Если гены тролля наделили Ли Хана поразительной регенерацией и огромной физической силой, то гены гнолла дали ему нечто большее, чем просто человеческие чувства — «нюх» и «инстинкт».
Об инстинктах можно рассказывать долго, так что оставим это на потом, а вот нюх был самым что ни на есть настоящим обонянием.
И хотя его нос не дотягивал до уровня охотничьего пса, обоняние, в три раза превосходящее человеческое, даровало ему почти сверхъестественную способность.
А именно — умение запоминать людей исключительно по запаху.
Подобно собакам с плохим зрением, которые помнят запах своего хозяина и спустя годы радостно встречают его, Ли Хан, сам того не желая, научился узнавать людей не по лицам, а по их уникальному аромату.
«Привыкнув, я нашёл это весьма удобным».
— Я пойду первым.
— А плата?
— Как обычно, отправь в банк. О, и ты же знаешь, что будет, если решишь прикарманить часть?
— Не знаю насчёт остальных, Ли Хан, но твоё я трогать не стану — жизнь дороже. Наоборот, выписал вдвое больше. Только пообещай, что не уйдёшь на другую стройку!
— Знаю.
Бросив короткую фразу в ответ на слова прораба, Ли Хан зачерпнул ведро воды из колодца и окатил себя с головы до ног.
Смыв пот и пыль и вытершись полотенцем, он привёл себя в относительный порядок. Переодевшись в чистую одежду, он вышел на улицу...
— «Тот человек» ожидает вас.
— Ха-а...
Человек, выглядевший как опытный дворецкий, вежливо поклонился, приветствуя его. Глядя на него, Ли Хан невольно вздохнул.
Лицо было знакомым, и этот старик всегда вызывал у него чувство неловкости.
— И вам, уважаемый, не сидится на месте.
— Ха-ха, разве это труд? Что ж, прошу вас, пойдёмте.
— Фух...
Причин, по которым этот человек, дворецкий Альберт, был ему в тягость, имелось великое множество, но можно было выделить три основные. Во-первых, этот дворецкий был дворянином в титуле барона.
И не просто каким-то захудалым аристократом, а бароном из прославленного рода, верой и правдой служившего королевской семье. С этим человеком не смели вести себя дерзко даже те, чей титул был выше.
Хотя Ли Хан и плевать хотел на дворянскую спесь, иметь дело с такой крупной фигурой было обременительно.
Во-вторых, будучи столь высокопоставленным лицом, он ко всем — будь то простолюдин или нищий — относился с одинаковым почтением, был истинным джентльменом и даже содержал сиротский приют. Он был образцовым человеком.
Именно это и делало общение с ним трудным. Если бы он открыто провоцировал Ли Хана или смотрел на него свысока, тот мог бы просто его игнорировать. Но старик был настолько безупречен, что это становилось невозможным.
И, наконец, последняя.
Самая веская причина, по которой с этим человеком нельзя было вести себя бесцеремонно.
— Ого, а качество ваших мышц стало ещё лучше. Весьма отрадно видеть ваше постоянное развитие, хе-хе.
— А, ну да.
— Думаю, с такими данными вы когда-нибудь сможете задать жару Вальтару. Удачи вам.
— ......Ха-ха.
Дело в том, что этот господин был одним из трёх Пользователей ауры в королевстве.
К слову, Вальтар — это имя командира третьего рыцарского ордена и того самого человека, который втянул Ли Хана в армию.
«Этот старик тоже по-своему безумен».
Несомненно, он был человеком выдающихся качеств, но Ли Хан никак не мог понять, чего не хватает сверхчеловеку, раз он прозябает на должности дворецкого.
...Впрочем, если подумать, Вальтар тоже был странным: вместо поста главнокомандующего он застрял на должности командира третьего ордена, что по сути было почетной ссылкой.
Вспоминая биографию третьего Пользователя ауры, Ли Хан пришёл к выводу, что все они — сплошь чудаки.
Он старался не выдавать этих мыслей выражением лица, зная, что за одно неверное движение можно и схлопотать. Ему уже доводилось однажды схлестнуться с этим стариком.
«Жуткий тип».
В обычное время — истинный джентльмен, но стоило ему взять в руки оружие...!
— Ты опоздал.
......Ах.
Не успел он закончить мысль, как они оказались возле роскошной кареты, стоявшей в пустынном переулке.
— Вовсе нет. Мы задержались не намеренно.
— Твои речи всё так же гладки, Альберт. Наверняка вы либо сплетничали обо мне, либо просто болтали ни о чём.
— Ха-ха, какое прискорбное недопонимание. Вы слишком суровы, принцесса.
— Хм! Глупости.
Тон голоса на первый взгляд мог показаться высокомерным и агрессивным, однако в нём чувствовалось скрытое величие и властность, которые без преувеличения можно было назвать высшей степенью благородства.
Ощущая ауру знатности, исходящую от собеседницы, Ли Хан с недовольным видом посмотрел на Альберта.
Его взгляд так и спрашивал: «Мне обязательно лезть в эту карету?».
— Прошу, входите.
Вместо ответа Альберт учтиво открыл дверь и буквально втолкнул его внутрь.
...Жестокий человек.
Внутри кареты царила ослепительная роскошь: две служанки, обилие драгоценных камней и магических артефактов. Внешний вид был лишь верхушкой айсберга — интерьер поражал воображение.
Однако даже сияние камней меркло перед благородным величием женщины, скрытой под вуалью.
Ли Хан горько усмехнулся и склонил голову в просторном салоне кареты, где легко могли бы улечься пять взрослых мужчин.
— Давно не виделись.
— Хм, бессердечный ты человек. Как мог «друг» так долго не подавать о себе вестей?
— Жизнь была суматошной.
— Чепуха. Прими ты мою поддержку, и у тебя было бы полно свободного времени.
— Ха-ха.
— Опять пытаешься отшутиться.
Она использовала слово «друг» по отношению к Ли Хану.
Это слово казалось совершенно неуместным. Глядя на исходящее от неё величие, любой бы понял, что перед ним аристократка высшего круга, и было почти невозможно поверить, что она дружит с Ли Ханом, в котором не было ни капли изящества или незаурядности.
Но, как ни странно, Ли Хан и эта женщина действительно были друзьями.
...Если закрыть глаза на то, что разница в их статусе была подобна разнице в яркости между светлячком и солнцем.
— Наследная принцесса ведь тоже не бездельничала, верно? Так что мы квиты.
— Твой язык всё так же дерзок. Так и хочется его отрезать.
— Вы шутите.
— Я не шучу.
— ......Простите.
— Хм, твоя спина всё так же легко гнётся.
*Хлоп.*
Женщина — Айсис Ирейн де Пэндрагон, первая в очереди на престол королевской династии Пендрагон, — хлопнула веером по ладони и высокомерно хмыкнула.
Сквозь вуаль проглядывала её поразительная красота, в которую трудно было поверить, зная, что ей уже за сорок.
* * *
Наследная принцесса. Когда они встретились впервые, она была лишь принцессой, но всего за три года она сосредоточила в своих руках неоспоримую власть и официально стала преемницей королевской семьи.
Находились те, кто в силу своих патриархальных взглядов сомневался, может ли женщина стать королём, но эти люди, скорее всего, уже давно кормят рыб на дне реки или стали удобрением в земле.
Поистине пугающая женщина.
Сумев ещё в двадцать лет захватить часть рычагов власти и переманить на свою сторону даже Альберта, Пользователя ауры, она уже сейчас обладала статью и величием будущего монарха.
...Жизнь полна иронии: то, что Ли Хан стал другом такой грозной особы, было чистой случайностью.
— Ваше Высочество Наследная принцесса. По какому случаю вы почтили меня своим визитом...
— Довольно. Не называй меня этим приторным титулом, зови как обычно.
— Нет, ну всё-таки теперь наши положения изменились...
— Ты хочешь, чтобы Мы повторили дважды?
— Сестрица! Ваш названый брат приветствует вас!!
— Хо-хо, вот это мне уже по душе.
Айсис расплылась в улыбке, словно ей действительно польстило его шутовство, и на миг показалось, будто в карете расцвёл цветок.
Ей точно было за сорок, но её красота всё ещё ослепляла. Впрочем, ничего удивительного, ведь говорили, что члены королевского дома Пендрагон сохраняют молодость до ста лет.
При средней продолжительности жизни в сто пятьдесят.
«Говорили, что без стрессов и переутомления они могут дожить и до двухсот?»
...Хотя для королевской особы это вряд ли достижимо.
— Помни, Ли Хан. Ты — спаситель, сохранивший Нам жизнь. В награду ты получил честь стать Нашим братом, и ты должен считать это высшей милостью до конца своих дней.
— ...Сестрица, а вы совсем не изменились.
Три года назад, когда война только закончилась, Айсис, посетившая военный лагерь, чтобы подбодрить солдат, подверглась нападению ассасинов.
К счастью, нашелся отважный солдат, спасший её. Этого солдата звали Ли Хан, и именно тогда началась их связь.
...И не стоит строить лишних иллюзий. Никакой романтики в этом не было.
Напротив, будь там хоть капля романтики, всё было бы куда серьёзнее. Потому что...
— Хо-хо, всё же я стала куда мягче, чем раньше.
— А ребёнок хорошо растёт?
— Хочешь взглянуть?
— У-у?
— ......
— Он никак не желает от меня отрываться.
Она была замужней женщиной и, более того, матерью.
— ......
У Ли Хана отвисла челюсть.
Он знал, кто этот ребёнок. Он видел его издалека, когда тот был ещё новорождённым.
Поэтому Ли Хан позволил себе неслыханную дерзость:
— ...Се-сестрица, я знаю, что не должен такого говорить, но... вы что, с ума сошли?
Он укоризненно отчитал её, но Айсис лишь рассмеялась, находя его слова забавными. Её смех был звучным и открытым, ничуть не уступающим мужскому.
— Всё в порядке. Напротив, я беру его с собой именно потому, что доверяю своим людям.
— ...Временами вы бываете чересчур идеалистичны.
— Я знаю.
— У-у!
— Хо-хо, видишь? Он смеётся так смело. Впрочем, иного от Нашего дитя и ждать не стоит.
— Хм-м...
Не зря мой друг из прошлой жизни говорил, что у всех политиков в голове не хватает какого-то винтика.
Похоже, его слова были...
«Абсолютно верными».
Единственный сын Наследной принцессы Айсис и законный наследник королевского престола пускал слюни и весело лепетал, а у Ли Хана голова шла кругом.
Ему хотелось лишь одного — поскорее убраться отсюда.
...И осознание того, что это невозможно, печалило его ещё сильнее.
http://tl.rulate.ru/book/175232/14950232
Готово:
