Когда начиналась семестровая аттестация, в одной отрасли, как ни странно, наступал настоящий бум — и это была каменоломня.
Всё потому, что финальным аккордом семестровых экзаменов была [схватка с каменным троллем].
Ради этого Академия массово закупала в каменоломнях качественный мрамор и твёрдые горные породы.
Однако процветали лишь аристократы и главы торговых гильдий, управлявшие этими местами.
Для простых рабочих, трудившихся там, это время вовсе не было благодатным.
Напротив, это был период жуткого переутомления.
Бах! Ка-бах!
Скудное оснащение, полное отсутствие нормального оборудования для добычи камня.
Всё, что здесь было — это кирки, огромные молоты да зубила.
Каменотёсы без отдыха колотили по обнажённым склонам огромной скалистой горы.
— Бейте по очереди! Не сбивать позу!
— Ты, тупица! Не зевай! Твою ж...!
— Не расслабляться, а то шею переломит!
Повсюду раздавались яростные крики.
В профессиях, где одна ошибка может стоить жизни, это было неизбежно.
Впрочем, они были столь взвинчены лишь потому, что должны были вырубать огромные валуны, сохраняя их целостность. В обычное время это были не такие уж плохие люди.
Просто им нужно было зарабатывать деньги, да и жизнь была дорога, поэтому во время работы они становились агрессивными.
И вот в какой-то момент...
Хрусть!
— Ах ты, идиот!
Один из новичков, пришедших сегодня, всё-таки допустил оплошность.
Он неверно ударил по жиле, из-за чего в части скалы пошла трещина, которая начала стремительно расти.
Трес-сь!
— А... А-а?!
— Хватит мычать, придурок! Убирайтесь оттуда, кретины!!
Гаркнул мастер участка, не стесняясь в выражениях.
Поскольку даже одна ошибка могла привести к катастрофе, существовали чёткие инструкции, и главной из них было — со всех ног бежать в безопасное место.
И когда все в спешке бросились врассыпную...
— По... подождите...!
У одного начинающего рабочего ноги словно налились свинцом.
Должно быть, от неожиданности у него просто подогнулись колени.
— Гус...!
Какой-то напарник выкрикнул его имя, пытаясь помочь, но было уже слишком поздно.
Гро-хо-хо-х!
Огромные куски скалы, размером с валуны, один за другим рухнули вниз.
Перед лицом стихии, подобной камнепаду, человек всегда оказывается бесконечно беспомощным.
Люди побледнели, ожидая, что через мгновение от парня останется лишь кровавое месиво, но...
Хвать!
Кто-то схватил рабочего за шиворот и рывком вытащил из-под падающих обломков.
— ...А?
— Приди в себя, милейший. Долго еще собираешься столбом стоять?
— ...
— Эта работа тебе совсем не подходит. Поищи что-нибудь другое.
— Б-благодарю вас.
— Слишком поздно ты благодаришь.
— Да-а...
Рабочий заторможенно закивал, внимая совету спасшего его человека.
Похоже, тот был прав — такая работа была ему не по нутру.
* * *
— Господин Рохан! Огромное спасибо, если бы не вы, нам пришлось бы убирать труп.
— Какой там труп, от него бы и мокрого места не осталось.
— А можно без этих твоих карканий?
— Если так благодарен, лучше накинь к оплате.
Рабочий Рохан проворчал это в ответ и молча погрузился в возобновившуюся работу.
Несмотря на столь крупный обвал, никто не придал этому значения, и труд продолжился.
Это зрелище само по себе внушало ужас, но рабочие воспринимали это как должное.
Несчастный случай произошёл, но это был лишь очередной инцидент.
В мире, где нет ни профсоюзов, ни даже зачатков прав трудящихся, кто станет беспокоиться из-за какой-то аварии?
Честно говоря, подобные происшествия были обычным делом. Поверите ли вы, что нашлись даже те, кто обрадовался — мол, благодаря упавшим обломкам работа пойдёт быстрее?
— Понимаю. Я поговорю с начальством, тебе доплатят. Всё равно тому идиоту, что устроил обвал, платить не за что, так что отдам его долю тебе.
— А вот это действительно достойный знак благодарности.
Дзынь! Хрусть!
— Ого... А ты мастер! Раньше уже работал где-то в других местах?
Наблюдая за Роханом, мастер участка не переставал восхищаться его сноровкой.
Его навыки были поистине незаурядными.
— Да так, набрался опыта тут и там.
— Ха-ха, значит, ты опытный работник, да ещё какой отличный!
Настоящая работа в каменоломне начиналась с того, чтобы обтесать камни до такого состояния, чтобы их можно было погрузить на телеги.
Слишком тяжелые глыбы всё равно невозможно сдвинуть.
Инструментом для этого служила лишь кирка, других приспособлений почти не было.
Поэтому требовались исключительно сила и техника опытного рабочего. В опасных каменоломнях умелые ветераны были на вес золота.
«Он непрост. Посмотрите на эти выверенные удары!»
Хрусть! Трессь!
Каждый раз, когда кирка опускалась, камень принимал нужную форму.
Это было под силу не просто крепкому человеку — тут требовались сноровка и мастерство.
Великолепно!
«Даже если придётся платить больше, я обязан его переманить!»
Дефицит кадров был в любой отрасли.
Глаза мастера участка азартно блеснули.
«...Тоска смертная. Почему-то я нравлюсь только мужикам».
Рабочий Рохан, обтёсывающий камень...
Нет, рыцарь, который на время сменил имя и стал каменотёсом, не мог скрыть своего недовольства.
Почувствовав за спиной чей-то пристальный взгляд, он обернулся и ощутил лишь печаль.
Какой-нибудь парень с копьём получает такие взгляды от прекрасных благородных леди, а мне достаётся вот это...
«Словно гнолл, чёрт возьми».
Его так и подмывало выругаться, но он молча продолжал сосредоточенно работать.
На лице у него была плотная маска, защищавшая от каменной пыли, и он без устали взмахивал киркой.
— Ух! Ух!
Дышать было тяжело.
Сама маска была изготовлена на заказ. Слова торговца-алхимика о том, что она задерживает 99.9% каменной пыли и мелких частиц, но в ней дьявольски трудно дышать, оказались чистой правдой.
Возможно, поэтому при интенсивных движениях выносливость расходовалась быстрее обычного.
Однако он был более чем доволен этой проклятой маской.
Ведь именно так было проще всего ощутить свой предел.
Дзынь! Дзынь!!
«Чертовски твёрдый!»
При попытке расколоть камень, который был гораздо прочнее остальных, отдача уходила прямо в руки.
Мастеру участка могло показаться, что он колет камни с лёгкостью, но это было совсем не так.
Работа киркой сама по себе выматывает, а чем твёрже порода, тем сильнее удары отзываются в теле.
В этом смысле его организм, выполнявший работу за пятерых, быстро достигал предела.
Боль пронзала истязаемые запястья и предплечья.
Это был сигнал о том, что травма может случиться в любой момент.
В обычное время он бы не придал значения такому сигналу, но сейчас он был крайне измотан, а сознание начинало мутиться.
Какой бы хорошей ни была регенерация, у всего есть предел.
«Всё-таки 18-часовые тренировки в день — это настоящая пытка».
Уже восемь дней он был полностью погружён в тренировки в таком бешеном темпе.
Два часа бега сразу после пробуждения.
Три часа подъёма по скалам с бревном на плечах.
Пять часов оттачивания техники владения оружием.
В перерывах он успевал поесть (более семи раз в день) и немного вздремнуть.
А всё оставшееся время он проводил здесь, в каменоломне.
Это было равносильно полному отсутствию отдыха. Его душевные и физические силы были на исходе.
Полагаться на врождённую способность тела к восстановлению можно день или два, но когда идёт восьмой день — вполне естественно, что ресурсы заканчиваются.
— ...
Дзынь! Бах!!
Однако он не останавливался.
Напротив, он бил по камню ещё яростнее, ещё сильнее, снова и снова сокрушая его!
Напряжение!
Он думал, что уже знает, как концентрировать силу, но чем больше он пробовал, тем острее становились новые чувства во всём теле.
Перенос и течение силы, концентрация и воплощение.
С каждым повторением это воплощение становилось глубже и насыщеннее.
Вероятно, это был метод тренировки, доступный только ему.
Только тому, кто в течение многих лет повторял этот процесс, обладая при этом особым телосложением.
И в какой-то момент...!
«Вижу».
Своё дно.
Рабочий Рохан — нет, рыцарь Ли Хан — сосредоточился.
Потому что сейчас, когда он увидел свой предел, наступил решающий момент.
Перепутье, на котором решается: ждёт его рост или регресс.
Вспышка!
«Пришло!»
Он осознал это инстинктивно.
То, чего он так ждал, и что иной воин счёл бы за великую удачу испытать хоть раз в жизни, явилось к нему...!
Состояние самозабвения.
Или же муа-джигён.
Состояние, вызванное насильно, путём доведения себя до крайнего предела.
Ли Хан забыл о собственном существовании, забыл о том, что его тело движется, и просто продолжал взмахивать киркой.
Теперь даже сам Ли Хан не знал результата.
Куда приведёт его это насильственно вызванное состояние транса.
Однако Ли Хан верил в себя.
Он верил в годы своих трудов, в свои усилия, в то, как он изнурял себя ради достижения поставленной цели.
Бум!
Дзынь!
Хрусть!
Повторяющиеся движения.
Нет, сейчас он даже забыл о движениях; его взгляд расфокусировался, и всё его существо было направлено лишь на созерцание собственного тела.
Внутри Ли Хана произошло крошечное, почти незаметное изменение.
У-у-у-ум!
Едва уловимая, нет, ничтожная перемена в течении энергии.
И она...
Вжик!!
— Привела к идеальному результату.
— ...А.
Когда расфокусированные зрачки снова пришли в норму, Ли Хан почувствовал, как у него на мгновение подогнулись ноги.
— Эй, дружище Рохан. Не переусердствуй, а то так и загнуться можно.
— ...Как долго я был в таком состоянии?
— А? Да и минуты не прошло.
— Минуту...
— С-слушай, у тебя точно всё в порядке? М-может, пойдёшь домой прямо сейчас?
— ...
Мастер участка места себе не находил, боясь, что его ценный «ас» подорвёт здоровье, а Ли Хан тем временем смотрел на результат своих трудов.
«...Значит, это стоило того, чтобы рискнуть».
Валун, по которому он ударил.
Он определенно был невероятно твёрдым, и до этого момента его можно было только раздробить.
Но сейчас.
— Ой? Что это с поверхностью камня?
— Дружище Рохан, как ты это сделал?
— ...Да так.
Кирка не разбила камень, а чисто расколола его на несколько частей, словно деревянное полено. Глядя на это, Ли Хан лишь пожал плечами.
— Как-то само собой получилось.
Ночь двенадцатого дня перед семестровой аттестацией.
Рыцарь завершил свою личную «прокачку» на случай непредвиденных обстоятельств.
http://tl.rulate.ru/book/175232/14950366
Готово:
