Конечно, война требует тактического подхода, иначе охранный отряд – не дураки, чтобы лезть под дула ваших пушек, подставляясь под верную смерть.
На палубе «Левиафана» почти пусто, будто команда не успела вернуться на борт. Мирта и Лия «суетливо» поднимают паруса, а Анна, Лука и остальные, не понимая, что происходит, спешат им на помощь; впрочем, они никогда не работали матросами, так что толку от них мало.
Зато сцена выглядит куда «правдоподобнее».
Тем временем птичья стая, казалось, «изо всех сил» мешает охранному отряду, доходя даже до атак птичьим пометом, хотя некоторые пернатые, «потеряв контроль», один за другим улетают прочь.
Когда Туаре с сотнями охранников в ярости и смятении добежали до пристани, их гнев и досада достигли предела.
У причала почти не осталось судов, и он сразу приметил небольшую галеру, «поспешно» покидавшую порт. На палубе – лишь пара человек, паруса не подняты, судно «ползет» к выходу со скоростью улитки, забыв при этом отдать кормовой швартов, закрепленный на кнехте.
Прошедшее всего двадцать-тридцать метров судно натянуло канат до предела, а какой-то матрос на корме «в спешке» пытался перерезать его ножом.
Туаре не увидел на палубе Ребекку, зато заметил растерянных Анну и остальных.
— Быстрее, быстрее… Огонь по готовности! Не дайте им уйти, это пираты, они захватили дворянку…
Иэн, наблюдавший за происходящим через Беатрис, услышав, как Туаре даже в такой момент не преминул навесить на него ярлыки, невольно усмехнулся.
Огромная толпа охранников наперегонки спешила к причалу – вход находился всего в двухстах метрах, и в их глазах это было вполне выполнимо. Сначала устрашить мушкетами и береговыми пушками, а затем подойти на портовом буксире и взять судно на абордаж.
В этот момент швартов наконец был «перерублен». «Левиафан», используя энергию разрыва, скользнул вперед еще на десяток метров и медленно начал дрейфовать.
Туаре охватила паника, он громко выкрикивал приказы и сам, не замечая того, пробежал вперед еще несколько шагов.
Мирта, командовавший в этот момент, видя, что время пришло, зычно крикнул:
— Огонь!
Получившие наставления люди рассредоточились и тут же рванули запальные шнуры.
— Бум-бум-бум… — с короткими интервалами восемь орудий изрыгнули пламя.
Более девятисот стальных снарядов вырвались наружу, рассеиваясь в полете и образуя распускающиеся цветы смерти.
«Ловушка», – еще до того, как прогремели пушки, Туаре почувствовал неладное. Его пробрала дрожь, времени на предупреждение не оставалось, и он в спешке активировал свой полуразрушенный амулет.
Толпа, секунду назад бежавшая вперед, даже не подозревала о надвигающейся катастрофе. Стальные снаряды, обладавшие огромной кинетической энергией, врезались в тела, прошивая их насквозь, рикошетя и разрывая плоть.
Чистая причальная зона в считанные секунды словно окрасилась красной краской, которая теперь ручьями стекала по краям пристани прямо в морскую воду.
Земля была устлана брызгами крови, ошметками плоти и изувеченными конечностями; выжившие испускали душераздирающие вопли. Этот участок порта превратился в адскую бойню.
Никто никогда не видел подобного. Ни инициатор Иэн, ни Туаре, выживший лишь благодаря последним остаткам силы амулета – все, кто стал свидетелем этого, застыли на месте.
…
— Брат, что это за звуки?
Грохот пушек разбудил Ребекку. Иэн, улыбнувшись, склонился над ней:
— Это пушки. Мы на моем корабле, теперь ты в безопасности, спи дальше…
Было видно, что Ребекка давно не отдыхала: едва закрыв глаза, она тут же погрузилась в глубокий сон, и ее дыхание выровнялось.
Тем временем Туаре, придя в себя, затерялся среди пары десятков охранников, которые не успели добежать до причала, и в безумии бросился бежать в сторону города.
В этот раз Мирта сделал ставку на площадь поражения, рассредоточив огонь, а Туаре, стоявший позади всех и защищенный странным амулетом, отделался лишь потерей уха.
Иэн мысленно выругался: из-за малого веса картечь обладала слабой пробивной силой, и без массированного огня она вряд ли могла стать фатальной для Трансцендентного с хорошей защитой.
Иэн быстро отдал приказ:
— Вава, полный ход. В Штормовой Гавани есть береговые орудия, как только гарнизон опомнится, «Левиафану» будет не уйти.
Под напором гребных винтов «Левиафан» стремительно набирал скорость, уходя в открытое море.
Лишь спустя некоторое время появились разрозненные гарнизонные артиллеристы, но, увидев, что «Левиафан» уже вне зоны эффективного огня, они лишь для вида произвели несколько выстрелов, чтобы обозначить свое присутствие.
В Гавани Небес береговые орудия всегда находились под присмотром гарнизона, по сравнению с ними Штормовая Гавань выглядела крайне беспечно.
Когда три военных корабля Первого Флота, медлительно подготовившись, наконец снялись с якоря, «Левиафана» и след простыл.
Первый Флот не был главной целью Иэна. Его приоритет – второй принц и его приближенные, а затем уже королевская семья Бодрии.
Пока его крылья еще не окрепли, слишком широкий фронт атаки мог лишь подтолкнуть другие силы к союзу со вторым принцем. Разбить их поодиночке – вот верная стратегия.
…
«Левиафан» не ушел сразу, решив обогнуть Штормовой Мыс и переждать время в глубоководной бухте.
С другой стороны мыса море было глубоким, но сплошь состояло из отвесных скал, тянувшихся до самых владений графа Нагорья. Портов там не было, и, кроме рыбаков, туда почти никто не заплывал.
Этот Директор с черно-красной кожей, похожий на «крысу», был крайне неприятен, и Иэн хотел попытаться прикончить его.
Три слегка раненых Призрачных ворона продолжали кружить над Штормовой Гаванью, не сводя глаз с мэрии.
Сейчас все двери и окна здания были плотно закрыты, атмосфера царила крайне гнетущая. Туаре приказал всем прибывшим и выжившим охранникам и сотрудникам не покидать пост, требуя постоянного бдения, особенно на крыше и чердаках.
Даже к причальной зоне отправили лишь символический отряд для помощи выжившим.
Письмо за письмом рассылались из Ратуши в разные концы города.
Утренний грохот пушек нарушил покой Штормовой Гавани, заставив скрытые течения выйти наружу.
…
После выхода из порта Лия взглядом остановила Мирту, который хотел было ответить на полные подозрений вопросы Анны и остальных, и сама не дала никаких комментариев, лишь проводив их в каюты отдыхать.
Мудрая Лия знала: стоит им начать общение, как секреты Иэна невольно раскроются. Пока отношение Иэна не прояснилось, лучше держать стороны в «изоляции», а когда он выйдет – пусть сам разбирается.
На первом ярусе «Левиафана» было четыре одноместные каюты и две большие матросские. Лия намеренно оставила одну большую для Ребекки, две маленькие отдала пожилым Анне и Луке, а Гелдо и Куинси поселились в матросской.
До самого обеда Ребекка не просыпалась.
Обед готовил Мирта, и выглядело все вполне сносно. Возможно, из-за того, что они зашли за Штормовой Мыс и качка улеглась, он лично отнес порцию в капитанскую каюту.
Тем временем в матросской столовой атмосфера была напряженной. Все ели молча, лишь изредка обмениваясь взглядами.
Лука и Анна переглянулись. Пока Иэна не было, все молчаливо решили приберечь вопросы при себе.
http://tl.rulate.ru/book/173321/13618452
Готово:
