Прошла неделя.
В офисе «Будущих технологий» витала свежая, непривычная для эпохи энергия — живая и стремительная.
Тяжёлый запах табака исчез; вместо него в воздухе стояли лёгкие ноты кофе и чистый аромат бумаги.
Новые сотрудники — молодые, одетые по последней моде — светились глазами, будто в них зажглись звёзды. В них кипели мечты, беспокойство и жажда будущего.
Это были лучшие молодые таланты со всей Японии — люди с амбициями и навыками, которых Сидзима Миюки собрала, задействовав ресурсы группы Сидзима.
Хигасино Кэй стоял у доски в начале переговорной.
На нём не было дорогого костюма, купленного для него Сидзимой Миюки. Всё тот же обычный офисный наряд — такой, в котором он легко потерялся бы в толпе.
Но стоило ему заговорить — и в комнате мгновенно воцарилась тишина.
Все взгляды сосредоточились на нём.
— Добро пожаловать в «Будущие технологии».
Его голос был негромким, но звучал ясно и уверенно, доходя до каждого.
— Я знаю, многие из вас отказались от стабильной карьеры в крупных компаниях, чтобы прийти в фирму, которая только что появилась — да ещё и с... особым прошлым.
Он прямо упомянул группировку Сидзима, ничуть не уходя от темы.
В рядах новых сотрудников прокатилось лёгкое волнение, но следующие слова сразу же захватили их внимание.
— Потому что вы, как и я, не хотите быть всего лишь винтиками в системе.
— Мы собрались здесь не для того, чтобы штамповать очередные бездушные игры.
Взгляд Хигасино Кэя скользнул по залу. За мягкостью его глаз скрывалась проницательность, опережающая своё время.
— Мы создаём миры.
— Мир, в котором уставший офисный работник сможет забыть о реальности после рабочего дня.
— Мир, где каждый игрок станет главным героем, где каждое его решение будет менять судьбу.
— «Песнь о герое» — это только начало. То, что мы продали, — всего лишь пролог.
— Впереди у нас бесчисленные главы и бесчисленные новые миры, которые нам предстоит построить.
Он сделал паузу, глядя на лица, уже полностью захваченные его словами.
— Я обещаю: в «Будущих технологиях» не будет бессмысленных переработок.
— Мы работаем по стандартному графику — с десяти до пяти, с выходными и официальными праздниками.
— Ваш талант будет уважаться. Ваш труд будет вознаграждён выше среднего по отрасли.
— Я хочу, чтобы здесь вы не просто работали — вы воплощали свои мечты.
На мгновение повисла тишина — а затем переговорная взорвалась громом аплодисментов.
Молодые программисты покраснели от волнения, их взгляды, устремлённые на Хигасино Кэя, горели почти фанатичной преданностью.
В это время... какая компания вообще осмеливалась обещать отсутствие переработок?
Такой начальник — почти божество.
Хигасино Кэй спокойно наблюдал за этим.
Он всего лишь перенёс в настоящее базовые принципы управления и льгот из будущего.
Но в эпоху, где переработки по 20–30 часов считались нормой, это выглядело настоящим чудом.
Его «обещания» были настолько щедрыми, что люди этого времени не осмелились бы даже мечтать о таком.
В углу офиса Ямамото наблюдал с горящими глазами — ему казалось, что от зятя исходит ослепительное сияние.
Ему хотелось схватить камеру и записать этот священный момент, чтобы потом показывать потомкам снова и снова.
А в кабинете президента на верхнем этаже Сидзима Миюки смотрела трансляцию.
Она молча наблюдала, как этот мужчина, стоя перед людьми, несколькими словами подчиняет себе группу упрямых гениев.
На её губах появилась едва заметная улыбка — даже она сама этого не осознала.
Этот мужчина строил своё королевство — по своим правилам.
И она была в нём единственной королевой.
...
Ночь сгущалась.
Неон Токио, словно потоки расплавленной лавы, окрашивал небо города желаний в ярко-алый.
На балконе главной спальни Хигасино Кэй и Сидзима Миюки стояли рядом. Ветер приносил лёгкую прохладу.
— Красиво, — тихо сказал он.
— Только слишком ярко. Настолько, что кажется нереальным.
— Как пузырь: чем больше раздувается, тем быстрее лопнет.
Сидзима Миюки прислонилась к его плечу, ощущая тепло его тела.
Она не до конца понимала смысл его слов, но чувствовала — в его голосе есть ясность и тревога, чуждые этой безумной эпохе.
— Лопнет он или нет...
Её голос был тихим, необычайно мягким.
— Я всё равно буду рядом.
Хигасино Кэй улыбнулся и сжал её прохладную руку.
В комнате царили тепло и покой.
Он уже наклонился, чтобы поцеловать её—
Как вдруг резкий звон телефона разорвал тишину.
Сидзима Миюки нахмурилась и взяла трубку.
— Слушаю.
На другом конце раздался спокойный, пожилой голос.
Это был Хакуба Иккей — один из ветеранов группировки Сидзима, теперь отвечающий за внутреннюю безопасность и разведку.
По мере разговора лицо Сидзимы Миюки постепенно холодело.
Глаза, только что наполненные мягкостью, превратились в лёд.
Пальцы, сжимающие трубку, побелели.
— Поняла.
Она повесила трубку — и её аура мгновенно изменилась.
Вернулась та самая Сидзима Миюки — решительная и безжалостная.
— Что случилось? — спросил Хигасино Кэй.
— В отделе разработки — предатель.
Её голос был ледяным.
— Наши ключевые идеи для аддона и модель контент-платежей — всё утекло.
......
На следующее утро.
Газета «Никкэй» с грохотом легла на стол.
На первой полосе крупными буквами:
«Игровую индустрию ждёт новая революция! Несколько компаний объявили о внедрении модели поэпизодной оплаты!»
В статье подробно рассказывалось, как сразу несколько известных игровых компаний почти за одну ночь провели пресс-конференции и представили бизнес-идеи, практически идентичные «Будущим технологиям».
От «клубов игроков» до экосистемы сопутствующих товаров — и до ключевой модели оплаты за аддоны.
Каждое слово было откровенным плагиатом и вызовом.
— Да это же беспредел!
Ямамото ударил кулаком по столу, кипя от ярости.
— Эти ублюдки — настоящие грабители!
Сидзима Миюки сидела во главе стола, её лицо оставалось холодным.
Она уже приказала Ямамото и Хакубе Иккею объединить усилия и как можно быстрее найти крысу.
И заставить её — и тех, кто за ней стоит — заплатить самую высокую цену.
Но её удивляло другое.
Главный участник событий — Хигасино Кэй — оставался подозрительно спокойным.
Он неторопливо пил мисо-суп, будто газета перед ним не имела к нему никакого отношения.
— Ты не злишься? — не выдержала Миюки.
Хигасино Кэй поставил миску, взял газету, взглянул — и тихо усмехнулся.
— Злиться?
— Зачем?
Он вытер уголок губ салфеткой и посмотрел на неё.
— Разве это не подтверждает, что мы изначально шли в правильном направлении?
— Чем яростнее они копируют, тем сильнее их страх и беспомощность.
— В бизнесе конкуренты — как враги. У них есть возможность — они копируют.
Его спокойствие постепенно остудило напряжение в комнате.
— Но господин... они же копируют нашу модель! Нашу новую игру... — торопливо начал Ямамото.
— Ямамото.
Хигасино Кэй прервал его.
— Как думаешь, если ученик перепишет первую страницу конспекта отличника — он сразу станет лучшим?
Ямамото замер.
— Они украли только концепцию. Оболочку.
Хигасино Кэй слегка постучал пальцем по виску.
— Но то, что у меня в голове, им не скопировать.
— Они думают, что это спринт на сто метров: кто быстрее стартует — тот и выиграет.
— Но на самом деле это марафон без финиша.
— Моих идей им хватит копировать лет десять.
Сидзима Миюки смотрела на него — лёд в её глазах постепенно таял.
Этот человек давно вышел за рамки обычной конкурентной борьбы.
Хигасино Кэй спокойно продолжил завтрак, ни капли не беспокоясь.
С точки зрения мышления двадцать первого века — он находился на пятом уровне, тогда как его соперники радовались, застряв на первом.
— Тогда что нам делать... — спросила она.
— Ничего.
Хигасино Кэй взял красную ручку и обвёл в газете название компании «Пэнгуан Геймс».
— Пусть копируют. Пусть подражают. Пусть разогревают рынок.
— Они бесплатно обучают пользователей и формируют привычку платить.
Он положил ручку, и на его губах появилась многозначительная улыбка.
— Когда они закончат прокладывать дорогу, мы выйдем и покажем всем, кто здесь настоящий дирижёр.
— Они думают, что соревнуются с нами? Пусть пока поиграют.
Его взгляд снова опустился на газету.
— К тому же... у меня есть ещё одна идея.
— Пора преподать им второй урок.
http://tl.rulate.ru/book/174176/14501345
