В Палесе есть улица ведьм. Когда-то здесь проводились охоты на ведьм и сжигания на костре, и после того, как казалось, что все ведьмы Далкатира были казнены, дурная слава покинула это место. Люди покинули это страшное, грязное место с едким запахом.
Однако в переполненной столице жилого пространства было мало, и бедные художники с нищими поселились на улице ведьм. Они очистили улицу, и когда старая дурная слава забылась благодаря украшениям художников, люди снова потянулись сюда.
Они начали называть эту улицу, где погибли ведьмы, улицей ведьм, а некоторые даже коммерциализировали образ ведьмы. За несколько десятков лет восприятие ведьм изменилось, и теперь улица ведьм была самой яркой и безопасной в Палесе. Какая ирония.
Убить десятки, сотни невинных людей без всякой причины.
Но Ади нечего сказать.
Ведь Гримальди были в первых рядах тех, кто это делал.
Гримальди — это семья, возродившаяся на костях ведьм.
Она передает письмо в канцелярию. Неизвестно, проверят ли его во дворце или нет. Поскольку печать из воска поставлена небрежно, проверить будет нетрудно. Но поскольку она часто отправляет письма без содержания, подозрений это не вызовет.
Ади направилась в резиденцию герцога Юлса Вудпекера. До внутреннего дворца было довольно далеко, и она прибыла примерно в то время, которое назвал слуга.
— Ты пришла вовремя. Значит, хоть со временем у тебя всё в порядке.
Берт сказал это и добавил, что теперь он пойдет спать, и попросил её присмотреть за герцогом. Его рука, похлопывающая Ади по плечу со словами, что ничего не случится, была ощутимо тяжелой.
Юлс Вудпекер был одет удобнее, чем можно было ожидать. Ни роскошных украшений, ни драгоценностей — просто обычная одежда из хлопка. Взрослый фасон. Очевидно, она была сшита по его меркам. Одежда выглядела поношенной. Видимо, такое случалось часто.
— Пойдемте, ваша светлость.
Юлс Вудпекер не ответил. Но, исходя из предыдущего опыта, Ади поняла, что это молчание означает согласие.
Герцог отказался ехать в карете с гербом Палесского дворца. Ади тоже согласилась, что простая карета удобнее для передвижения.
Хотя карета и называлась простой, дворцовые кареты выглядели не хуже, чем у знати. И одежда Юлса, хоть и простая для его статуса, всё же указывала на то, что он принадлежит как минимум к низшей знати или джентри.
Видимо, кучеру уже сказали, куда ехать, потому что, как только герцог и Ади сели в карету, она тронулась.
Карета покинула Палесский дворец. Для Ади это было первое официальное выездное задание.
В открытое окно кареты врывался сухой ветер. Ещё недавно было холодно, и цвели магнолии, но теперь, не успев понять, когда они осыпались, даже розовые цветы исчезли, и улицы заполнились зеленой листвой.
Юлс посмотрел на Ади. Ади Гримальди иногда бросала на него взгляд, но в основном смотрела в окно. Рыцари всегда такие. Они осматриваются по сторонам, проверяя, не приближается ли кто-то чужой.
Он уже слышал от Берта, что она молчалива, но она была настолько тиха, что даже дыхания не было слышно. Почти незаметное присутствие Ади Гримальди очень нравилось Юлсу, всегда чуткому к окружающему.
Если закрыть глаза, можно подумать, что она одна в пространстве. От неё не пахло потом, как от других рыцарей, и не било в нос резким парфюмом.
— Адриан.
Юлс назвал её этим именем. Это имя звучало так непривычно, что Ади на мгновение замерла.
— Ты хорошо знаешь улицу ведьм?
— Нет.
— Я слышал, ты в Палесе уже несколько лет.
— Я не выходила за пределы Палесского дворца.
— Чтобы охранять, нужно хорошо знать округу.
— Меня перевели во Второй рыцарский орден не так давно.
— ...
Юлс сомкнул губы в ответ на слова Ади. Привыкший отдавать приказы, но не к светским беседам, он не знал, что сказать. В карете снова воцарилась тишина.
Вскоре Ади открыла рот:
— А.
— Так это и есть улица ведьм.
На её лице было выражение, будто она видит что-то незнакомое. В глазах Ади Гримальди, смотрящей в окно, появился блеск. Как будто она действительно никогда не была за пределами Палесского дворца.
— Да.
— На этой улице так много белых цветов.
— Скоро праздник. Будет Майский фестиваль.
— А, точно.
В это время рыцари тоже расслаблялись и часто гуляли всю ночь в выходные. У Ади не было компании, да и по характеру она не была склонна к прогулкам, поэтому обычно тренировалась и оставалась в казарме.
— Разве в Гримальди не бывает праздников?
— Бывают, но я никогда ими не интересовалась.
Мать на время праздников уезжала в южное поместье. В детстве она брала с собой Адриана, но когда его здоровье ухудшилось, они оставались в особняке.
Днём за Адрианом ухаживали слуги, но ночью к нему пробиралась Адрина. Завернувшись в мягкие одеяла, которых ей не доставалось, Адрина и Адриан вели разные разговоры. В основном пустые.
«Я обязательно вытащу тебя отсюда».
Так говорил Адриан. По его словам, Адрина выбралась из Гримальди. Но сам Адриан не смог. И Адрина, надевшая его маску, тоже не смогла полностью освободиться.
— Мы приехали.
Юлс Вудпекер произнёс это, и в тот же момент карета остановилась. Ади первая вышла из кареты. Поскольку карета была высокой для Вудпекера, она протянула руку, но он с недовольным лицом спустился сам.
— Вы точно сюда направлялись?
Ади спросила с недоумением. И не без причины — это место совсем не подходило герцогу Вудпекеру. Говорили, что на улице ведьм продают разные символические и необычные вещи.
«Гадалка...»
Хотя, если подумать, может, и подходит? Неужели герцог верит в такое? Ади не понимала, но судить было не ей.
Как бы то ни было, у герцога, видимо, здесь были дела, а поскольку гадания — дело частное, входить вместе с ним казалось нежелательным. Но как тогда охранять?
Ади посмотрела на меч у пояса герцога. Для неё он был слишком коротким, но для кинжала — чуть длинноватым. Сможет ли он защитить себя? Есть ли вероятность, что внутри кто-то ему угрожает?
— Вы часто бываете здесь?
— Приезжаю каждый год.
Значит, ничего особо опасного здесь нет. Возможно, герцог знает обстановку внутри лучше, чем она.
— Подожду снаружи?
Ади спросила. Юлс прищурился. Она, похоже, не была бестолковой. Если бы она настаивала на том, чтобы войти, он бы не смог говорить откровенно.
— Можешь спокойно ждать в карете.
Хотя он так сказал, рыцари обычно не слушаются и ждут снаружи. Если внутри раздастся какой-то звук, она сразу ворвётся. В этом не было необходимости, но... Юлс на мгновение положил руку на меч, затем убрал.
— Если я не вернусь через час, можешь зайти.
— Хорошо.
Ади ответила.
Пространство было непроглядно тёмным. В месте, куда не проникает ни один луч света, человеческому зрению трудно различать предметы или путь. Разве что зрению зверя. Но здесь находилась не человек, поэтому двигаться в такой темноте для него было легко.
Юлс Вудпекер тоже. У него не было глаз зверя. Просто он посещал это место десять лет, и за эти десять лет здесь ничего не изменилось.
Даже грязные тканевые украшения, странные шары и предметы на полу. Разве что паутина или положение насекомых — но они живые, так что иначе и быть не могло.
Она сказала Ади Гримальди зайти, если что-то случится, но ничего не случится. Ведь это пространство само не пустит того, кто ему не нужен.
Даже если что-то и произойдёт, после стольких лет она сможет убежать даже с закрытыми глазами. Юлс знал здешние пути лучше всего, кроме неё.
— И в этом году вы пришли.
Женщина заговорила. Десять лет не изменили не только место или расположение мебели. Юлс Вудпекер тоже не изменился ни на йоту с тех пор. Мальчик, который не вырос, смотрел на девочку, которая, как и он, не взрослела.
— Да, ты тоже не изменилась.
Женщина ярко улыбнулась. Это не вязалось с тёмным пространством.
— Ведьма.
Она была последней ведьмой в королевстве Далкатир.
http://tl.rulate.ru/book/175152/14832172
Готово:
