Глава 12: «Второе ученичество»
Лили чувствовала, как подгибаются колени под этим гнетом, и всей душой желала оказаться где угодно, только не здесь. Ей позарез требовалось оправдание, которое не выдало бы Аракила, но в голову не шло ничего, кроме нелепицы.
— Я… я хочу делать из него чернила! — Выпалила Лили. Это был выстрел наугад – крупица правды, призванная скрыть истинный ответ.
— Вот как? — Отозвалась Камилла, и ее глаза расширились от искреннего удивления. Вместо новых расспросов она умолкла, погрузившись в раздумья.
«Неужели поверила?» – с надеждой подумала Лили.
Ожидание казалось вечностью. Лили уже начала прикидывать варианты: сбежать? Сплести еще какую-нибудь ложь? К счастью, ни к чему из этого прибегать не пришлось – Камилла вдруг улыбнулась и тихо, мягко рассмеялась.
— Поразительно! — Провозгласила она.
Лили с трудом сглотнула, чувствуя, как в пересохшем горле словно насыпали песка, и переспросила:
— Поразительно?
— Да. По-настоящему поразительно, — повторила Камилла. — Сперва я заподозрила, что ты влипла в историю – ну, знаешь, будто какой-нибудь недоучка-волшебник тебя подкупил. Но подумать только, ты хотела делать чернила… Что ж, это в корне меняет дело.
— Правда? — Нервно уточнила Лили.
— Весьма. Мне нужно свериться со своими старыми книгами, но я смутно припоминаю, что растения, подобные сказочному мху, использовали для таких целей, — Камилла на мгновение задумалась и продолжила:
— На самом деле… кажется, я читала об этом в одном историческом трактате. Не думаю, что подобное практиковалось хотя бы последние сто лет.
— А почему? — Полюбопытствовала Лили и тут же осеклась, поняв, что проявила излишнее рвение. Она поспешно захлопнула рот, так что зубы лязгнули.
— Хорошо! Мне нравятся любознательные ученики, — похвалила Камилла, к немалому удивлению девочки. — Ответ прост: кровь! Зачем тратить столько сил на переработку растений ради сомнительного результата, когда продукт к тому же не будет привязан к владельцу?
— Простите… кажется, я не совсем понимаю, — перебила Лили. — Что значит «привязан»?
— Ох, неужели я ошиблась в своей теории? — Риторически спросила Камилла, постукивая пальцем по губе. — Я была уверена, что ты пытаешься изготовить глифовые чернила.
Лили сглотнула. И без того плачевное положение усугубило ее потрясенное лицо, выдавшее ее с головой.
Камилла улыбнулась:
— Значит, я все-таки была права.
— Э-э… ну… — замялась Лили, лихорадочно подыскивая оправдание.
— Да перестань ты так переживать, глупышка, не вижу я причин для страха, — отозвалась Камилла, погрозив пальцем. — По крайней мере, теперь я знаю, что твой интерес искренен, и понимаю, на чем нам стоит сосредоточиться.
— В-вы хотите сказать, что все равно будете меня учить? — Опешила Лили.
— Разумеется. Разве я говорила обратное? — Камилла выглядела озадаченной. — Прошу прощения, если невольно ввела тебя в заблуждение. У меня нет причин отказывать тому, кто доказал свое трудолюбие и жаждет знаний. Если, конечно, ты все еще хочешь работать на сумасшедшую старуху?
— Д-да! — Выпалила Лили, усиленно закивав, отчего ее уши заболтались из стороны в сторону.
— Вот и славно. Потому что мне и впрямь нужно переписать все ярлыки, а твой почерк меня очень впечатлил, — похвалила Камилла и, словно ее осенило, добавила:
— Полагаю, вот почему он у тебя такой аккуратный… Ты тренировалась писать глифы, пока работала переписчицей… Умно…
Лили не знала, подтвердить это или опровергнуть, а потому предпочла промолчать.
— Итак, я с радостью обучу тебя основам аптекарского дела, включая обработку ингредиентов, и даже пороюсь в своей библиотеке – вдруг найду какие заметки о глифовых чернилах. Но я не могу и не стану помогать тебе ни в каких делах, касающихся самих глифов.
— Это запрещено? — Спросила Лили.
— Боги, нет. Просто я в этом ничего не смыслю, да и интереса не питаю, — ответила Камилла. Прямота этого признания застала Лили врасплох.
— О.
— Мне никогда не нравилось работать с кровью. Я из-за этого чуть не провалила занятия, — Камилла усмехнулась собственным воспоминаниям. — Хотя должна сказать: при всем моем восхищении твоим энтузиазмом, я боюсь, не готовишь ли ты себе почву для разочарования. Глифовые чернила забросили не просто так.
— Потому что их нельзя привязать? — Спросила Лили и быстро добавила:
— Что бы это ни значило…
— Ах, да. Ты ведь спрашивала, а я в порыве чувств пропустила вопрос мимо ушей, — немного смущенно произнесла Камилла. — Это значит, что пользоваться ими может только тот, чья кровь была взята для основы. Если ты создаешь глиф из своей крови, только ты сможешь его активировать. Представь, что ты украла чужой меч, чтобы обернуть его против хозяина. А теперь представь тот же меч, но вынуть его из ножен под силу только владельцу.
Лили кивнула:
— Понимаю. С магией это было бы опасно.
— Именно. Но если и этого мало, кровь просто-напросто куда мощнее. Бьюсь об заклад, пара капель крови, подмешанных в обычные чернила, превзойдут по силе целый пук этой травы, — Камилла указала на сказочный мох.
— О… Но как же быть деми, у которых нет маны? — Спросила Лили.
— А что с ними? — Камилла почти пожала плечами. — У них сильные тела; зачем идти против естественного порядка вещей? Рыба не пытается летать. Даже если они не хотят сражаться, используя свою силу, у них полно других возможностей. Нет нужды так тщетно бороться. Для этого нужно быть по-настоящему отчаянным…
Пока Камилла говорила, Лили нахмурилась, выглядя совершенно удрученной. Чем дольше длилась эта тирада, тем сильнее сгущался мрак в ее душе. Лили не собиралась плакать, но слышать такое в лоб было настоящим ударом по самооценке.
К счастью, Камилла вовремя заметила реакцию девочки. Она кашлянула, прочистила горло и стала тщательнее подбирать слова.
— М-да… Прости за… многословие. Но если вкратце: у глифовых чернил есть свои пределы, в то время как кровь и лучше, и доступнее. Надеюсь, это отвечает на твой вопрос.
Лили кивнула.
«Все в порядке. Аракил обещал», – успокоила она себя.
— В любом случае, похоже, покупателей сегодня больше не будет. Так почему бы мне не закрыть лавку пораньше, не заварить нам чаю и не провести для тебя небольшой урок? — Предложила Камилла, чувствуя легкий укол совести.
Лили кивнула:
— Да, пожалуйста.
***
Несмотря на допрос в начале и суровую порцию реальности, остаток времени, проведенного с Камиллой, оказался на удивление приятным. Должно быть, лавка давала аптекарше доступ к каким-то изысканным сортам, потому что Лили никогда не пробовала такого ароматного и вкусного чая.
Урок коснулся лишь основ: в основном они обсуждали травы, принесенные Лили, и учились правильно их очищать для использования или хранения.
Затем последовал краткий рассказ о различных инструментах, таких как ступка и пестик, а также – к удивлению Лили – о разнообразных гирьках и весах. Камилла объяснила, что для достижения наилучшего результата требуются точные измерения, иначе получится низкосортный продукт или, что хуже всего, случится беда.
«Ну почему всё всегда сводится к математике?» – ворчала про себя Лили.
Самым интересным инструментом оказался небольшой зачарованный ящик, который Камилла использовала для быстрой сушки трав. Заметив восторг Лили, Камилла не удержалась от хвастовства.
— Купила его по наитию на замену старой коптильне и, честно говоря, с тех пор ни разу не пожалела! — Похвалилась она. — Уверена, если бы я до сих пор пользовалась той коптильней, давно бы сожгла лавку дотла; эта чертова штука была ходячей угрозой пожара!
К сожалению, у Лили не было маны, так что активировать зачарованный ящик самостоятельно она не могла, и ей пришлось довольствоваться наблюдением за демонстрацией Камиллы. Даже не имея возможности испытать это на себе, она была очарована зрелищем, хотя и немного расстроилась, что Камилла не смогла объяснить принцип работы устройства.
Хотя Лили с удовольствием обсудила бы превращение сказочного мха в чернила, Камилла честно предупредила, что ей нужно время на изучение своих книг и заметок, прежде чем предпринимать какие-либо попытки.
Сказочный мох было не так уж трудно купить, но Камилла все равно не хотела переводить его впустую, и Лили легко согласилась. В конце концов, ей еще нужно было раздобыть излишки для поглощения Аракилом.
Когда дело дошло до оплаты за корзину трав, Лили сперва попросила обменять всё на сказочный мох. Камилла отчасти согласилась, выдав ей несколько пучков, но настояла на том, чтобы часть была обменена на монеты.
— А если тебе понадобится что-то купить? Поверь мне, ты будешь рада, что у тебя есть сбережения, в которые можно запустить руку, — рассудила Камилла. — Как минимум, тебе наверняка придется покупать чернила.
Точно так же, когда зашла речь о жалованье Лили, Камилла настояла на денежной выплате.
— Я не собираюсь платить работнику травами; ко мне же налоговые инспекторы дверь выломают! — Возразила она. — Если тебе так невтерпеж, сможешь потом купить сказочный мох на свою зарплату. И сразу предупреждаю: будут вычеты за материалы, использованные на твоих уроках.
После некоторых убеждений это показалось Лили разумным. Камилла даже упомянула, что результаты ее трудов можно будет продавать в лавке, если они будут соответствовать стандартам. Это предложение ошеломило Лили и принесло ей столь необходимый заряд позитива.
Когда пришло время уходить, Лили робко попросила по пути домой заглянуть в лавку, чтобы купить чернил. Она ожидала, что ей, возможно, придется поумолять, но Камилла с радостью согласилась. В конце концов, она сама хотела, чтобы Лили осознала ценность денег.
Когда они дошли до ворот приюта, Лили поклонилась Камилле. Руки девочки сжимали корзинку, в которой теперь лежали две новые баночки с чернилами и сказочный мох – как свежий, так и сушеный.
— Огромное вам спасибо, мисс Камилла! — С воодушевлением произнесла Лили.
— Не за что, дорогая, — ласково ответила Камилла. — А теперь беги, пока не опоздала к ужину, и не засиживайся допоздна! Завтра на уроках мне нужна свежая голова.
— Хорошо, до свидания! — Ответила Лили, помахав рукой.
Камилла помахала в ответ и медленно зашагала к своему дому, тихо посмеиваясь над странным поворотом событий.
***
[Похоже, это была весьма удачная встреча, учитывая все обстоятельства.]
— Да, должно быть, сегодня мой счастливый день, — довольно ответила Лили.
Аракил хотел было фыркнуть – как самопровозглашенный враг удачи, – но сдержался.
Лили потратила немало времени, пересказывая события дня и то, о чем ей удалось договориться. Честно говоря, всё сложилось куда лучше, чем он мог вообразить. Хотя разоблачение глифовых чернил его не удивило, сам факт того, что их забросили, стал неожиданностью.
«Неужели никто больше не борется с судьбой? Будь я даосом, я бы кровью зафонтанировал от такого», – горько подумал Аракил.
«И все же, этот поворот событий крайне любопытен. Быть может, у Лили хорошее сродство с удачей? Какая ирония судьбы: мой ученик благословлен фортуной. Суеверные люди говорят, что кролики приносят удачу… или это касалось только их лапок?»
Аракил удивился, когда Лили принесла и свежий, и сушеный сказочный мох, и похвалил ее за сообразительность. Разница, к счастью, была ничтожной, поэтому он велел ей в будущем отдавать приоритет сушке – на случай, если из-за порчи потеря маны окажется куда значительнее.
«Терпеть не могу это название – сказочный мох, – мысленно сплюнул он. – …С какой стати называть хоть что-то полезное в честь этих проклятых фей?»
И хотя он желал получить столько мха, сколько могло влезть между его страниц, он также согласился с решением Камиллы вести дела при помощи денег. В конце концов, они могли перерасти полезность этого растения, а запас средств всегда практичен.
«Скучаю по своим пространственным карманам. Хочется верить, что они уцелели за столько времени, но реальность, скорее всего, безрадостна».
— Как думаешь, мисс Камилла сказала правду о глифовых чернилах? — Спросила Лили.
[Да. Однако я бы предположил, что она может быть просто дезинформирована. Не имея образца под рукой, определить невозможно. Быть может, они напутали с формулой? Или их инскрипции были халтурными? Есть несколько причин, объясняющих, почему они выбрали путь наименьшего сопротивления.]
— Понимаю… Я рада, — сказала Лили. Ее решимость заметно окрепла.
[Впрочем, даже в худшем случае, если чернила окажутся негодными, я всегда рассматривал их как временное решение. Хотя знание глифов и инскрипций навсегда останется ценным, наша истинная цель – даровать ману тебе.]
— Да! — Отозвалась Лили, и в ее голосе зазвучала явная радость.
Аракил в очередной раз порадовался тому, как легко, оказывается, поднять девочке настроение обещаниями магии.
Выдержав небольшую паузу, Лили задала вопрос, который не давал ей покоя:
— Ты упоминаешь инскрипции, но Роуз и мисс Камилла говорили о глифах. В чем разница?
[Рад, что ты спросила! Хотя люди часто путают эти понятия, на деле совокупность глифов называется инскрипцией. Та инскрипция щита, которую я тебе дал, на самом деле состоит из трех глифов.]
— Правда? А я думала, ты сказал, что это базовое заклинание щита? — Подозрительно спросила Лили. — Три глифа как-то не очень похожи на «базовое»…
[Первый глиф управляет защитным щитом, он основной. Второй глиф отражает удар, что полезно для перенаправления взрывной силы или контратаки противника в ближнем бою. Третий глиф скрывает барьер, чтобы застать нападающего врасплох. Просто и базово, не так ли?]
Аракил с некоторой гордостью защищал свой труд, надеясь развеять любые сомнения Лили. В конце концов, это была довольно прямолинейная инскрипция с тем, что он считал необходимым минимумом.
Лили ответила не сразу, видимо, переваривая урок. Однако, когда она наконец заговорила, он не знал, обижаться ему или гордиться.
— Значит ли это, что было бы дешевле и проще, если бы я использовала только первый глиф?
http://tl.rulate.ru/book/175140/14824653
Готово:
