С помощью Олоферна и Роджера мы наконец одолели скрытого босса Штормвейла – Изъязвленного древесного духа.
Однако главная угроза никуда не делась.
— Лик Принца Смерти – вот истинная причина появления Смертельной порчи в Штормвейле.
— Увы, у меня не было готового решения, как с этим быть.
В конце концов, в игре это лицо было частью декораций: если бить по нему оружием, оно лишь кровоточило, но взаимодействия не происходило.
Единственным интерактивным элементом была лужа крови перед гигантским лицом – кровь Роджера. В игре он находил лик в одиночку, случайно касался Смертельной порчи, это калечило его ноги, и он начинал свой путь к неминуемой смерти.
… Кстати, где он?
Я огляделся, и Олоферн понимающе указал вглубь ямы:
— Роджер уже внизу, Лин.
— Черт, этот нетерпеливый ученый! — Мы с Олоферном, прихватив Эдсона, попрыгали вниз, пересекли усеянное останками ложе и прошли сквозь каменные ворота.
Роджер стоял перед гигантским ликом, нетронутый, но его била мелкая дрожь, а голос стал неразборчивым:
— Э-это… это и есть лицо первого умершего из полубогов – Принца Смерти, Годвина? Н-невероятно… как же он выглядит.
Даже Эдсон был потрясен:
— Но… почему лик того господина здесь, под Штормвейлом?! И как вы узнали, что это лорд Годвин? Он совсем не похож на того, кого я помню! Тот господин был так благороден и прекрасен, как он мог превратиться в это?!
Верно, старик Эдсон, должно быть, видел Годвина при жизни – того принца, что был непревзойденным, мудрым, наследником Золотой династии.
Но в «Ночь Черных ножей» Годвин стал жертвой покушения.
— Его душа была похищена, но тело сохранило жизнь, он стал чем-то вроде неизлечимого «овоща».
Это была особая смерть, вне Золотого Порядка – смерть, которой не должно было быть.
Богиня Марика погребла своего любимого сына под Древом Эрд, но сам Порядок пытался исцелить его, воскресить, превратив останки Годвина в нечто, напоминающее жуткого гибрида рыбы и человека.
И судьба не пощадила принца даже после этого.
Его неправильная смерть стала багом в идеальной программе, порождая ошибки – Живущих в смерти, Изъязвленных древесных духов – которые нарушали естественный ход вещей.
Я вкратце объяснил Эдсону и Роджеру:
— Пламя Горнила в Древе Эрд пыталось воскресить принца, вот и превратило его в это… Впрочем, это вряд ли полное лицо Годвина, лишь небольшой нарост его плоти.
— Нарост? — Роджер выглядел озадаченным.
Я же нашел рядом с ликом почти окаменевший труп.
В отличие от остальных тел, на нем почти не было черных терний, а в руке был зажат почерневший кусок плоти – Гнойник Принца Смерти.
— П-понимаю, значит, тот монстр сбежал в Штормвейл вслед за Годриком? — Олоферн начал догадываться. — Принц был погребен под корнями Древа, и этот Изъязвленный дух тоже зародился у основания… Когда началась битва за столицу или пал Вечный город, тварь пришла в ужас и бросилась бежать… Годрик, как потомок Годвина, притянул ее, и она затаилась здесь.
Я дополнил:
— Возможно, при рождении она захватила часть плоти Годвина, а так как Золотой Порядок не признал его окончательно мертвым, сила Горнила в теле духа продолжала питать этот лик, заставляя его мутировать.
Слушая нас, Эдсон и Роджер расширили глаза, не в силах поверить в услышанное.
— Но это лучшее объяснение ситуации.
— Р-раз так, может, если мы уничтожим это лицо, Смертельная порча исчезнет? — Спросил Эдсон.
Я кивнул:
— Главный вопрос – как? У меня нет хороших идей… Если просто закопать, поможет?
Олоферн покачал головой:
— Сила Древа Эрд пронизывает все Междуземье. Если закопать его, оно лишь легче будет впитывать силу Горнила и расти дальше. Последствия могут быть куда страшнее… Лин, помнится, ты умеешь использовать молитвы огня?
— Ну, допустим.
— Алое пламя – это огонь печати Запретных земель, он обладает силой разрушения.
Слова Олоферна озарили меня:
— Ты предлагаешь сжечь это лицо тем огнем?
— Лучший вариант из всех, что приходят в голову.
Олоферн едва закончил, как боковым зрением я заметил движение: кто-то опустился на колени.
Это был Роджер!
Мы обернулись: он схватился за лодыжку и зашелся в кашле. Лик был слегка поврежден, и из трещины валил черно-желтый дым, готовый окутать Роджера.
— Это дым Смертельной порчи!
Я бросился оттащить его:
— Что ты творишь?!
— П-прости, Лин. — Роджер выхаркнул несколько черных сгустков. — Я… мне было слишком любопытно, из чего состоит лицо Принца Смерти… Это просто кусок гниющей плоти, я едва коснулся, как образовалась дыра, и оттуда повалил этот удушливый дым… Кхе-кхе, вы говорили про огонь, но боюсь, с местными сквозняками Штормвейла этот смог разнесет по всему замку.
…
— Вот и приплыли. Только спасли Штормвейл, как все жители задохнутся насмерть?
— Смертельная порча оказалась куда сложнее, чем я думал.
Хотя…
— Что с твоей ногой? — Я с тревогой посмотрел на Роджера, он не мог встать и растирал лодыжку.
Роджер выдавил кривую улыбку:
— Ничего, просто рана заныла, когда вдохнул дым.
— Рана?!
Я отбросил его штанину – на ноге была глубокая царапина.
— Когда бежали сюда, наверное, напоролся на тернии…
Я прервал его оправдания:
— У тебя есть Фляга с небесными слезами? Пей.
— Эй, это пустяковая рана, не стоит…
— После отдыха у благодати фляга все равно наполнится, пей давай! — Я почти силой заставил его выпить, и когда рана начала затягиваться, я наконец выдохнул.
— Кстати, держи. — Я протянул ему Гнойник Принца Смерти.
Роджер поморщился:
— Это…
— Ты же хотел изучать Принца Смерти? Или передумал? — Я усмехнулся. Главной причиной было то, что этот талисман повышал сопротивляемость Смертельной порче, защищая от этого черного дыма.
Роджер неохотно взял его:
— Ладно, спасибо.
— У меня есть идея, — вмешался Олоферн. — Все знают, что Живущие в смерти боятся святого атрибута… Может, соберем тех, кто владеет соответствующими молитвами, чтобы разогнать дым, а потом Лин сожжет остатки?
Эдсон добавил:
— А если останется мусор, горшки-живоители помогут его убрать. Если запечатать останки внутри них, они не будут контактировать с силой Горнила.
— По рукам. Пока что оцепляем эту зону. — Я подвел итог. — Эдсон, постарайся за семь дней собрать людей для очистки. После этого мы окончательно уничтожим лик.
Эдсон поклонился.
— А пока я отправлюсь в путь вместе с Олоферном. — Я повернулся к Роджеру:
— А ты?
— Я собираюсь в Крепость Круглого стола. Там я знаю двух людей, которые могут помочь.
Имеет в виду Корина и Д, Охотника на мертвых.
Хорошо. Корину я пока не готов показаться на глаза, зато он владеет молитвой «Метание пламени», очень пригодится. А Д, если дело касается Живущих в смерти, наверняка согласится сразу.
Но раз Роджер собирается в Крепость… о, кстати, мне же тоже пора проведать Родерику.
http://tl.rulate.ru/book/173349/13640818
Готово:
