Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 63. Могут ли три тысячи императорских изделий столкнуться в одной печи?

Глава 63. Могут ли три тысячи императорских изделий столкнуться в одной печи?

— Ну да, — Нин Фань подтвердил догадку коротким, но уверенным кивком.

Скрывать правду не было никакого смысла. Рано или поздно тайна всё равно бы выплыла наружу. Но стоило этим словам прозвучать, как лица зрителей в чате мгновенно преобразились. Если к словам Городского хранителя древностей они ещё относились с некоторой долей скепсиса, то вердикт Мастера Нина не вызывал и тени сомнения. Его авторитет в глазах аудитории был непоколебим.

«Неужели это и впрямь та самая курильница Сюаньдэ?» — пронеслось в мыслях у тысяч людей, прильнувших к экранам. А если так, то какова её истинная цена? Один лишь этот вопрос заставлял сердца биться чаще.

— Что ж, — Нин Фань сделал небольшую паузу, словно давая зрителям прочувствовать момент. — Минимальная планка — одна «маленькая цель».

В чате воцарилась оглушительная тишина. Зрители знали, что вещь стоит дорого, но чтобы настолько?! Сто миллионов! 100 000 000 юаней — эта цифра не просто кружила голову, она выбивала почву из-под ног. Глядя на старую бронзу в руках монаха, люди невольно сглатывали слюну. Стоило продать такую вещицу, и можно было забыть о нужде до конца своих дней. Финансовая свобода, о которой мечтал каждый, сейчас буквально тускло поблескивала на экране смартфона.

Хэнъюань-хэшан, услышав оценку, расплылся в такой широкой улыбке, что его лицо стало похоже на спелый арбуз.

— Благодать, истинная благодать! — запричитал он, торопливо перебирая чётки. — Изначально грешный монах лишь мечтал подлатать крышу нашего скромного храма, но теперь... Теперь я вижу, что у нас хватит средств даже на золотое изваяние самого Будды! Омитофо!

Глядя на его одухотворённое, сияющее счастьем лицо, многие зрители на мгновение поверили, что перед ними и впрямь святой человек. Чтобы услышать о девятизначной сумме и не дрогнуть, продолжая думать лишь о благе обители? Такой преданности делу позавидовали бы многие настоящие монахи. Чат взорвался шутками и предложениями.

— Мастер Хэнъюань, после такого грех не принять постриг по-настоящему! — написал один из пользователей.

— А что, место намоленное, фэншуй отличный, — подхватил другой. — Стройте храм прямо здесь, а эту вещь сделайте главной святыней. Назовите его «Храм Благовонной Курильницы»!

— «Храм Курильницы»? Ну и название! — тут же посыпались насмешки. — Ты бы ещё «Монастырь Медного Горшка» предложил. Назовите «Храм Плывущих Облаков» или «Обитель Драконьих Усов», звучит куда солиднее!

Пока толпа упражнялась в остроумии, Плейбой из Тяньду, прищурившись, отправил в чат сообщение, полное сомнений: «Мастер Нин, позвольте вопрос. Вы уверены, что эта вещь — подлинник эпохи Сюаньдэ, а не более поздняя искусная имитация?»

Зрители притихли. Что он имеет в виду? Неужели он сомневается в словах Нин Фаня? Плейбой тем временем продолжал: «Изделия Сюаньдэ всегда ценились на вес золота, и из-за их редкости в последующие века появилось бесчисленное множество подделок. Помимо грубых кустарных поделок, существовали так называемые «казённые подражания». В эпохи Мин и Цин дворцовые мастерские выпускали копии, которые по качеству порой превосходили оригиналы. Порой даже маститые эксперты не могут отличить их, не то что простые любители!»

Он сделал паузу, а затем добавил: «Я слышал историю об одном профессоре археологии из Пекинского университета. Он приобрёл курильницу Сюаньдэ и считал её жемчужиной своей коллекции на протяжении десяти лет. И только случайно, увидев абсолютно идентичный экземпляр у другого коллекционера, он понял, что его вещь — всего лишь великолепная дворцовая копия. Они были похожи как две капли воды, и лишь незначительная разница в весе выдала правду. Мастер Нин, я не пытаюсь оспорить ваш дар, но не слишком ли вы категоричны? Если на таком уровне произойдёт ошибка, репутацию будет сложно восстановить. К тому же я заметил, что на этой курильнице нет клейма. Это наводит на определённые мысли».

Зрители начали осознавать глубину проблемы. В мире антиквариата репутация — это хрупкое стекло. Один неверный шаг, и ты из великого мастера превращаешься в рядового оценщика из ломбарда.

Нин Фань, прочитав сообщение, лишь спокойно кивнул, ничуть не задетый скепсисом.

— Друг мой, ты совершенно прав в своих опасениях, — начал он, и его голос звучал ровно и уверенно. — Курильницы Сюаньдэ — вещи невероятно дорогие, и их главный бич — засилье подделок. Найти подлинник на уличном лотке почти невозможно, да и крупные аукционы не всегда могут гарантировать чистоту лота. Что же касается той истории с двумя одинаковыми сосудами... Причина разоблачения была проста — они «столкнулись в печи».

— Столкнулись в печи? — это выражение было незнакомо большинству зрителей.

— Видите ли, — Нин Фань подался вперёд, — я уже упоминал, что формы для курильниц Сюаньдэ создавались по образцу древних ритуальных треножников и знаменитых изделий императорских печей. У императора Чжу Чжаньцзи было одно непреклонное требование: каждое изделие должно быть уникальным. «Одна плавка — одна форма», и никаких повторений. Поэтому самый простой способ разоблачить подделку — это найти вторую такую же. Если они идентичны, значит, как минимум одна из них — ложь.

Он замолчал, глядя на экран, где Хэнъюань бережно прижимал к груди артефакт.

— Что же касается этой конкретной вещи... — продолжил Нин Фань. — Возраст не вызывает сомнений, это действительно эпоха Сюаньдэ. Посмотрите на оттенок: этот золотистый отлив в глубине металла говорит о том, что перед нами сплав меди с золотом. Она гораздо тяжелее обычной бронзы того же объёма. А что касается клейма... Наш друг Плейбой из Тяньду очень наблюдателен. Клеймо на этой курильнице действительно отсутствует, потому что его намеренно стёрли. И причина этого вас наверняка удивит.

— Просветите нас! — в один голос взмолились зрители, сгорая от любопытства.

Кому в здравом уме могло прийти в голову уничтожать императорское клеймо? Ведь без него цена предмета падает в разы!

— Была лишь одна категория людей, способных на такое, — Нин Фань сделал паузу, и в его глазах блеснул холодный огонек. — Евнухи.

Чат на мгновение замер, а затем взорвался градом вопросов.

— Опять?! Мастер Нин, признайтесь, почему вам так «везёт» на вещи кастратов? — с юмором спросил один из постоянных зрителей. — Сначала Нож Очищения Плоти, потом нефритовое кольцо, теперь вот курильница... У вас с ними какие-то личные счеты? Это же просто невежливо!

По виртуальной комнате прокатилась волна смеха. Действительно, казалось, что история каждого артефакта в руках Нин Фаня так или иначе вела в тёмные коридоры императорского гарема.

— Друзья, «евнухи губят страну» — это не моя выдумка, а вердикт истории, — невозмутимо ответил Нин Фань. — И с точки зрения фактов, в этом есть доля истины. К примеру, этот предмет. Его вынесли из дворца тайком. Чтобы вещь было легче сбыть перекупщикам и не быть пойманным с поличным, клеймо «Сделано в годы Сюаньдэ» безжалостно сошлифовали.

— Но как это доказать? — недоверчиво спросил кто-то из толпы.

— Проще простого, — Нин Фань жестом велел монаху перевернуть сосуд дном к камере. — Видите?

— Кроме следов шлифовки и каких-то крошечных белых вкраплений, ничего не вижу, — честно признался один из пользователей.

Плейбой из Тяньду и Городской хранитель древностей тоже отрицательно покачали головами — для них дно курильницы выглядело обычным старым металлом.

— Это частицы белого мрамора, — произнес Нин Фань, и в его голосе прозвучала торжествующая нотка. — Ханбайюй.

Зрители окончательно запутались. При чём здесь мрамор, если речь идёт о бронзовом сосуде?

— Полы и лестницы Запретного города вымощены белым мрамором. Это самый доступный материал во дворце, — пояснил Мастер Нин. — У евнухов, решивших украсть сокровище, не было под рукой наждака или напильников. Чтобы стереть клеймо быстро и незаметно, они использовали углы мраморных ступеней. При долгой и интенсивной шлифовке мельчайшая мраморная пыль буквально впрессовывалась в пористую структуру нагретой трением меди. Эти белые точки — и есть застывшая пыль императорских ступеней.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Вся логика повествования мгновенно сошлась в одной точке, оставляя зрителей в немом восторге.

http://tl.rulate.ru/book/175133/14999161