Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 64. Мастер, я чувствую, что сегодня мы связаны судьбой

Глава 64. Мастер, я чувствую, что сегодня мы связаны судьбой

— А почему бы и нет? — Нин Фань чуть приподнял бровь, глядя в камеру. — В недрах дворца никогда не было в свободном доступе инструментов, которыми можно было бы обрабатывать металл. Если евнуху удавалось наложить руку на заветную курильницу Сюаньдэ, ему нужно было действовать стремительно: подготовить вещь к выносу так, чтобы в случае обыска её нельзя было мгновенно идентифицировать как императорскую собственность. Иногда над одним сосудом трудились втроём, сменяя друг друга. Шлифовали днём и ночью, стирая металл о мрамор до кровавых мозолей. Вы думаете, люди добровольно ложились под Нож Очищения Плоти просто так? Нет, они шли на это ради призрачного шанса однажды запустить руку в сокровищницу Сына Неба.

Слова Мастера заставили аудиторию содрогнуться. Картина того, как в полумраке дворцовых коридоров тени в шелках исступленно трут бронзу о ступени, была почти осязаемой.

— Значит, те вещи, что приходят к нам из дворца... — начал было один из зрителей.

— Пятьдесят на пятьдесят, — перебил его Нин Фань, понимая вопрос с полуслова. — С глубокой древности дворцовое имущество утекало наружу. Даже самые могущественные правители были бессильны против этой тихой лавины. Невозможно уследить за каждой мелочью в бесконечных залах. Пока власть крепка, хищения сдерживаются страхом казни, но стоит империи покачнуться, как начинается настоящий пир стервятников.

Он сделал глоток чая и продолжил, погружая слушателей в историю:

— Вспомните конец династии Мин. Когда император Чунчжэнь свёл счёты с жизнью на Угольной горе, Запретный город превратился в проходной двор. Свидетели тех лет описывали жуткую картину: первые вошедшие в покои люди увидели лишь голые стены и тяжелую мебель, которую невозможно было сдвинуть с места. Золото, драгоценные камни, уникальные свитки — всё, что можно было унести в руках или спрятать за пазухой, исчезло бесследно вместе с толпами бежавших слуг.

— Или возьмите более близкий к нам пример — закат династии Цин, — Нин Фань сощурился. — Перед тем как Пу И окончательно покинул дворец, он решил провести ревизию имущества. И что же произошло? Внезапно вспыхнул пожар в павильоне, где хранилось больше всего ценностей. Пламя сожрало двенадцать зданий. Согласно уцелевшим записям, в огне погибло 2 665 золотых статуй Будды, 1 157 произведений живописи и каллиграфии, 435 уникальных антикварных изделий и десятки тысяч томов редчайших книг. Но сколько из этого сгорело на самом деле, а сколько было украдено и подменено мусором ещё до первого луча пожара? Этого не знает никто.

Чат молчал, завороженный масштабами утраченного наследия. Нин Фань добавил финальный штрих:

— Есть любопытные данные для сравнения. Когда Пу И изгнали из дворца, некие предприимчивые люди начали скупать антиквариат в окрестных сыхэюанях — традиционных двориках вокруг Запретного города. Всего за три дня они собрали столько предметов, что ими доверху заполнили три огромных музея! Бронза эпох Шан и Чжоу, яшма времен Сражающихся царств, буддийские святыни Тан, фарфор Сунь и Юань — сокровища лежали грудами. И всё это вынесли обычные дворцовые слуги.

Зрители слушали эту историческую справку, и происходящее казалось им сюрреалистичным. Наконец, кто-то задал резонный вопрос: «Мастер Нин, но ведь охрана дворца была легендарной! Как они могли это допустить?»

Нин Фань лишь снисходительно усмехнулся.

— Друзья, поменьше смотрите современные сериалы. Если люди умудрились вынести по частям три музея, то что им стоило припрятать под одеждой одну медную курильницу? Когда на горизонте маячит нажива, человеческая хитрость не знает преград. «Если разум не сбился с пути, способ всегда найдётся», — как говорят в народе.

В этот момент экран чата заполнился каскадом дорогих подарков и уведомлений о донатах. Зрители были в восторге.

— Золотые слова! — гласило одно из сообщений. — Деньги — лучший мотиватор! Даже монах вон из кожи вон лезет, чтобы на храм собрать, а вы всё ленитесь.

Упоминание монаха заставило всех вспомнить о главном герое стрима. Взгляды вновь обратились к Хэнъюаню, который всё это время стоял с благостным видом, хотя в его глазах нет-нет да и промелькивал жадный блеск.

— Хэнъюань-хэшан, — обратился кто-то из зрителей, — раз уж сам Мастер Нин подтвердил подлинность, сколько вы хотите за это сокровище? Даже без клейма такая вещь должна стоить миллионов двадцать?

— Какие двадцать! — тут же возразил другой. — Тут одни «драконьи усы» и работа мастера стоят тридцатки минимум. Налетайте, пока не поздно!

Монах смиренно сложил ладони и слегка поклонился камере.

— Благодарю Мастера Нина за помощь в опознании этой реликвии, — кротко проговорил он. — Однако это не просто вещь, это дар небес, святыня. Здесь нельзя говорить о «цене» в вульгарном понимании. Здесь уместно лишь слово «связь». Пожалуй, мне пора. Пойду искать истинных приверженцев веры, среди которых найдётся тот самый благодетель, чьё сердце откликнется на зов этого артефакта. И когда храм будет восстановлен, а лик Будды вновь засияет золотом, я обещаю вознести молитвы и установить поминальную табличку во здравие Мастера Нина. Омитофо!

С этими словами он потянулся к кнопке отключения связи. Но Нин Фань, чья улыбка стала пугающе вежливой, произнёс:

— Мастер, не стоит так спешить. Я уже позаботился о том, чтобы ваша «связь» обрела плоть и кровь. Те, кому суждено с вами встретиться, уже на пороге. Уверен, их предложение вас более чем удовлетворит!

Лицо Хэнъюаня мгновенно побледнело, а рука замерла в воздухе.

— О... Мастер Нин, не стоило так утруждаться... Грешный монах сам как-нибудь... Насильственная связь — это не к добру, Будда может прогневаться! Время поджимает, я, пожалуй, пойду...

— Слишком поздно, — отрезал Нин Фань.

Не успел лже-монах закрыть окно трансляции, как на заднем плане с грохотом распахнулась дверь. В кадр вошли несколько человек в строгой темно-синей форме с фуражками.

— День добрый, «мастер»! — раздался бодрый голос одного из вошедших. — Какое совпадение! Мы как раз получили сигнал и поспешили на встречу. Слышим, вы ищете того, с кем у вас есть кармическая связь? Так вот же мы! Согласно закону об охране культурного наследия, у вас с нашим следственным изолятором намечается очень тесная связь. Минимум на три года.

Зрители в чате буквально зашлись в истерическом смехе. «Связь на три года» — это было лучшее завершение стрима, которое только можно было представить.

— Постойте, господа офицеры! — заверещал Хэнъюань, теряя всю свою напускную святость. — Это ошибка! Это всё дхарма! Это дела духовные, а не уголовные! Вы всё не так поняли!

Один из инспекторов крепко взял его под локоть:

— Ошибка это или нет, разберемся в отделении. Но сегодня у вас с законом — свидание, от которого нельзя отказаться. Пошли!

Когда конвоиры увели незадачливого афериста, чат взорвался вопросами. Все хотели знать, как Мастер Нин раскусил этот спектакль.

— Мастер, ну как?! — не унимались люди. — Как вы поняли, что он мошенник?

Нин Фань откинулся на спинку кресла, не спеша объяснять очевидное.

— Друзья, — начал он, — помните, я упоминал про «Осу, Коноплю, Ласточку и Воробья»? Перед вами был классический представитель касты «Конопли».

http://tl.rulate.ru/book/175133/14999165