Утро Теста на Одарённость Зала Укрощения Зверей выдалось свежим и ясным. В Секте Зелёной Горы витала ощутимая энергия — смесь амбиций, тревоги и давления. Для тридцати внешних учеников, участвующих в испытании, этот день мог определить будущее. Для сотен зрителей он был источником развлечений и сплетен. Для Ли Юя — одним из важнейших дней в жизни.
Его из маленькой хижины вывела неизменно молчаливая Сестра Фэн. На нём были чистые, простые льняные одежды, которые теперь обозначали его как нечто иное, чем подсобный рабочий, но ещё не ученика.
Он был аномалией — третьей категорией человека, притягивавшей взгляды со всех сторон. Пока они шли к главной тренировочной площадке Зала Укрощения Зверей, он ощущал на себе тяжесть бесчисленных взглядов. Многие смотрели свысока, считая, что ему здесь не место. Но были и те, кто поддерживал его как тёмную лошадку.
Он шёл, склонив голову, с спокойным выражением лица, а сердце в груди билось ровно и мощно. Его прорыв на Седьмую Ступень Закалки Тела был тайным якорем — глубоким источником силы, дарившим уверенность, которую никто не мог увидеть.
Место испытаний представляло собой обширную арену под открытым небом. На одном её конце возвышалась платформа, где сидели старейшины Зала Укрощения Зверей. В центре — Старейшина Нин, с выражением лица столь же суровым и непроницаемым, как каменная плита.
По бокам от неё сидели двое других старейшин: дородный, жизнерадостный мужчина и худощавый старейшина с козлиной бородкой и суровым лицом. Ниже, в отведённой зоне, стояли тридцать участников‑учеников — тех, кто пытался попасть в Зал Зверей. Большинство находились на Четвёртой–Шестой Ступенях Закалки Тела.
Среди них был Ли Цзе — он стоял впереди, его поза источала высокомерие. Не благодаря собственной силе, а за счёт заёмной мощи того, кому он служил. Увидев, как Ли Юя ведут к отдельному, изолированному месту у края арены, он скривил губы в злобной усмешке. Что‑то прошептал товарищам — и волна насмешливого хохота прокатилась по их группе.
— Глядите, счастливчик‑рыбокорм явился!
— Думает, что укротит зверя, кормя его? Смех да и только.
— Ставлю, он провалится в первом же раунде. Старейшина Нин просто хочет показать, что удача — не замена мастерству.
Ли Юй не обращал на них внимания. Его чувства были сосредоточены на арене. Она была разделена на несколько секций. В одной стояли клетки с разными мелкими, возбуждёнными зверями. В другой — большой, неглубокий водоём. Он ощущал хаотичную, нервную энергию существ — симфонию страха и агрессии, которую понимал лучше, чем перешёптывания учеников.
Дородный, жизнерадостный старейшина по имени Старейшина Чжао поднялся и обратился к участникам; его голос прогремел над ареной:
— Приветствую вас, ученики, на ежегодном Тесте на Одарённость! Сегодня мы ищем не сильнейшего среди вас, а наиболее созвучного! Путь укротителя зверей — это путь эмпатии, контроля и взаимного уважения. Существует множество путей стать укротителем зверей — тот, который вы выберете, определит ваш дальнейший путь.
Он указал на первую секцию арены:
— Первое испытание просто: Испытание Успокоения. Каждый из вас подойдёт к клетке с Кроликом с Роговым Хвостом 1‑го Ранга. Эти существа пугливы, но крайне чувствительны к духовным намерениям. Ваша задача — успокоить зверя. Вы не можете использовать ци, чтобы запугать его, но духовные сущности разрешены. У вас есть время, пока горит одна ароматическая палочка. Успеете — проходите дальше. Не успеете — будете исключены.
Один за другим ученики выходили вперёд. Первые, раздувшиеся от уверенности, пытались навязать свою духовную волю обезумевшим кроликам. Звери лишь пугались сильнее, бились о прутья клеток. Они провалились.
Другие справились лучше. Они смягчили свою ауру, излучая покой и умиротворение. Некоторым удалось заставить кроликов перестать паниковать и забиться в угол клетки. Они прошли, заслужив вежливые аплодисменты толпы.
Пришла очередь Ли Цзе. Он подошёл к клетке с самоуверенной ухмылкой. Он не пытался излучать мягкую ауру. Вместо этого он выпустил духовное давление своей Духовной Черепахи 4‑го Ранга — тяжёлое, земное присутствие, не нежное, но мощное и непоколебимое. Маленький кролик, столкнувшись с аурой могущественного хищника, замер на месте из чистого инстинктивного ужаса. Он не был успокоен — но и не двигался.
Старейшина Нин слегка нахмурилась, но Старейшина Чжао объявил:
— Допустимое применение духовного давления. Он проходит.
Наконец настала очередь Ли Юя. Волна перешёптываний и насмешек прокатилась по толпе, когда маленький одиннадцатилетний мальчик подошёл к последней клетке. Кролик внутри был самым возбуждённым из всех — его довели до исступления ауры предыдущих участников.
Ли Юй остановился в нескольких шагах от клетки. Он закрыл глаза. Он не мог почувствовать эмоции кролика напрямую — это не водное существо. Но после более чем года постоянного, тесного общения с тысячами демонических зверей он развил навыки наблюдения и природное чувство понимания звериных мыслей.
Он наблюдал за кроликом не через духовную связь, а острым взором мастера‑натуралиста. Он видел судорожную дрожь его конечностей, дикие, расширенные зрачки, прижатые назад уши — чистый ужас. Ему не нужно было чувствовать мысли кролика, чтобы понять его состояние: это было существо, убеждённое, что сейчас погибнет.
Он не пытался навязать ему свои чувства. Он знал: любое активное проецирование воли, даже самое мягкое, будет воспринято как угроза. Вместо этого он опирался на понимание природного мира, которое приобрёл за последний год.
Он протянул духовное чувство, но не наполнил его намерением. Он окутал его мягкой, не несущей угрозы аурой «Искусства мириад рек, возвращающихся в море» и передал ощущение самой среды — лёгкого ветерка, безмолвного камня, травинки.
Он не приказывал кролику успокоиться. Он демонстрировал через свою ауру, что был инертной, неопасной частью мира — столь же незначительной, как грязь под его лапками.
Эффект оказался глубоким. Кролик, ожидавший очередной волны хищного намерения, столкнулся с присутствием, которое не ощущалось вообще. Его лихорадочная возня замедлилась. Он остановился, его нос дрогнул.
Он посмотрел на Ли Юя, и в его красных глазах исчез панический блеск. Медленно и осторожно кролик сделал робкий прыжок вперёд. Потом ещё один. Он подошёл к передней стенке клетки, прижался маленьким телом к прутьям рядом с Ли Юем и начал приводить в порядок свои усы — совершенно расслабившись.
На арене воцарилась тишина. Кто то был удивлён, кто то радовался его успеху, а кто то качал головой, считая его подход «некрутым». Большинство пыталось подчинить или быстро успокоить зверя. А этот подсобный рабочий, хоть и потратил больше времени, сумел заставить кролика сам приблизиться к нему.
Старейшина Нин смотрела сверху острыми глазами, в которых горел напряжённый свет. Жизнерадостная улыбка Старейшины Чжао сменилась одобрительным кивком.
— Он проходит, — объявил Старейшина Чжао, когда ароматическая палочка догорела.
Из тридцати участников во второе испытание прошли лишь двенадцать. Настроение изменилось. Некоторые ученики, прежде смотревшие на Ли Юя с презрением, начали видеть его чуть иначе. Большинство всё ещё считало его просто умелым выскочкой, который скоро падёт. Но несколько человек в толпе аплодировали ему.
— Второе испытание, — объявил Старейшина Чжао, вновь обретя спокойствие в голосе, — Испытание Приманивания. — Он указал на большой неглубокий водоём. — В этом пруду — стайка Серебрянопёрых Плотвичек 2 го Ранга. Они известны своей пугливостью. Ваша задача — войти в воду и, используя лишь свою близость к зверям, заманить одну из них в руки. Вы не можете использовать сети, приманку или ци, чтобы поймать их. Снова у вас есть время горения одной ароматической палочки.
Это было испытание активной близости — куда сложнее пассивного успокоения в первом испытании. Ученики по одному входили в воду по пояс. Они стояли долгие мгновения, проецируя свои ауры, пытаясь уговорить мерцающих серебряных рыбок приблизиться. Плотвички были невероятно чувствительны — шарахались прочь при малейшем намеке на агрессию.
Большинство провалилось. Лишь нескольким благодаря чистому терпению удалось подманить рыбку достаточно близко, чтобы неуклюже схватить её — грубовато, но эффективно.
Ли Цзе снова использовал ауру своей Духовной Черепахи. Но на этот раз он подумал. Он излучал ощущение большой, медленной, неопасной скалы. После долгого ожидания любопытная плотвичка подплыла слишком близко — и он рванулся, поймав её с неожиданной скоростью. Он прошёл.
Наконец очередь снова дошла до Ли Юя. Он вошёл в воду — прохладная влага была для него привычной, утешительной. Здесь он был в своей стихии. Другие ученики пытались стать привлекательными для рыбок. Ли Юй знал: это неверный подход. Ему не нужно было приманивать их. Ему нужно было стать частью их мира. Для него это испытание оказалось невероятно простым.
Он закрыл глаза и активировал «Искусство мириад рек, возвращающихся в море». Его и без того тонкая, похожая на рыбью аура усилилась. Он не просто ощущался как рыба — для простых чувств Серебрянопёрых Плотвичек он был рыбой. Большой и странной, но совершенно безобидной частью их стаи.
Он не стоял неподвижно. Он начал медленно и грациозно двигаться в воде. Его движения идеально имитировали естественный, плавный танец плотвичек вокруг. Он не был чужеродным объектом в их пруду — он был просто ещё одним течением, ещё одной тенью.
Стайка плотвичек вместо того, чтобы избегать его, начала плавать вместе с ним, полностью принимая его присутствие. Он открыл глаза, опустил сложенные чашечкой руки в воду и просто ждал. Мгновение спустя крупная, здоровая Серебрянопёрая Плотвичка, видя его руки как ещё один безобидный подводный объект, проплыла прямо в его ладони. Он мягко сомкнул их вокруг рыбки, ощущая, как её серебристое тело мягко извивается в его руках.
Он поднял её, чтобы старейшины увидели.
Это не было приманиванием. Это не было обманом. Это была интеграция. Он стал одним из них. Старейшины и окружающие были глубоко впечатлены тем, что он сумел стать одним из них. Для него это было просто благодаря его технике — но для других такое было бы невероятно трудно.
— Невозможно… — прошептал суровый старейшина с козлиной бородкой, и его голос прозвучал в тишине.
Взгляд Старейшины Нин приковался к маленькому, мокрому мальчику в центре пруда. В её глазах больше не было просто интереса. Это был взгляд мастера ремесленника, только что обнаружившего кусок безупречного нефрита. «Этого мальчика можно учить. У него уже есть такая природная близость к зверям — особенно к водным. Сначала стерляди, потом жаба, теперь эти…» — подумала она.
Ли Юй мягко выпустил плотвичку обратно в воду и вышел из пруда, сохраняя всё то же безмятежное выражение. За его спиной толпа обсуждала результаты. Последнее испытание ещё не началось, но в глазах одного из самых важных людей тест уже был окончен — она увидела достаточно.
http://tl.rulate.ru/book/172913/13827946
