— ...Проиграл.
Это было безоговорочное поражение, которому не нашлось бы ни единого оправдания.
— А этот мужик чертовски силён.
— ...Ха-ха.
Дерик издал сухой смешок, глядя на лежащего в постели Ли Хана. Ещё вчера этот человек был в полном порядке, а теперь лежал здесь, превратившись в сплошное месиво. Дерик вспомнил, как содрогнулся от ужаса, когда снял наспех наложенные бинты. Он даже не знал, сколько именно швов пришлось наложить на разодранную плоть. К слову, зашивал он его сам — навык «Наложение швов» очень пригодился.
— Спасибо за лечение, ты намучился.
— Разве не вы, Инструктор, намучились больше всех, пока я шил вашу плоть без анестезии? Даже Гуань Юй бы так не смог.
— Ну, если бы мне пришлось соскабливать яд с костей, как тому господину, тогда другое дело, но ведь у меня всё было не так серьёзно, верно?
— Если смотреть в целом, Инструктор, вам пришлось гораздо хуже.
Ха-а! Дерик хотел было использовать анестетики, но из-за Особенности [Сопротивление ядам] они почти не действовали на этого человека. Большинство обезболивающих в этом мире содержали токсичные компоненты, поэтому Дерику пришлось пойти на решительный шаг и зашивать живую плоть вживую. Его руки дрожали от одного вида этой процедуры. К счастью...
«Как он только ни разу не вскрикнул от боли...»
На протяжении почти семи часов операции он лишь безмолвно терпел.
«Удивительный, нет, по-настоящему сильный человек...»
Дерик снова поймал себя на мысли, что этот мужчина невероятно могуч. И дело было не только в грубой физической силе.
«Он силен. Силен телом, но и духовно он невероятно крепок».
И дело даже не в том, что он не издал ни звука, пока его зашивали. То, что он смог принять столь дерзкое решение ради своей ученицы... ради девочки, которая, по сути, была для него посторонним человеком — вот что казалось Дерику по-настоящему великим. Смог бы он сам поступить так же?
«Он ворвался туда не просто потому, что ему не понравилось будущее. Он создал вероятность, при которой девочка по имени Леви не получит душевных ран. Неужели на этот вопрос можно было ответить таким образом?»
...Нет. Скорее всего, это был не самый правильный ответ. Изначально мысль о том, что можно принести счастье девушке, сразившись с домом Маркиза, казалась безумной. Какими бы сумасшедшими ни были разработчики, они бы не стали вставлять в игру настолько нелепую Пасхалку.
«Уж лучше бы ещё раз сразился с Королём призраков, чем ввязываться в бой с Тристаном».
Уровень каждого бойца «Кровавого орла» составлял от 5 до 6 и выше. Заместитель командира и вовсе был равен ему — 7-й Уровень. Когда сотня таких бойцов собирается вместе, их мощь сопоставима с Уровнем 8 или даже выше. Кроме того, сам Маркиз в одиночку был...
«Уровень 8.5».
Монстр, который ещё не достиг 9-го Уровня, но подобрался к нему вплотную. По сути, это был мастер, которого не мог победить никто, кроме тех, кто уже на 9-м Уровне. И то, что Ли Хан вернулся живым после встречи с таким противником, уже само по себе было великим достижением.
«Сразиться с рыцарским орденом и победить, выжить в схватке с монстром, равным 9-му Уровню... Теперь нет никаких сомнений».
— Геройский класс 8-го Уровня.
Дерик был уверен, что Ли Хан по-настоящему вошёл в ряды сильнейших этого мира.
«...Невероятный человек».
Сам факт достижения такого Уровня в столь молодом возрасте доказывал, насколько суровой была его жизнь. Дерик чувствовал глубокое волнение, понимая, что такого Уровня нельзя достичь просто за счёт силы или Счастливого случая. При мысли о том, сколько усилий он приложил, сердце Дерика наполнялось восторгом. Ему нестерпимо хотелось немедленно проверить его характеристики, если бы только он мог использовать навыки, и в этот момент, когда Дерика переполняли чувства...
— На... Наставник...
Дверь открылась, и вошла девушка, которая выглядела ещё более измождённой, чем вчера. Леви Полт. Казалось, она вот-вот разразится слезами.
— А...
Дерик замер. Он понимал её состояние — ведь девушка ничего не знала. Она лишь бессильно ждала, хотя сама была причиной всех проблем. Но её Наставник, словно став её голосом, отправился в Дом Маркиза и противостоял ему, несмотря на всё своё бессилие. Дерик и сам бы на её месте почувствовал бурю эмоций. Как и ожидалось...
Слёзы покатились градом. В них смешались радость и тревога, обида и вина, и даже ненависть к самой себе. Леви не могла вымолвить ни слова, захлёбываясь в чувствах. Инструктор же ласково посмотрел на неё.
— Медвежонок...
— На... Наставник, я...
— Поплачешь позже. Помоги горничной и принеси мне поесть. Весь день валяюсь в постели, проголодался ужасно.
— .......
— Твой Инструктор так старался, верю, что принести еды тебе будет несложно.
— .......
— Живо.
— ...Да.
...Похоже, его натура была слишком сухой для сентиментальных драм.
* * *
— ...Никаких слухов не пошло?
— Да, даже тени сплетен нет.
— ...Разве это возможно?
— Вот и мне интересно.
Расправившись с десятью порциями говяжьего рагу с хлебом и тремя запечёнными в печи курами, приготовленными Лейлой и Леви, Ли Хан моргал, слушая информацию, которую принёс Трусишка. Весть о том, что он напал на дом Маркиза, совершенно не разлетелась по Королевской столице.
«Я так буйствовал, и никто не знает?»
Ему было немного неловко признавать это, но он действительно неистовствовал, не заботясь о последствиях. Даже если особняк Маркиза находился в глухом лесу, разве могло быть так, чтобы никто ничего не видел?
— Это возможно только в том случае, если кто-то установил строгий контроль над информацией. Причём это должен быть очень влиятельный и способный человек... Инструктор, у вас случайно нет знакомых герцогов?
— ...Хм.
Герцогов-то он знал, но вряд ли тот Герцог стал бы вмешиваться.
«Эта нуна точно даёт мне разгуляться».
Тщательный контроль информации. Чтобы провернуть такое, нужна помощь магов и множества чиновников. Единственным человеком, способным на это, из всех его знакомых была сереброволосая Наследная принцесса. Ли Хан только покачал головой. Чтобы стать королём, нужно обладать именно такими способностями.
— Вам не обидно? Если бы всё вскрылось, вы могли бы прославиться как человек, одолевший Тристана.
— Ты опять несёшь какую-то чушь?
— Ну, просто... я подумал, что Рыцари любят подобную славу.
Трусишка явно искренне переживал из-за того, что подвиг остался неизвестным. Он бормотал себе под нос что-то вроде: «Эх, если бы получил очки достижений и известности, открыл бы новую Особенность». Он шептал это сам себе, но Ли Хан всё прекрасно слышал. Поэтому он лишь усмехнулся: надо же так расстраиваться из-за того, что достанется другому.
— Мне не нужна такая фальшивая слава. В конечном счёте, я проиграл.
— .......
— Тебе кажется, что я победил, раз вернулся живым, но на деле это было поражение. Я выжил только благодаря милосердию Маркиза и рыцарского ордена. Так что не забивай голову ерундой.
— Хм...
Ли Хан не считал себя победителем. То, что он одолел сотню рыцарей, произошло лишь потому, что у противника не было информации о нём. Маркиз тоже мог убить его в любой момент, но предпочёл отпустить. Поэтому у него не было чувства триумфа. Скорее, осталось ощущение, что его просто хорошенько поколотили.
— Ну, всё равно ведь победа есть победа.
— Как сказать. Если судить только по результату — то да. Но мне важен и процесс. А раз так... особых чувств у меня нет.
— Инструктор, вы более старомодны, чем я думал.
— В моём возрасте все такие, хе-хе.
— ...Ну не знаю, мне так не кажется.
Трусишка посмотрел на него многозначительно, и в тот момент, когда Ли Хан собрался отчитать его за дерзкие мысли...
— За... зачем вы это сделали?
— .......
— Зачем вы зашли так далеко? Кто... кто я такая для вас...
— Ты снова об этом спрашиваешь? Давай просто пропустим этот момент.
