно мне хотя бы просто покричать в свое удовольствие?»
— Нельзя.
«С ума сойти можно...»
Он терпел, стиснув зубы. В его сердце не было злобы, он просто закрыл глаза.
Кх-р-р-р-р-р-ч!
— !!?
Кости, мышцы, нервы и сухожилия — всё пересобиралось заново. Время от времени свежая и горячая энергия весны касалась поврежденных или запутанных участков, и в те моменты тело восстанавливалось. Процесс шел медленно, словно ползла черепаха, а боль нарастала постепенно и неуклонно, что было просто ужасно.
Однако...
«По-немногу... совсем по чуть-чуть, но я привыкаю...»
Ли Хан постепенно адаптировался. Первой причиной тому, как ни странно, было его детство, когда Чароплёт использовал его в качестве подопытного — тогда он испытывал нечто подобное. Второй причиной было то, что его обычные тренировки всегда сопровождались болью.
Поэтому привыкнуть к страданиям ему было легче, чем другим. Боль можно вытерпеть, если уметь противостоять ей, приспосабливаться и знать, что когда-нибудь она закончится.
«Держись, держись!..»
Даже среди мучений Ли Хан неустанно наблюдал за изменениями в своем организме. Он внимательно следил за тем, как распадаются мышцы и как кости собираются вновь, становясь крепче. И он был уверен: это и есть...
«...Перерождение костей».
Венец техник закалки тела, через который проходят адепты в стремлении стать небожителями! Ли Хан и сам пытался достичь этого, но его попытки сводились лишь к обычному укреплению плоти. О чем-то столь фундаментальном он и мечтать не смел.
«Меняются не только мышцы и кости. Сердце, сосуды, желудок, сухожилия — всё становится иным».
Те части тела, которые невозможно натренировать, даже внутренние органы — всё выходило за пределы человеческих возможностей. Такое вмешательство под силу только фее. Технология и благословение, абсолютно недоступные смертным.
Счастливый случай.
Ли Хан получил шанс, который выпадает раз в жизни. Вот только...
— Ну, давай еще немного потерпим.
— ...!?
— Осталось еще часов десять.
— !!!!
— Ого, а ты действительно крепкий. Ты второй человек, который так стойко выносит наше благословение! Кстати, первым был Король-Воин — первый и последний король, которым гордились Варвары. Слышал о таком?
— М-м-м-мпф?!!!
...Тут уж волей-неволей подумаешь, что такие Счастливые случаи тоже бывают разными.
* * *
Бум.
...Ли Хан рухнул без чувств. Проведя под действием благословения больше двенадцати часов, он просто отключился. Честно говоря, само по себе то, что он продержался до конца, уже было чудом.
Однако Фея весны...
— Эх, а я хотела еще поболтать... — лишь разочарованно вздохнула она, глядя на него.
Рыцарь не придет в себя еще дня два, и это её огорчало. Ей так хотелось поговорить побольше... Она покачала головой, сетуя на то, какие же люди всё-таки «хрупкие».
В этот момент...
— О, и там закончили?
— У-у-унг!
— Кья-ха-ха.
— Да? Молодцы.
Хотя другого рыцаря и не осыпали столь страстными поцелуями, он тоже лежал в обмороке, окруженный другими феями весны, после получения их дара.
— Хм, кажется, его Сосуд был сильно поврежден? Похоже, всё благословение ушло на его починку.
Фея весны мгновенно почувствовала исходящую от него ауру и усмехнулась.
Дрожь.
Энергия, которую Ли Хан называл Звезда Небесной Погибели — та самая, что делала всё возможное, чтобы разрушать тело своего носителя, — под взглядом Феи весны затрепетала, словно напуганный щенок. Она не смела даже помыслить о сопротивлении.
— Ты, перестань мучить этого человека. Живите дружно.
Фея проворчала это, хотя и не надеялась, что её послушают. Ведь это была своего рода небесная кара. Тем не менее, теперь, когда Сосуд был восстановлен до идеального состояния, носитель сможет в какой-то мере контролировать эту силу без лишнего риска. Конечно, при чрезмерном использовании Сосуд снова может треснуть.
— Теперь всё зависит от способностей самого рыцаря.
Ах, раз уж зашла речь о проклятиях...
— У этого мальчика тоже есть проклятие... Хм, может, снять его?
Фея весны почувствовала, что в теле рыцаря по имени Ли Хан укоренилось проклятие. Оно было довольно каверзным, но если бы она захотела, то вполне могла бы его снять.
— ...Нет. Такие вещи нужно преодолевать самому!
Она решила, что победа над этим проклятием — тоже часть его испытания. Чтобы стать великим героем, нужно пройти через подобные трудности!
...Услышь это Ли Хан, он бы взмолился о помощи, сказав, что с него хватит испытаний, но, к несчастью, он был без сознания, а фея была непреклонна.
— Жаль. Хотелось еще поговорить, но нам уже пора за работу.
Шорох.
Фея весны коснулась щеки рыцаря и нежно улыбнулась. Давно ей не встречался рыцарь с такой непростой судьбой, который до самого конца хранит верность своим убеждениям.
— Ты не стремишься быть героем, но становишься им, чтобы защитить то, во что веришь. Хи-хи, какой прилежный рыцарь. Живя вторую жизнь, мог бы устроиться и поудобнее.
Однако именно это делало его в её глазах еще достойнее. Поглаживая его, она ощутила некое подобие «любви».
Чувство, которое для фей было сродни яду. И всё же они влюбляются очень легко. Даже зная о яде, они не могут не тосковать по привязанности. И сейчас, глядя на этого рыцаря, фея чувствовала влечение к этому честному воину, который не затаил обиды, несмотря на причиненную ей боль, и в итоге выразил лишь благодарность.
...Механически притягательный мужчина.
— У-унг?
— Кья-ха?
— ...Нет-нет. Не отрицаю, сердце екнуло, но нужно сдержаться. Кажется, у этого мальчика уже есть «пара».
Однако фея отбросила эти мысли. Посягать на мужчину, у которого уже кто-то есть, было не в её правилах.
— У него есть спутница жизни. Хм, интересно, кого же он выберет?
Она чувствовала предназначенную ему судьбой половинку. И даже не одну, а сразу нескольких. К тому же одна из кандидаток была совсем рядом.
— В-всё уже закончилось?
— Кажется, да.
— ...Жестоко.
...Девочка, в чьих жилах течет кровь фей. От неё тоже веяло судьбой. А за её спиной...
— ...
— Хи-хи, не смотри на меня так. Я его не заберу.
Фея помахала рукой «ей», что сверлила её взглядом. Ей было любопытно, какую же спутницу в итоге выберет этот рыцарь.
— Что ж, это будет забавой на будущее.
У-ху-ху!
Фея весны весело рассмеялась и вскинула руки.
— А теперь возвращайтесь на свои земли.
Вспышка!
Подул ласковый весенний ветерок. В одно мгновение он подхватил двух рыцарей, двух мужчин и женщину, а также откуда-то взявшуюся маленькую девочку. Чувствовалось, как они растеряны, но фея лишь грациозно помахала им рукой на прощание.
Она была им благодарна, но, похоже, они и так сами взяли свою награду. А потому...
— Прощайте.
Фея лишь произнесла последние слова напутствия.
Ф-ф-фу-у-ух.
С весенним ветром все следы присутствия людей исчезли. Словно их здесь никогда и не было.
— ...
Фея весны с легкой грустью посмотрела на место, где только что стояли те, кто вернулся в земли драконов, но вскоре поднялась в воздух.
— Пойдемте, пора за работу.
— Кья-ха-ха!
— У-а-а-анг!
Нужно было сообщить зиме...
— Что весна вернулась.
*
*
*
Мальчик и сегодня собирался рано утром подняться на холм, чтобы загадать желание. Он хотел попросить госпожу Фею больше не гневаться и остановить снег. Но вдруг...
— Мама, что это?
— ...
— Мама? Папа?
— Хлюп...
— О-о-о, с-спасибо вам, госпожа Фея, спасибо...
— ?
Мальчик недоумевал. Его всегда суровые родители вытирали слезы, и жители деревни тоже плакали от счастья, что было очень странно. Но самым удивительным было другое.
— Ва-а, как красиво!..
Тёплые круглые лучи света, медленно пробивающиеся сквозь рассеивающиеся тучи, приковали его взгляд. Глаза мальчика засияли.
— ...Эрен, дитя мое. Кажется, госпожа Фея наконец сменила гнев на милость.
— ??
Мать объяснила ребенку, который никогда прежде не видел этого небесного сияния жизни, что это такое.
— Это «Солнце».
— Сол... нце?.. Это оно?!
Мальчик широко раскрыл глаза. Увидеть воочию то самое «Солнце», о котором он слышал лишь в рассказах, было настолько потрясающе, что он на мгновение лишился дара речи.
— Ах!
— Эрен?!
Мальчик поспешно побежал на холм за домом. На тот самый холм, куда он каждый день приносил свои любимые камешки. И там...
— ...Она услышала.
Камешков не было. Вместо них расцвели цветы.
— Хи-хи, спасибо, госпожа Фея!
За то, что исполнили желание.
Мальчик был искренне благодарен. Его мать, поднявшаяся следом, замерла от удивления, а затем крепко обняла сына, не сдерживая слез. Там, где растаял снег и исчезли камни с желаниями ребенка...
Раскинулось прекрасное поле одуванчиков.
http://tl.rulate.ru/book/175232/14974431
Готово:
