—...
Глаза, в которых мерцало фиолетовое пламя, устремились на меня.
Руэллиан был известен как человек, который безжалостно карает любого, кто посмеет вторгнуться на его территорию, но впервые появился кто-то, кто выскользнул из его хватки, словно вьюн.
Однако, повторюсь, с юридической точки зрения ко мне не было никаких претензий.
Будь он хоть трижды главой Священного ордена, что он мог поделать? Ему оставалось лишь отпустить меня целой и невредимой, не тронув и пальцем.
— Хорошо, леди. Пройдёмте в часовню.
— Благодарю, Ваше Святейшество.
Прежде чем последовать за ним, я оглянулась на герцога Канеля.
— Ваша светлость, примите мои поздравления.
— Какое облегчение. С герцогского дома Розен снято клеймо позора.
Вокруг того места, где он сидел, царило невообразимое столпотворение.
Люди, которые потихоньку дистанцировались, думая, что герцогский дом ждёт неминуемый крах, теперь в спешке пытались загладить свою вину.
Я обратилась к помощнику, которого толпа оттеснила в сторону:
— Передай отцу, что я сниму эти оковы и сразу же присоединюсь к нему.
— А, да, конечно.
Каким бы пропащим ребёнком я ни была, пусть обязательно заберёт меня, когда поедет домой. Я ведь даже дороги не знаю.
Передав это послание, я пошла вслед за Руэллианом.
Когда мы вышли из зала суда, в глаза ударил ослепительный солнечный свет.
«Ах, как свежо. Первый глоток воздуха после того, как с меня сняли ложные обвинения...»
Я глубоко вздохнула. На улице было очень шумно.
— Собираем подписи под петицией о казни злодейки! Казнить злодейку, погубившую наш драгоценный цветок!
Дошло до того, что сбежались какие-то сектанты, то ли эльфийского культа, то ли ещё чего, и устроили митинг с требованием моей казни, но...
Их всех разогнали репортёры, хлынувшие на площадь словно прилив.
— Леди! Леди Аристина!
— Что вы чувствуете теперь, когда ваша невиновность доказана?! Скажите хоть слово!
Глядя на эту плотную толпу журналистов, я вдруг вспомнила об одном человеке.
О наёмнике в бинтах, которого я встретила в лесу.
«Он послушался моего совета и зарабатывает деньги, сливая информацию репортёрам?»
Я попыталась высмотреть его, но нигде не было видно. Пока я продолжала озираться по сторонам, Руэллиан бросил на меня быстрый взгляд.
— Ах, да. Иду.
Я ускорила шаг.
В часовне царили тишина и торжественность. Сквозь витражи, занимавшие всю стену, лился великолепный свет.
Когда я вошла, Руэллиан закрыл за собой дверь. Затем он подошёл к круглому возвышению в самом центре и поманил меня рукой.
— Сюда.
Послушавшись, я поднялась на помост и встала лицом к нему. Позиция была крайне некомфортной.
— Вы всегда снимаете их таким образом?
— На всякий случай я надел на вас самые крепкие оковы, поэтому теперь требуется мощная святая сила, — равнодушно ответил Руэллиан. — Что ж, приступим.
Его руки слегка обхватили мои оковы.
В следующее мгновение из его тела вырвался ослепительно-белый свет. Это сработала святая сила.
«Вот как это выглядит».
Я во все глаза уставилась на происходящее.
Но вдруг...
На груди стоявшего напротив Руэллиана начало проступать нечто вроде иллюзии.
Жуткий шрам со сморщенной кожей. Именно оттуда и вырывалась святая сила.
Я опешила.
«Разве это не Стигмата, Священная метка, символизирующая посланника бога? Говорили же, что это абсолютная тайна, которую никому не раскрывают. Почему же я её вижу?»
И это было ещё не всё. Вид этого шрама, похожего на ожог, вызвал у меня чувство дежавю.
«Он же так похож на тот шрам на груди наёмника!»
Выходит, тот наёмник тоже посланник бога?...Нет.
Меня внезапно осенило.
Рост и телосложение наёмника были точно такими же, как у Руэллиана, стоящего сейчас передо мной. Да и голоса казались странно похожими.
Цвет глаз, конечно, отличался, но с помощью святой силы вполне возможно на время его изменить.
«...»
Словно обухом по голове ударили.
Причина, по которой я сейчас видела Стигмату Руэллиана, заключалась в том, что...
Я была тем самым особенным человеком, который уже видел этот мистический шрам. Наёмник, которого я встретила в «Лесу Богов», был им.
Он в одиночестве занимался какими-то подозрительными делами, да ещё и в маскировке, и тут мы столкнулись. Вот так я случайно и узнала его секрет.
«Информация, которую я совершенно не хотела бы знать...»
Мне плевать, чем тут занимаются главные герои. Мне бы самой выжить!
Тем более, проявлять любопытство к чужим тайнам — чистой воды самоубийство. В детективных романах такие персонажи всегда умирают первыми.
Меня абсолютно, совершенно не интересуют тайны Руэллиана...
Но поверит ли он мне?
Аристина славится своим длинным языком и легкомысленными поступками.
Худший человек, которому можно было доверить секрет.
«Так вот оно что. Поэтому он специально устроил всё это».
Только теперь я ясно прочитала мысли Руэллиана, и у меня по коже побежали мурашки.
Для него, искусного магистра святой магии, «Лохмотья ангела» были абсолютно бесполезны. Он с самого начала раскусил мою маскировку.
Проблема в том, что он и сам не был уверен.
В тот день в лесу было темно, а я появилась так внезапно, что он не мог точно знать, видела я Стигмату или нет.
«Поэтому сейчас он меня проверяет».
Зная характер Аристины, если бы она только что увидела Стигмату, то непременно подняла бы шум.
—...
Так и есть.
Взгляд Руэллиана, казавшийся равнодушным, тем не менее не отрывался от моего лица.
Словно он боялся упустить малейшее изменение в моей мимике.
Я ещё сильнее напустила на себя непроницаемый вид.
«Мои глаза ничего не видят. И я ничего не знаю. Честное слово, ничего не знаю».
Мы просто случайно пересеклись на мгновение.
На этом всё закончилось. Больше нас ничего не связывает, и в будущем тоже не будет.
Усердно транслируя эти мысли, я вдруг вздрогнула.
Потому что вспомнила то, о чём совершенно забыла.
«Подождите-ка. Я ведь тогда подобрала там серебряный осколок. Подумала ещё, что он отвалился от вещи, которую украл наёмник».
Если эта вещица никак не связана с Руэллианом — какое счастье, но если связана?
Значит, есть ещё одна точка соприкосновения.
Этот маленький осколок, запрятанный глубоко в кармане, вдруг показался мне невероятно тяжёлым и неудобным.
«Я ничего не знаю. Я ничего не видела. Точно так же, как не видела твоего шрама».
Я посмотрела ему прямо в глаза с невозмутимым лицом, делая вид, что понятия ни о чём не имею.
Спустя несколько минут, показавшихся мне часами.
Наконец раздался щелчок, и оковы на моих руках расстегнулись.
Я едва перевела дух.
— Вот и всё? Благодарю, Ваше Святейшество. Что ж, отец, должно быть, ждёт меня, так что я пойду.
Стараясь ничем не выдать своего желания сбежать, я спустилась с помоста...
— Подождите.
От голоса Руэллиана я замерла на месте.
Неужели он всё-таки заметил, что я испугалась?
Медленно обернувшись, я спросила:
— Вы хотели мне ещё что-то сказать?
Руэллиан невозмутимо произнёс:
— Леди, у вас случайно нет желания заняться волонтёрской деятельностью в храме в качестве святой?
— Что?
— В знак покаяния за прошлые ошибки. Подумал, может, так общественное мнение о вас немного улучшится.
— Ахаха...
Я изо всех сил постаралась изобразить беззаботность.
— Я чуть было не испугалась, решив, что вы серьёзно. Подумать только, Ваше Святейшество, который так меня презирает, говорит подобные вещи, пусть даже в шутку.
— А я не шучу.
— Да, знаю-знаю. Вы меня проверяете. Но я прекрасно знаю своё место. Чтобы такая пустоголовая и сумасбродная девица, как я, посмела зариться на роль святой?
— Почему же? Вы, наверное, без зазрения совести будете собирать пожертвования, нагонять страх во время молитв, чтобы никто не уснул, а благодаря вашей силе отлично справитесь с прополкой сорняков в цветнике. По-моему, просто идеальная кандидатура.
— Ну уж нет. Со мной всё кончено.
Нахально ответив, я прижала руки к груди.
— Я безнадёжна. Даже в эту самую секунду, стоя перед таким святым человеком, я думаю совершенно о другом. Мне нужно за ночь скупить все новинки, вышедшие за время моего заточения, так что мне не терпится начать. В голове одни мысли о шопинге, и ничто другое меня не интересует.
— Совсем ничто?
Руэллиан чеканным шагом подошёл и встал прямо передо мной.
— Но почему же вы тогда так испугались, когда мы стояли лицом к лицу?
Сердце ухнуло куда-то вниз.
Всё-таки он не упустил ни малейшей перемены на моём лице. Как же мне выкрутиться из этой ситуации?
Прямо перед моими глазами было лицо Руэллиана.
На его губах играла лёгкая улыбка, но глаза совершенно не смеялись.
Фиолетовые глаза излучали странный свет и цепко, как у хищного зверя, буравили меня взглядом.
От этого взгляда, который словно брал меня в плотное кольцо и сдавливал горло, некуда было деться.
И в этой ситуации, когда по спине уже струился холодный пот...
...меня вдруг, словно по волшебству, осенило.
— А, вы об этом?
Я медленно подняла палец и ткнула в драгоценный камень на его плаще.
— Всё из-за этого аметиста.
—...?
— Я и понятия не имела, но, когда мы стояли вплотную, я вдруг заметила, что это подделка. Подделка при статусе и положении Вашего Святейшества! Вы не представляете, каким это было шоком.
Услышав мой ответ, протараторенный самым легкомысленным и вульгарным тоном, Руэллиан на мгновение лишился дара речи.
А затем расхохотался. На этот раз — нервным, обескураженным смехом.
http://tl.rulate.ru/book/175108/15063586
