Комната Фии оказалась довольно просторной, но при этом аскетичной:
Кровать стояла у камина, на прикроватном столике лежала книга и золотой кувшин, а в стороне виднелась ширма – очевидно, место для переодевания.
Слева у входа курилась огромная кадильница, но вместо цветочного аромата в воздухе висел другой, до боли знакомый запах, который я никак не мог вспомнить.
На стене висел портрет «Королевы Вечной» Марики, а у двери – еще одна картина с ее изображением и Древом Эрд, сливающимися в единое целое, – возможно, это намек на их неразрывную связь.
Кроме пары стульев, книжной полки и шкафа, в комнате ничего не было.
Но раз уж я здесь, то самое важное и любопытное для меня сейчас…
Хе-хе, о чем вы подумали?
Конечно же, подойти к зеркалу и оценить свою внешность!
Честно говоря, после перерождения в мире Кольца Элден я еще не разглядывал себя как следует. Судя по цвету кожи, я обычный человек, но что если у меня лицо древнего бога? С таким лицом финал с Ранни будет смотреться странно.
Раз уж выпала минутка, надо глянуть.
Я подошел к зеркалу и заглянул в него – ого, волосы такие длинные, как морские водоросли, хоть в хвост заплетай.
Раздвинул пряди… о-го-го, а Погасший-то ничего, симпатичный! Напоминает молодого Геральта из «Ведьмака 3»: крепкий, с невозмутимым и властным взглядом.
Жаль, до прежнего меня, которого называли «У Яньцзу из Цзяннани», все же не дотягиваю.
— Господин Лин?
Ой-ой, чуть не забыл про дорогую Фию.
Я улыбнулся и повернулся, но, почувствовав, что выгляжу как захватчик в чужой деревне, поспешно взял себя в руки.
Фия сидела на краю кровати. В тени капюшона блестели ее глаза, полные меланхолии, отчего в сердце невольно пробуждалось желание защитить ее.
— Что такое? — Я подошел, стараясь выглядеть спокойным.
Фия тихо попросила:
— Хоть это и внезапно, но позволь мне обнять тебя? Всего на мгновение, герой, пришедший по зову благодати.
Началось! Началось!
Она хочет обняться!
— И в игре, и в реальности, девушка, готовая подарить тепло такому отаку, как я, – единственная в своем роде! Вы понимаете слезы одинокого волка… нет, одинокого аристократа?
Я ликовал внутри, но снаружи изобразил колебание:
— Кх-кх, е-если ты не против и не подашь на меня за харассмент…
— Хи-хи, о чем ты говоришь? — Взгляд Фии стал еще печальнее. — Обнимая героя, я могу по-настоящему почувствовать чужое тепло, чтобы подарить ему «Балдахин благословения»… На моей родине это священный обряд, дающий мне силы жить. Если ты не считаешь это постыдным и готов поделиться теплом, для меня это величайшая милость.
Она раскрыла объятия.
Я сглотнул слюну. Герой не может устоять перед красавицей…
— Мелина, Ранни, простите меня, я изменю вам всего на чуть-чуть.
— Это всё ради продвижения сюжета, точно, ради побочного квеста!
Я нырнул в объятия Фии, чувствуя щекой нежность ее вуали и знакомый аромат. Невыразимое тепло окутало меня, словно я вернулся в детство к матери.
В ушах зазвучал райский голос, похожий на ангельское пение:
— О, спасибо тебе, мой герой… Как же ты тепл… Теперь внутри тебя затеплился «Балдахин благословения», но он быстро угаснет. Если тебе снова понадобится благословение, приходи ко мне…
— …Как… как же клонит в сон.
Может, я и правда слишком устал? Стоило мне полностью расслабиться, как сон навалился тяжелой волной…
Кап, кап…
Звук падающих капель. Сквозь туман я увидел белую кровать, на которой кто-то лежал.
К-кто это?
Вдруг, словно у сломанного телевизора, картинка дернулась.
Белый мир сменился тьмой, а следом завыл ветер, и из него вырвался бледный злой дух, раскрыв пасть, чтобы поглотить меня.
— Смерть!
Я отпрянул в испуге, вырвался из объятий Фии и с грохотом опрокинул стул.
В этот же миг меня осенило: аромат, наполняющий эту комнату, – это же запах благовоний, которые зажигают, когда навещают могилы в день Цинмин!
Фия явно испугалась не меньше, прижав руки к груди:
— Господин Лин, ты в порядке?
— Я…
Что это было?
Я тяжело дышал, часто моргая, чтобы убедиться, что видение исчезло. В тот миг, когда дух поглотил меня, я словно увидел огромное тело, обвитое корнями деревьев.
— Э-это… «Принц Смерти»? — Я, все еще не придя в себя, принялся тереть виски.
К моему удивлению, Фия тут же опустилась передо мной на колени:
— Господин Лин, что ты только что сказал?
— А? Я… я что, сказал это вслух?
— Я… простите. Это… это я потерял самообладание и напугал тебя, — я начал приходить в себя и извинился перед Фией. — Мне… мне показалось, что я увидел нечто, чего видеть не следовало.
— Что… что именно? — Фия нервно нахмурилась.
Я глубоко вздохнул и с печалью произнес:
— Извини, я не могу вспомнить.
— …Прости, господин Лин, — Фия тоже извинилась. — То, что ты увидел, должно быть, было ужасно… Возможно, это как-то связано со мной.
— Хм? Правда?
Фия кивнула:
— На моей родине меня называют «Спутницей мертвых». Получая тепло и силу жизни от таких героев, как ты, я ложусь рядом с телом великого человека, чтобы вернуть его к жизни… В этом смысл моего существования. Когда мы делились теплом, я, возможно, коснулась судьбы, что связана с тобой.
Она помолчала, а затем добавила:
— Если тебя это терзает, возможно, ты найдешь ответ в Штормвейле, куда направляешься.
— Значит, я и правда видел «Принца Смерти» Годвина.
Но кто была та фигура на белой кровати? Неужели это был Годвин при жизни, или герой, с которым была Фия?
— Как бы то ни было, я не собираюсь идти по пути «Живущих в смерти», я найду способ помочь вам обрести правильную смерть.
— Спасибо, я разузнаю, — я поднялся, глядя на Фию, которая все еще сидела на полу, и машинально протянул ей руку.
Но она не ответила на мой жест, лишь подняла взгляд:
— Господин Лин, разве я не пугаю тебя, разве я не кажусь тебе бесстыдной?
— Э… хочешь услышать правду, Фия?
— Слушаю тебя.
— Честно говоря, я не очень понимаю ритуал, который проводят на твоей родине. Но для меня в этом мире полно неведомого, особенно в вопросах жизни и смерти… Я отношусь к ним с благоговением. А твои объятия… я не испытываю отвращения, напротив, я очень благодарен.
В конце концов, объятия – это выражение близости и доброты, они снимают стресс и приносят тепло.
— Разумеется, здесь есть и мой эгоизм.
Фия, казалось, все еще сомневалась.
— Тогда, прошу прощения. — Я опустился на одно колено и обнял ее:
— Спасибо, что в этом хаотичном мире ты подарила мне тепло, Фия.
— …Ах. — Плечи Фии задрожали, она обняла меня в ответ и прошептала:
— Спасибо, спасибо тебе, господин Лин.
— В такие моменты стоило бы ответить: «Не за что».
http://tl.rulate.ru/book/173349/13640769
Готово:
