Глава 107: «Стрела, пронзающая сердце.»
Столб пламени на пятиранговом корабле отчетливо выделялся в сгущающихся сумерках.
Исраэль и Черная Борода были ошеломлены решительностью Иэна. Кем он был – безрассудным наглецом или отважным храбрецом? Неужели его действительно ничто не останавливало?
Другой пятиранговый корабль, уже готовый взять «Абиссаль» на абордаж, при виде «Левиафана», идущего прямо на них, немедленно отказался от этого плана и принялся спешно отходить.
Оставаться на месте означало стать легкой мишенью – необходимо было срочно менять курс и готовиться к бою.
Вскоре помощники восстановили примерную картину случившегося: военный корабль подвергся внезапному нападению с близкого расстояния, противник применил разрывные снаряды, которые подожгли пороховой погреб.
Капитаны были людьми неглупыми и прекрасно понимали свои шансы. В такой ситуации мудрее всего было уступить добычу.
Однако Исраэль думал иначе. Почти мгновенно он принял решение:
— Бейте. Используем Черную Бороду как приманку, чтобы окружить вражеское судно…
Сейчас тот, кто попытается забрать добычу, окажется в самом уязвимом положении.
Старпом явно не разделял этого мнения:
— Капитан, мы слишком близко к острову Морского Конька. У противника высокая скорость, если мы увязнем в бою…
— Заткнись, – Исраэль едва не уперся биноклем в лоб старпома. — Как ты собираешься писать рапорт? Потеряли пятиранговый корабль, не сделав ни единого выстрела, и сбежали от какой-то лодки? Ты понимаешь последствия?
У старпома перехватило дыхание. У капитана были связи, так что он, скорее всего, выйдет сухим из воды, а вот его самого и других старших офицеров наверняка разжалуют.
Исраэль немного успокоился и холодно проанализировал ситуацию:
— Мы на линейном корабле четвертого ранга, а не на той развалюхе, что у Черной Бороды. Обычные малокалиберные пушки не пробьют наш корпус, а разрывные снаряды имеют еще меньшую проникающую способность. У нас больше пятидесяти орудий, при удачном залпе мы уничтожим их…
Исраэль все еще не верил, что противник может ему угрожать. Он выпустился из военно-морской академии пять или шесть лет назад, прошел через десятки сражений и не раз встречал быстроходные суда.
Старпом замялся:
— Разведчик доложил, что их пушки необычны…
Исраэль прервал его властным жестом:
— Живо к орудиям! Они уже сближаются с Черной Бородой, используем этот шанс, чтобы покончить с ними.
— Противник собирается атаковать, — Лия следила в бинокль за каждым движением двух военных кораблей.
— Ожидаемо. Сбежать, не сделав ни залпа, – это было бы не в их стиле. Что ж, дадим им возможность узнать нас получше. Пусть дрожат, лишь завидев этот флаг.
Иэн знал: они принимают такие решения лишь потому, что слишком мало знают о «Левиафане». После сегодняшнего дня их представления о мире будут разрушены.
«Левиафан» не сбавлял хода, направляясь прямо к Черной Бороде. Оба военных корабля начали разворачиваться, готовясь взять «Левиафан» в клещи.
«Абиссаль» вновь подняла Черный Парус и развернулась навстречу линейному кораблю, намереваясь проскочить между двумя военными судами.
Черная Борода разгадал их замысел. Он собирался подыграть военным и уничтожить «Левиафан», рассчитывая на то, что корабли не станут стрелять по «Абиссали», а если «Левиафан» решится на преследование, то неизбежно попадет под перекрестный огонь.
Расстояние между двумя кораблями было небольшим, менее тысячи метров. Если «Левиафан» рискнет сунуться туда, он неминуемо примет на себя как минимум один залп.
Если же «Левиафан» не решится на погоню, Черная Борода будет кружить вокруг четырехрангового корабля, используя его как прикрытие, чтобы оставаться недосягаемым для атак.
Иэн потер подбородок. Военные корабли Королевства Бодрия оказались довольно подготовленными, да и Черная Борода сохранял рассудок – они загнали «Левиафан» в непростую ситуацию.
Впрочем, они что, всерьез решили, что военный корабль – это оборонительная башня, за которой можно прятаться? Расколочу всё в щепки.
«Левиафан» сменил курс, перестав преследовать Черную Бороду, и направился на восток, к другому пятиранговому кораблю.
Иэн решил бить их поодиночке.
Капитан пятирангового корабля внимательно следил за каждым движением «Левиафана».
— Враг невероятно маневрен, послушай… они сами ушли на подветренную сторону… — голос старпома был полон сомнений.
В эпоху парусного флота все старались занять наветренную позицию, дающую огромное преимущество.
Парусники на наветренной стороне лучше управлялись, а у тех, что на подветренной, маневренность была ограничена: чтобы приблизиться к врагу или уйти от него, им приходилось идти против ветра, что делало движения медленными и трудными.
К тому же при стрельбе с наветренной стороны пороховой дым сносило ветром в сторону подветренного противника, что не мешало обзору и повышало точность. Корабли же на подветренной стороне оказывались в облаке собственного дыма, что сильно мешало прицеливанию.
И наконец, при стрельбе из пушек летели искры и шел жар – на подветренной стороне было куда выше риск случайно поджечь собственные паруса или канаты.
Если была возможность, все стремились занять наветренную позицию. У «Левиафана» такой возможности не было, впрочем, подветренная сторона не доставляла ему особых неудобств.
— Это судно – не обычный парусник, нельзя опираться на прошлый опыт. К бою! — После потери одного пятирангового корабля капитан стал куда осторожнее.
Жаль только, что его противник оказался слишком силен.
— Дистанция 1500 метров… 1200.
— Огонь!
— Бах!
Расстояние в 1200 метров сократилось мгновенно. Два алхимических снаряда легко пробили корпус пятирангового корабля, вызвав мощный взрыв, который разнес в щепки огромный участок деревянной обшивки. Вспыхнул пожар, повалил густой дым.
Этот залп с дистанции более километра на мгновение лишил старших офицеров пятирангового корабля дара речи.
— Разрывные снаряды, калибр 18 и 24 фунта…
Крик офицера-разведчика привел капитана в чувство.
— Черт возьми, — капитан был близок к панике. — Тушить пожар, сменить курс, к главному кораблю…
Но перед «Левиафаном» парусный корабль выглядел слишком неуклюжим. «Левиафан» описал узкую U-образную дугу и, развернувшись, оказался прямо у кормы пятирангового корабля.
— Бах!
Смертоносный грохот не утихал. Пятиранговый корабль не успел обойти четырехранговый, как получил еще несколько снарядов – пламя и дым охватили его целиком.
Когда пятиранговый корабль все же миновал четырехранговый, тот попытался сам пойти в атаку на «Левиафан». Разумеется, Иэн не собирался давать им такой шанс. «Левиафан» не стал идти на таран, а просто развернул орудия, ударив по более близкому четырехранговому кораблю.
Дальше на море началась полная неразбериха. Два военных корабля кружили, прикрывая друг друга и пытаясь взять «Левиафан» в клещи, но тот, используя свою невероятную маневренность, просто не входил в зону поражения их пушек.
Кто оказывался ближе – по тому и стрелял. Пытались бежать – «Левиафан» догонял. Пытались прикрывать друг друга – Иэн расстреливал их по очереди. Пытались уйти – он кружил вокруг, обстреливая их и загоняя обратно. Выстраивались в линию – тем лучше, всё равно до него не дотянуться.
На корабле Черной Бороды было слишком мало людей, чтобы организовать достойный отпор, так что им приходилось просто крутиться вместе со всеми, попутно получая свои порции снарядов.
Черная Борода, не мигая, смотрел на хаос, творящийся на воде, а его духовность становилась все более нестабильной.
Внезапно два военных корабля, перестав играть в «развороты», разошлись в разные стороны, пытаясь спастись бегством. «Абиссаль» на мгновение замерла, а затем медленно направилась на восток.
Иэн ухмыльнулся и взмахнул рукой. «Левиафан» плотно пристроился к борту «Абиссали», а всадники на морских коньках рассредоточились, преследуя военные корабли.
Дистанция между двумя судами сократилась до четырехсот метров. Черная Борода смотрел на них, не отрываясь, Иэн ответил ему тем же взглядом – их глаза встретились в лунном свете.
В глазах Иэна не было сочувствия, лишь торжество. Черная Борода же смотрел с полным недоумением – он не узнавал Иэна.
— Огонь!
— Бах!
Восемь алхимических пушек снова грохнули, только на этот раз они стреляли тяжелой картечью. Множество пуль с воем накрыли всю «Абиссаль». Конечности пиратов превращались в кровавое месиво, тонкие борта корабля трескались, повсюду летели щепки и кровь.
Черная Борода был главной целью. Его тело было окутано слоем черной дымки – при попадании снарядов она истончалась, слой за слоем, но всё же поглотила большую часть удара.
Наконец, пробив черную пелену, две пули вонзились в тело Черной Бороды, оставив в его торсе две огромные дыры.
Казалось, он даже не почувствовал боли: из его ран полезли новые ткани, и вскоре он восстановился, как ни в чем не бывало.
Но эта атака окончательно сломила дух немногих выживших пиратов. Они принялись выбрасывать белые флаги и одежду, некоторые прыгали за борт, хватаясь за обломки, лишь бы сдаться. Страх перед Черной Бородой был ими забыт.
Иэн поднял руку, и канонада стихла.
— Готовиться к абордажу, забрать добычу.
Старшие офицеры «Левиафана», сжимая оружие, выстроились у бортов, с тяжелым предчувствием глядя на Черную Бороду.
Иэн сделал жест, и явился Ловец Душ. Черно-красная стрела слегка вибрировала, не сводя острия с Черной Бороды.
В следующее мгновение черно-красная стрела исчезла, оставив в воздухе лишь тусклый след, и почти мгновенно оказалась прямо перед глазами Черной Бороды.
Шея Черной Бороды с хрустом дернулась в сторону, и он, в мгновение ока, уклонился от смертельного удара.
Но черно-красная стрела, игнорируя инерцию, развернулась, и раздался звук, словно что-то пробило насквозь – она вонзилась ему прямо в сердце со спины.
http://tl.rulate.ru/book/173321/13618505
Готово:
