В этот момент Линь Шэн внезапно поднял руку, требуя паузы. Все решили, что он хочет утешить Нину, которая явно проигрывала, или дать ей тактические советы. Но Линь Шэн посмотрел на Бернхарда, стоявшего в центре площадки.
— Большой Медведь, ты постарел? — голос Линь Шэна был пропитан ледяным сарказмом. — Что это за выступление? Ты играешь с новичком в дочки-матери? Или за эти годы без боёв твои когти затупились настолько, что даже такая слабая атака тебя утомляет?
— Что ты хочешь этим сказать, Маг? — голос Бернхарда стал низким и опасным.
— Я хочу, чтобы ты показал, на что способен на самом деле. Твой конёк — не блоки и контратаки, верно? Когда ты на арене, ты никогда не бываешь таким пассивным. Помню, тактика «Стальных волков» из Мюнхена была проста: бросить тебя, бешеного медведя, в гущу врагов и смотреть, как ты рвёшь всё на куски. Что, перед девчонкой струсил? Боишься случайно проиграть ей?
— Я… проиграю кролику? — прорычал Бернхард.
— Сначала убедись, что она действительно кролик, — пожал плечами Линь Шэн. — Покажи ей своё истинное лицо, «Медведь-убийца».
Слова Линь Шэна становились всё более ядовитыми. Остальные члены команды занервничали.
— Эй… что творит тренер? Он же просто подливает масла в огонь! — Хо Ци уже не могла на это смотреть.
— Мне тоже кажется, что Линь Шэн ведёт себя не как обычно… — прошептала Чу Ин.
Линь Юнь попыталась вмешаться:
— Брат…
— Молчи, — отрезал Линь Шэн, не сводя глаз с Бернхарда. — Я вызвал тебя из Германии не для того, чтобы ты работал учителем на подхвате. Мне нужен зверь, который загонит другого зверя в угол. Зверь, который вытянет из неё весь потенциал! А не вырванный с корнем зуб, изображающий из себя ручного медведя в зоопарке!
У Бернхарда вздулись вены на лбу. Он тяжело дышал, словно разъярённый бык перед атакой.
— Маг… — его голос был хриплым и угрожающим. — Ты правда её тренер? Тебе плевать, если я сломаю её так, что она больше никогда не притронется к боевому снаряжению?
— Если сможешь — попробуй, — Линь Шэн небрежно поковырял в ухе мизинцем, всем видом выражая презрение. — И ещё: обещаю, если ты выложишься на полную и победишь её, я выйду против тебя. Прямо здесь.
Эти слова стали ключом, открывшим замок внутри Бернхарда. Его напряжённое от гнева тело внезапно обмякло. Все почувствовали, как изменился его взгляд. Раньше он был похож на спящего медведя, ленивого и опасного, но теперь зверь проснулся. Подавленная ярость исчезла, сменившись холодным, хищным блеском. Он больше не сдерживался. Его дыхание стало глубоким, а аура превратилась в неистовый шторм, от которого воздух в зале стал вязким и тяжёлым.
Линь Шэн посмотрел на Нину.
— Нина.
— Да, тренер, — голос девушки дрожал от напряжения.
— Насладись чувством страха сполна.
Нина не понимала истинного смысла этих слов. Она видела лишь, что глаза тренера и Бернхарда стали пугающе чужими. Но она кивнула. Она доверяла Линь Шэну.
— Помни: ты — зверь, запертый в клетке. А он — еда, которую я бросил тебе. Твоя еда.
— Да, тренер.
Линь Шэн махнул рукой:
— Пауза окончена. Через десять секунд бой продолжится.
На голографическом экране затикал обратный отсчёт. 10… 9… 8… Нина глубоко вдохнула и приняла стойку. 3… 2… 1…
В ту же секунду, когда отсчёт завершился, Нина застыла. Перед ней стоял не человек. Огромный, чудовищный медведь, вышедший из ледяных пустошей древности, нёсся на неё с яростью, способной уничтожить мир.
Это не медведь… это человек. Но эта жажда крови… это желание разорвать всё на куски… Что это?!
Ноги Нины впервые затряслись. Губы дрожали, в голове была пустота.
— Нина! Уворачивайся! — закричали Чу Ин и Хо Ци.
Линь Шэн бросил на них ледяной взгляд:
— Всем молчать. Не мешайте этой охоте.
Гулкие шаги Бернхарда отдавались в сердце Нины, словно удары барабана. Бум! Бум! Бум! Она чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть из груди, холодный пот заливал глаза, мир вокруг искажался.
Как страшно…
В следующую секунду Нина не шелохнулась. Она была парализована ужасом, став твёрдой, как камень. Огромная фигура нависла над ней. Бернхард нанёс удар, и его наруч, увеличившийся в глазах Нины до невероятных размеров, врезался ей в подбородок.
— ПАХ!
Мощный удар подбросил её в воздух. Система частиц гасила физический урон, но не могла убрать боль полностью. Если бы игрок ничего не чувствовал, какой смысл в симуляции войны? Боль была сохранена, чтобы боец понимал: он ранен. Но когда страх достигает предела, мозг начинает воспринимать опасность гипертрофированно, и защитные механизмы симуляции боли перестают справляться.
— ПАХ!
Нина рухнула на холодный сплав пола. Она свернулась калачиком, содрогаясь от боли. Больно… как же больно… Она ощупала подбородок. Кость цела. Но боль была такой, будто челюсть раздроблена в пыль. Она была близка к обмороку.
Но монстр не собирался останавливаться. Он приближался тяжёлыми шагами.
— Нет, не надо… — Нина потеряла клинки. Единственным желанием было бежать. Она ползла по полу, пытаясь убраться от демона, но огромная рука, словно стальной капкан, вцепилась ей в лодыжку.
Её подняли вверх ногами. Она встретилась взглядом с чудовищем. В его расширенных от возбуждения зрачках она видела только глаза зверя.
— Не надо… — она могла лишь шептать.
Её щит упал до пятидесяти процентов. Монстр начал играть с добычей, нанеся ещё один сокрушительный удар в живот.
— А-А-А-А! — пронзительный крик Нины наполнил зал. Это был крик настоящего, животного ужаса. — Не надо! Больно! Очень больно!
Чу Ин посмотрела на Линь Шэна, её лицо было белее мела:
— Останови бой! Линь Шэн, останови его!
— Ещё рано, — Линь Шэн сжал кулаки так, что побелели костяшки. Прости, Цэнь Сюэ. Но только так мы поможем Нине. Если ты не можешь быть жестокой — это сделаю я.
— Но Нина сейчас…!
— Ей не так больно, как кажется, — голос Линь Шэна был холодным и расчётливым. — Её мозг упивается страхом. Именно страх заставляет её чувствовать эту боль.
Нина пыталась активировать систему анти-захвата, но в момент перед активацией монстр разжал руку. Поле отталкивания не сработало, так как захват был прерван. Устройство ушло на перезарядку.
Монстр ударил её ногой в живот, а когда она отлетела, молниеносно схватил за волосы, дёрнул назад и снова поднял в воздух.
— Не надо… не бей… — мольба Нины перешла в рыдания. Её взгляд расфокусировался, слёзы смешались с потом.
— Её страх… — пробормотал Линь Шэн, нахмурившись. — Тот самый глубинный страх, скрытый под маской спокойствия… кажется, он наконец выходит наружу.
— Умоляю… — голос Нины, полный детской беспомощности и отчаяния, эхом разнёсся по залу. — Папа… я больше не буду… не бей меня…
http://tl.rulate.ru/book/172939/13637707
Готово:
