Глава 20. Магистр? Подумаешь, велик подвиг!
Если бы у Бай Е спросили, в чем заключается его главный талант, он бы не задумываясь ответил: в упрямстве.
У него была одна черта, определявшая всю его жизнь: если он за что-то брался, то либо не делал вовсе, либо доводил до совершенства. Неважно, касалось ли это учебы, чувств или видеоигр. Взять хотя бы League of Legends — он мог не заходить в неё неделями, но если садился играть, то выжимал из себя абсолютный максимум. Талант — это потолок, который нельзя прыгнуть, но он всегда стремился коснуться этого потолка головой.
Недавно, штурмуя основы ТКМ при помощи «Скорочтения», он проглотил более шестидесяти книг, так или иначе связанных с «Хуан-ди нэй цзин». И пусть многие из них были тонкими брошюрами с путаными комментариями, Бай Е умудрялся прочитывать по десять томов в день. Сколько отложилось в памяти — вопрос второй, но общее понимание структуры предмета выжглось у него на подкорке.
В этот раз подготовка была иной. Бай Е принял Среднюю капсулу памяти. В то же мгновение по телу разлилась приятная прохлада, сознание очистилось, а мысли стали острыми, как скальпель. И он начал «пожирать» страницы.
Книга за книгой. Бай Е не обращал внимания на ломоту в теле и наваливающуюся усталость. Не понимаешь — не беда, не можешь запомнить с ходу — не страшно. Он просто методично сканировал текст. Благодаря капсуле, даже при такой бешеной скорости, образы и факты наслаивались в мозгу, постепенно выстраиваясь в единую картину.
Одна, вторая, третья… К одиннадцати часам вечера за его плечами была уже дюжина увесистых фолиантов.
Его владение китайской фармакологией, и без того достигшее второго уровня, обретало небывалую глубину. Места произрастания трав, сезоны сбора, влияние лунных циклов — всё это больше не было набором слов.
Он вдруг осознал: фармакология — это не просто теоретический фундамент. Это живая клиническая дисциплина, экспериментальная наука. За каждым рецептом стояли столетия проб и ошибок, тысячи повторений, позволивших найти идеальную среду для выращивания, точный миг для сбора, верный способ обработки и нужную часть растения.
Возьмем, к примеру, обычную периллу. Удивительное растение! Её листья, стебли и семена — это три разных лекарства. Листья разгоняют холод и очищают разум, незаменимы при простуде. Стебли — перилла огородная — снимают боли в желудке и нормализуют энергию Ци. А семена — усмиряют одышку, выводят мокроту и лечат легкие.
Одно растение, но в зависимости от части и времени сбора — совершенно разный эффект.
Азарт познания захватил Бай Е с головой. Он напоминал самого себя в те дни, когда сутками не смыкал глаз, пробиваясь в ранг Мастера в игре. В нем проснулась та самая первобытная жилка — дух воина, который не умеет отступать.
В ту ночь он так и не вернулся в общежитие. Уснул прямо среди книжных завалов, а едва рассвело, снова принялся за дело, забыв о еде и воде.
Наступило 31 декабря — официальный выходной. Толстяк, разумеется, в больнице не появился, но Бай Е это не заботило. Он буквально поселился на 24-м этаже, превратив библиотеку в свой личный тренировочный лагерь.
Лишь 1 января, когда пришло время распределения по залам, он наконец покинул свою цитадель. Когда Ван Юфу увидел друга, он едва не выронил телефон: волосы Бай Е превратились в воронье гнездо, одежда измялась так, будто по ней проехался каток, лицо осунулось и приобрело нездоровый желтоватый оттенок, а под глазами залегли глубокие тени.
— Мать твое, Е-цзы! — выдохнул Толстяк. — Ты что с собой сотворил?
Бай Е лишь слабо улыбнулся и качнул головой:
— Пошли, накормишь меня чем-нибудь нормальным. Я сейчас умру с голоду.
Ван Юфу кивнул, заметив, что, несмотря на истощение, глаза друга лихорадочно блестели. «Безумец, — подумал он, — довел себя до ручки, а светится так, будто миллион выиграл».
А радоваться Бай Е было чему. Эффективность этих двух дней превзошла все ожидания.
Глядя на статус навыка в своей голове — [Китайская фармакология: уровень 3 (111/10 000)] — он понимал: каждая минута мучений стоила того.
Было лишь одно «но»: до завершения квеста «Чтение десяти тысяч томов» ему не хватило всего десяти книг. Если бы не экзамен, он бы ни за что не вышел, пока не закрыл бы эту сотню.
Впрочем, и достигнутого было предостаточно. Фармакология — уровень 3, основы теории ТКМ — уровень 3. Два профессиональных навыка! С таким багажом первый этап должен был стать для него легкой прогулкой.
Окрыленные, они направились в ресторанчик неподалеку от больницы. Заказали пять сытных мясных блюд. Бай Е набросился на еду с такой жадностью, что даже Толстяк на мгновение притих, пораженный его аппетитом.
— Слышь, ты, партизан, — прошамкал Ван Юфу, запихивая в рот кусок свинины. — Мог бы и меня позвать на свой ночной марафон. Я в общаге со скуки чуть не сдох.
Бай Е лишь закатил глаза, не отрываясь от тарелки.
— Кстати, — продолжил Толстяк, — говорят, в местных компьютерных клубах по ночам такие девчонки ошиваются… М-м-м… Не пробовал подкатить к кому-нибудь?
— У нас через пару часов экзамен, — отрезал Бай Е. — Дай мне поесть спокойно, я два дня крошки во рту не держал.
В этот момент мимо их столика прошли несколько молодых людей.
— Экзамен? — один из парней притормозил и с любопытством взглянул на них. — Вы про Конкурс фундаментальных знаний ТКМ? Тоже магистры из НИИ?
Застигнутые врасплох этим бесцеремонным вмешательством, Бай Е и Толстяк переглянулись.
— Нет, — буркнул Бай Е. — Мы здесь на практике. Студенты.
Компания из пяти человек — трое парней и две девушки — заняла соседний столик. Услышав слово «студенты», они обменялись снисходительными улыбками и потеряли к ребятам всякий интерес.
Заказав еду, они принялись негромко обсуждать свои дела:
— Слышали, статус у этого конкурса в этом году заоблачный? Если покажем результат, при поиске работы после выпуска двери сами открываться будут.
— Это точно, — отозвался другой парень. — Но народу там будет — тьма. Всякий сброд записывается, регистрация-то для всех открыта.
Тот самый парень, что заговорил с ними первым, усмехнулся:
— Тем и лучше. На фоне всяких недоучек из колледжей и обычных бакалавров наши знания будут сиять ярче. Нам же нужно на ком-то выезжать, вот они и послужат отличным фоном.
Одна из девушек кокетливо склонила голову к собеседнику:
— Мин-гэ, я помню, ты на вступительных по комплексному экзамену ТКМ 270 баллов набрал. Рекорд факультета был! Тебя тогда сам декан Сяо выделил. За два года магистратуры ты только прибавил, так что первое место в провинции у тебя в кармане.
Вторая подхватила:
— Да, декан Сяо на днях тебя в пример ставил. Сказал, что дипломная работа у тебя блестящая, а анализ данных проведен на профессиональном уровне. Сразу видно руку мастера!
Янь Мин — а это был именно он — слушал их с плохо скрываемым самодовольством. Конечно, оценки — это не всё, но они были неоспоримым доказательством его превосходства.
Толстяк, слушавший этот пафосный треп, скривился, как от зубной боли. «Ну магистры вы, ну крутые, нам-то зачем это в уши лить?» — подумал он и громко, на весь зал, произнес:
— Эх, Е-цзы, посмотрел я список участников от нашей больницы… Волосы дыбом! Сорок докторов наук, шестьдесят старших врачей… И это только в одном месте! А сколько таких по всей стране? Сколько в университетах? Против таких монстров не то что мы, бакалавры… магистры любые — просто пыль под ногами, массовка для битья!
Соседний столик мгновенно затих. Янь Мин помрачнел, его взгляд стал холодным.
— Магистры, может, и не боги, — процедил он, повернувшись к ребятам. — Но уж точно на голову, а то и на три, выше вас, студентов. Ваша планка в этом конкурсе — дно списка. И это не оскорбление, а суровая реальность.
http://tl.rulate.ru/book/175144/15062254
Готово:
