Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 32. Не узнать стражей гробницы Чжаолин?

Глава 32. Не узнать стражей гробницы Чжаолин?

— Неплохо прогулялись?! — лица зрителей по ту сторону экранов буквально позеленели от возмущения.

И это он называет «неплохо»?!

Погребальное одеяние из белоснежной лисьей шкуры, которое так и не успела надеть императрица Ваньжун! Магический артефакт в виде лап Петуха Яростного Взора! Чаша Цзянь с узором масляных капель, сохранившаяся со времен династии Сун! Да еще и эта жутковатая парочка непонятных керамических статуй — даже если это чья-то больная фантазия, то фантазия, рожденная во времена династии Мин, а значит, тянущая на несколько десятков тысяч юаней!

Если всё это великолепие — просто «неплохо», то что же тогда, во имя всего святого, в словаре Мастера Нина означает слово «хорошо»? Случайная покупка в подворотне артефакта, способного изменить судьбу целой нации?!

Нин Фань, не обращая внимания на праведный гнев чата, лениво крутил в руках драгоценную чашу Цзянь, любуясь, как блики света играют на маслянистых узорах.

— Ну же, друзья, — его губы тронула лукавая улыбка. — Попробуйте угадать, какая из этих вещей обладает наибольшей ценностью?

Ответы посыпались с такой скоростью, что слились в сплошной размытый поток текста.

«Что тут думать?! Ежу понятно, что это сунская чаша Цзянь!»

«У тебя в руках сейчас сосредоточено богатство размером в 300 000 000 монет, и ты еще спрашиваешь, что здесь самое дорогое? Ты издеваешься?!»

— А на втором месте? — невозмутимо продолжил допрос юноша.

«Наверное, лисья шуба императрицы?»

«Не-а, я ставлю на эти жуткие куриные лапы. Вы же слышали, что сказал Мастер Нин: пока не предложат достойную цену, он их ни за что не продаст!»

«Поддерживаю! Ставлю сотку на куриные лапы! Желудок не обманешь».

— Значит, ни одному из вас даже в голову не пришла мысль о керамических фигурках? — Нин Фань откровенно рассмеялся, обнажив ровные белые зубы.

Чат взорвался дружным, искренним хохотом.

«Мастер Нин, ну вы и шутник!»

«Во-во! Нашли о чем спрашивать!»

«Да какая там может быть ценность у этих уродцев? Я вообще подозреваю, что вы их купили исключительно для того, чтобы карму перед открытием саггара почистить!»

«Ага, прямо как в гаче! Сначала открываешь мусорный сундук, чтобы слить неудачу, а потом уже крутишь золотой!»

«В точку! Прямо с языка снял!»

Видя железобетонную уверенность своей аудитории, Нин Фань лишь шире улыбнулся. Его глаза хитро прищурились.

— Эх, друзья мои, — с притворной печалью вздохнул он. — Вы только что упустили из виду настоящее сокровище! Перед вами подлинные стражи гробницы прямиком из усыпальницы Чжаолин времен династии Тан! А вы даже глазом не моргнули!

— Какая-какая гробница?! — сообщения в чате сбились в кучу.

«Стражи гробницы? Что это вообще за звери такие?»

«Постойте, разве эти каменные стражи не должны быть размером со слона? С чего бы им быть такими крошечными?» — подал голос один из зрителей, который хоть краем уха слышал о древних традициях захоронений.

Нин Фань, насладившись всеобщим замешательством, перешел в режим лектора. Его голос зазвучал размеренно и авторитетно.

— Видите ли, друзья, стражи гробницы, или чжэньмушоу — это классический пример «минчи», то есть погребального инвентаря. Древние люди свято верили, что в загробном мире полно бродячих духов и злобных демонов, жаждущих растерзать беззащитную душу покойного. Чтобы отпугнуть эту нечисть и обеспечить умершему спокойную вечность, в гробницу помещали этих жутковатых стражей.

— Первые упоминания о подобных существах встречаются еще в «Чжоуских ритуалах». Там описывается божественный зверь по имени Фансянши, способный изгонять демонов. Именно его образ и лег в основу первых стражей гробниц. Согласно текстам, этот дух имел четыре золотых глаза, носил медвежью шкуру поверх красно-черных одеяний и скакал на коне, размахивая копьем. Однако с течением времени мастера всё больше отходили от канона, и формы стражей становились всё более причудливыми.

— Они приобретали абстрактные, непостижимые уму очертания. Их создавали максимально пугающими, гротескными, наделяя мощным мистическим подтекстом и густым налетом шаманской магии. Изначально эта культура процветала лишь в землях царства Чу в эпоху Сражающихся Царств. Жители тех мест, в силу географии и менталитета, были очень суеверны и свято верили во всевозможные мифы. Вот почему подавляющее большинство дошедших до нас древних стражей было найдено в провинции Хубэй. Если заглянете в тамошний музей, то обомлеете от того, какими безумными они бывают. Но те два экземпляра, что стоят передо мной… скажем так, они наименее похожи на классических чжэньмушоу.

С этими словами Нин Фань быстро нашел в сети несколько фотографий музейных стражей гробниц и вывел их на экран.

Стоило зрителям взглянуть на эти шедевры древнего зодчества, как многие просто сползли под столы от неконтролируемого приступа смеха. Если бы Нин Фань не сказал, что это древние артефакты, они бы решили, что это результаты арт-терапии в психиатрической клинике. Это было настолько уродливо, что даже прекрасно!

Некоторые фигуры еще отдаленно напоминали животных, но большинство выглядело так, словно ребенок с завязанными глазами лепил монстров из пластилина. Огромные уши-локаторы, приплюснутые носы картошкой, бездонные пасти, усеянные кривыми клыками… один страж выглядел как жертва генетического эксперимента по скрещиванию летучей мыши с табуреткой. Другой, чьим прародителем явно должна была стать крыса, почему-то щерился плоской кошачьей мордой. Но венцом этой кунсткамеры был страж-собака: мало того, что ему приделали крылья и увенчали мощные лапы бритвенно-острыми когтями, так еще и присобачили человеческую голову с вытянутым птичьим клювом! На фоне этого уродца померкли бы даже мумии фараонов.

Это был не просто плохой вкус — это был концептуальный, возведенный в абсолют стиль уродства!

— Друзья, я бы на вашем месте не смеялся, — осадил веселящуюся толпу Нин Фань. — Любая из этих жутковатых фигурок, если выставить ее на аукцион, уйдет за несколько десятков миллионов. А за некоторые особо редкие экземпляры коллекционеры готовы выложить и все сотни миллионов!

Услышав про миллионы, чат поперхнулся собственным смехом. Веселье сменилось горькими слезами и экзистенциальной тоской. Это было слишком больно. Они-то думали, что этот неказистый хлам стоит от силы пару сотен тысяч, но узнать, что это может стоить сотни миллионов?! Да какой сумасшедший богач в здравом уме отдаст гору золота за это пугало?!

Тут одного из зрителей осенила поистине гениальная мысль.

«Мастер Нин! Эпоха Сражающихся Царств была всего-то чуть больше двух тысяч лет назад! Если этот мусор стоит таких бешеных денег, то что, если я прямо сейчас налеплю из глины десяток-другой таких же уродцев и закопаю у себя на заднем дворе? А когда мой прапрапрапраправнук их откопает, они же станут древними артефактами! Себестоимость копеечная, даже если я сам буду их лепить — ну потрачу я на глину пару десятков юаней. Зато потом мои потомки смогут продавать их за сотни миллионов! Это же гениально!»

Чат на мгновение замер, переваривая услышанное, а затем взорвался шквалом лайков и одобрительных комментариев.

«Мужик, да ты просто гений!»

«Вот это я понимаю — игра в долгую! Мыслишь веками!»

«Если эта схема рабочая, то безбедное будущее нашему роду обеспечено!»

Нин Фань, читая этот фонтан энтузиазма, лишь сокрушенно покачал головой.

— Ну и фантазия у вас, друзья, — вздохнул он. — Вы хоть на секунду задумывались о том, что делает вещь ценной? В большинство древних артефактов вложены подлинные эмоции и идеи людей той эпохи. В худшем случае они представляют собой огромную культурную или историческую ценность. А какая разница между той болванкой, что слепите вы, и ширпотребом из печей Цзиндэчжэнь, которым торгуют на каждом углу?

Удар в самое сердце! Первая кровь!

Энтузиазм в чате как ветром сдуло.

Но Нин Фань, почувствовав вкус крови, не собирался останавливаться.

— Хотя, признаю, разница всё же есть. То, что слепите вы, будет даже уродливее, чем эти древние статуи!

Даже уродливее… Эти слова, словно ржавые кинжалы, вонзились в души предприимчивых зрителей.

Двойное убийство!

Поймав кураж, Нин Фань продолжал добивать поверженного противника:

— И никакой культурной ценности ваши поделки представлять не будут. Это будет просто бездарная фальшивка.

Тройное убийство!

— Да и закопать их у вас вряд ли получится, — невозмутимо рассуждал юноша. — Места на кладбищах нынче в дефиците, а просторные участки стоят баснословных денег.

Богоподобен!

— Ой, да что это я распинаюсь! — Нин Фань вдруг хлопнул себя по лбу. — Дружище, ты же, наверное, еще даже девушку не нашел? Тогда забудь! Никаких девяти поколений потомков тебе не светит…

Выше всяких похвал! Ультра-килл!

Если бы трансляция могла передавать эмоции, то экран бы сейчас мироточил концентрированной меланхолией. Казалось, Нин Фань одними лишь словами провел кровавое жертвоприношение, стерев незадачливого бизнесмена в порошок. Если это не было публичной казнью, то что это было?!

Убедившись, что чат впал в состояние почтительного ступора, Нин Фань вернулся к прерванной лекции.

— А теперь обращаюсь к тому знатоку, который заявил, что стражи гробницы должны быть гигантскими. Дружище, советую тебе поменьше сидеть в интернете и побольше читать исторические справочники. То, о чем ты говоришь — это каменные звери, выстроенные вдоль «Священного пути» к гробнице. Их задача — демонстрировать власть и величие покойного владыки. А стражи гробницы — это совершенно другое! И раз уж мы заговорили об этой конкретной усыпальнице… Каменные статуи со «Священного пути» давно исчезли, и единственное, что от них осталось — это вот эти миниатюрные копии. Вы когда-нибудь слышали о Шести скакунах Чжаолина?

Чат снова ожил, запестрев удивленными смайликами. Да кто же в стране Ся не слышал о Шести скакунах?! Это же легендарные боевые кони самого императора Ли Шиминя!

http://tl.rulate.ru/book/175133/14998709