— Я... я не могу! Как такое возможно! Вы так сильно пострадали! — Леви почти кричала, захлёбываясь слезами. Она всё ещё была убита горем из-за того, что он так изранен из-за неё. Её глаза наполнились слезами, которые вот-вот должны были хлынуть вновь. Ли Хан молча смотрел на неё.
— Трусишка.
— ...Да. Зовите, если понадоблюсь.
Тот оказался сообразительным и сразу же вышел, как только Ли Хан позвал его по прозвищу. В комнате остались только двое: он и Леви.
— .......
— Хнык, всхлип...
Тяжёлое молчание, полное печали. В этой тишине Ли Хан хотел просто дождаться, пока девочка успокоится, но...
— Разве защищать ученицу, которая вопреки своей воле обрекает себя на несчастье — это неправильный поступок?
— ...!?
Ли Хан заговорил, чувствуя, что именно в этот момент он должен спросить её об этом. Всхлипывающая девушка замерла, широко раскрыв глаза, и посмотрела на него снизу вверх. Ли Хан, встретив её взгляд, продолжил:
— Курсант Леви Полт, которую я знаю — умная и сильная девушка. Ещё бы, ты выдержала те суровые тренировки в Вулкане и не сбежала от магии Чароплётов. И это всё? Ты была главной героиней, внесшей вклад в победу, достойно командуя войсками перед лицом армии Гноллов. О твоей доблести знают все восемьдесят человек на Факультете фехтования, и знаю я.
— Ч-что вы такое говорите...
— Однако!
— ...Ах.
Его резкий окрик заставил её замолчать. Словно он не позволял ей сейчас возражать.
— Почему такая умная и храбрая девочка продолжает вести себя как дура? Почему она раз за разом выбирает путь идиота? Вот этого я никак не мог понять.
— .......
— Потому что ты преданная дочь? Ради семьи? Может и так. Ты ведь «хорошая девочка». Очевидно, из-за сыновнего долга ты не сбежала и приняла судьбу. Это можно понять... Но как бы я ни старался, я не могу понять твоих родителей.
— !!
В этот момент девушка пришла в ужас. Только тогда она осознала: Ли Хан о «чём-то» догадался.
— Дом Полт, по твоим словам, — это уже разорившийся род. Но ты сказала, что причина краха в том, что они пытались достойно возродиться как рыцарский дом и потерпели неудачу. Тогда ответь мне: разве разумно бросать тебя, обладающую талантом рыцаря, пусть ты и женщина? ...Это слишком странно. У меня внезапно возник такой вопрос.
— А, а-а...
— Если бы ты стала рыцарем, заветное желание семьи исполнилось бы, и имя Полт снова возродилось бы. Почему же твои родители так не поступают? Они что, тупицы, не знающие, как устроен мир? Или они презирают тебя за то, что ты женщина? Хм, на их месте я бы никогда не бросил такого «слепо» преданного ребёнка, как ты. Как ни посмотри, это не укладывается в голове.
— На... Наставник...
— ...Что же это? Что заставляет тебя так слепо подчиняться им?
Ли Хан вспоминал, словно связывая воедино разбросанные подсказки. Слепое упорство — это было самой сутью Леви Полт. Леди, которая из кожи вон лезла, чтобы обучиться фехтованию, девушка, вооружённая неописуемой злобой. Это выглядело так, будто она отчаянно пытается доказать свою ценность. Ли Хан размышлял о том, что же заставляло её так биться.
— Что же тебя так подгоняет? И почему ты, как дура, без малейшего сопротивления выполняешь слова своих родителей... нет, их «приказы»?
— .......
— Если ты не хочешь, я не буду развивать эту тему. Просто похороню эти подозрения глубоко в душе. Считай это ворчанием старика и забудь, или, если хочешь выпустить пар, можешь даже влепить мне пощёчину.
— .......
— Да, если хочешь...
— ...Вы правы.
— .......
— Вы правы. Ваши предположения, Наставник... всё в точку...
— .......
Девушка беззвучно плакала, на её губах играла печальная улыбка.
— Вы, Наставник... вопреки внешности, очень проницательны...
Слова давались ей с трудом, слёзы не прекращали течь, но Ли Хан лишь пожал плечами.
— Внешность тут ни при чём. Я просто подумал, что у родителей нет никакого права так поступать со своим ребёнком.
— ...Вот как. Долг, значит.
— Можешь больше ничего не говорить. Я спросил не для того, чтобы допрашивать тебя.
— Хотя сами уже... всё выпытали.
— Это не допрос, а собеседование. Наставник должен хоть немного знать о внутренних делах своего ученика.
— ...Что это вообще значит?
Девушка, вопреки слезам, светло улыбнулась. Несмотря на то, что он так легко вытащил на свет «истину», которую она скрывала и о которой даже думать было страшно, она была благодарна ему за то, что он обращается с ней как обычно...
— Хе-хе, наконец-то попалась.
Ей стало легче. Она думала, что должна скрывать это всю жизнь. Думала, что в тот миг, когда всё вскроется, ей не избежать осуждения. Но теперь, когда тайна была раскрыта, на душе стало небывало спокойно. И вот девушка — нет, теперь уже молодая женщина с уверенной, зрелой улыбкой — заговорила.
— ...Да, всё так, как вы и думали, Наставник. Я...
— У меня нет родителей.
...Эти слова медленно сорвались с её губ.
* * *
Вспыхнуло пламя! Разгромленный нелегальный игорный дом. Цепные псы, охранявшие это место, давно повержены. Обезумевшие от азарта игроки лежали без сознания снаружи, сваленные в кучу с переломанными руками и ногами. Однако в этом игорном доме был один человек, который всё ещё оставался в сознании. Или, вернее будет сказать, ему не позволяли отключиться?
Хрусть!
— У-ух, з-за что вы так со мной!
— .......
— Какую такую злобу вы на меня затаили, что творите всё это!
— .......
— Да ответьте же...
— Рот не разевай, воняет.
— !!!?
Мужчину с синими волосами схватили за грудки и подняли в воздух. Просто от того, что его держали за ворот, на него навалилось чудовищное давление, он не мог даже вздохнуть. Но черноволосый юноша, поднявший его, не выказывал ни капли сострадания, продолжая давить. Словно этот человек не заслуживал даже тени милосердия.
— Рейнол Фольт, с этого момента ты будешь отвечать на мои вопросы чётко. Если не можешь говорить — кивай. Если не можешь кивнуть — моргай. Но если ты хоть немного замедлишься с ответом или солжёшь, я уничтожу тебя... нет, я сотру весь твой род с лица земли!!
— !!?!!
Рейнол Фольт. Человек, который формально считался нынешним Главой рода Полт, дрожал от страха и неистово закивал головой. Это было жалкое зрелище. У кого-то он мог бы вызвать жалость, но черноволосый юноша...
Для Роэна он выглядел более мерзким существом, чем любой Гнолл.
Скрип!
Роэн, всегда сохранявший хладнокровие, впервые так явно проявлял свой гнев. С трудом сдерживая желание прямо сейчас прервать дыхание этого ничтожества, Роэн произнёс:
— Рейнол Фольт, 43 года. Жена простолюдинка, двое дочерей. Я прав?
— !!
— Значит, прав?
— !!!
Рейнол Фольт отчаянно затряс головой. Да, верно. У него есть жена и дочери...
— А мне кажется — нет. Дочь ведь не две, а «одна»? Почему ты лжёшь?
— ?!!
— Не одна ли она? И ответь мне: даже если у тебя действительно две дочери, как можно быть таким жестоким, чтобы наложить на одну из них «Клеймо повиновения» и отдавать такие зверские приказы...!!
— ...Кх... кх-х-х...
Забытое клеймо. Древнее тайное искусство, которое, подобно проклятому яду, невозможно снять обычными способами. В современную эпоху такое «Клеймо абсолютного повиновения» накладывали разве что на скот или Монстров. Клеймить так людей было запрещено государственным законом, этого никогда не должно было случиться. Однако сейчас Роэн не взывал к строгости закона. То, о чём он хотел спросить...
— Ты, мусор! Да кто ты такой, чтобы сметь ломать чужую жизнь?!
Это была лишь бесконечная скорбь по товарищу, чья жизнь была растоптана из-за такого отброса и превратилась в сплошную печаль. Роэн был в ярости от одной этой мысли, и в ответ на его чувства...
[Гр-р-р!]
«Черный лев» взревел, готовый разорвать в клочья преступника, разгневавшего его хозяина...!
http://tl.rulate.ru/book/175232/14950441
Готово:
