На город опустилась ночь. Вывеска бара «Черная роза» заманчиво мерцала в темноте. Несмотря на то, что это был лишь первый день работы, слава о «Восточном эликсире» уже разлетелась по всему Бруклину.
Внутри бара яблоку негде было упасть. Воздух был пропитан запахами спиртного, пота и дешевого табака. Чжао Течуй метался за стойкой, не покладая рук. Его огромные ладони были полны засаленных купюр; кассовый ящик давно переполнился, так что деньги пришлось сгружать в обычный холщовый мешок.
— Босс, стаканы закончились! — проревел Течуй, стараясь перекричать шум толпы.
Ли Ефэн сидел в своем эксклюзивном ложе на втором этаже. Он лениво покачивал стакан виски со льдом, сохраняя невозмутимый вид.
— Тогда лей в миски. В крайнем случае пусть пьют прямо из горла.
Завсегдатаи бара, услышав это, ответили восторженным волчьим воем. В это суровое время грубость считалась добродетелью.
В этот момент дверь бара с грохотом распахнулась. Шумный зал мгновенно притих. В дверях стояли пять или шесть человек в белых костюмах и широкополых шляпах. Возглавлял их невысокий мужчина с тщательно подстриженными усиками и зубочисткой в зубах. Его щегольский вид в этом грязном кабаке казался совершенно чужеродным.
— Кто здесь босс? — коротышка выплюнул зубочистку и задал вопрос с высокомерным акцентом. Стоявшие за его спиной громилы тут же рассредоточились, демонстративно выставляя напоказ рукояти пистолетов за поясом.
Посетители вжали головы в плечи. Кто-то узнал незваных гостей. Это были люди из внешнего круга итальянской мафии, промышлявшие рэкетом и захватом территорий.
Ли Ефэн поставил стакан и, облокотившись на перила, сверху вниз посмотрел на усатого.
— Я. По какому делу?
Коротышка вскинул голову. В его глазах промелькнуло презрение — для него китайцы всегда были синонимом слабости и покорности.
— Я — Тони, и этот район находится под присмотром Семьи Маранцано. Слышал, твое пойло неплохо идет.
Тони подошел к стойке, схватил бутылку «эликсира» и без всякого стакана сделал глоток прямо из горлышка.
— Вкус и правда стоящий. С сегодняшнего дня рецепт этого пойла принадлежит нам. И еще: мы будем забирать семьдесят процентов прибыли этого бара.
Закончив, Тони достал новую зубочистку и зажал её в зубах с видом человека, который уже всё решил. Посетители затаили дыхание. Семья Маранцано была одной из пяти крупнейших семей Нью-Йорка, и хотя Тони был лишь мелкой сошкой, обычному человеку ссориться с ними было равносильно самоубийству.
Ли Ефэн рассмеялся. Он смеялся искренне и весело.
— Семьдесят процентов? Почему бы тебе сразу не пойти грабить банк?
Лицо Тони потемнело.
— Парень, не наглей, когда с тобой говорят по-хорошему. Хочешь завтра оказаться в канаве с дыркой в голове?
Ли Ефэн вздохнул и, достав из кармана щипчики, принялся неспешно подстригать ногти.
— Течуй.
— Я здесь.
Чжао Течуй выпрямился за стойкой, всё еще сжимая мешок с деньгами.
— Кажется, мистер Тони плохо знаком с правилами приличия. Научи его, как вести себя с людьми.
Тони вспыхнул от ярости и потянулся за пушкой. Но он явно недооценил скорость и силу Чжао Течуя. Шаньдунец перемахнул через стойку, и его огромная рука молнией метнулась вперед, мертвой хваткой вцепившись Тони в горло.
— Кх-х...
Ноги Тони оторвались от пола, и он беспомощно заболтался в воздухе. Он отчаянно сопротивлялся, а его дорогой белый костюм мгновенно помялся и перекосился. Остальные подручные дернулись было на помощь, но в этот момент Ли Ефэн на втором этаже уже выхватил свой серебристый «Пустынный орел». Черное жерло ствола смотрело прямо на них.
— Кто дернется — умрет.
Ледяные слова заставили бандитов застыть на месте. Течуй посмотрел на Тони, который висел у него в руке, как общипанный цыпленок, и осклабился.
— Босс велел научить тебя манерам.
С этими словами он с размаху влепил Тони звонкую пощечину. Зубочистка вылетела изо рта гангстера вместе с парой окровавленных зубов.
— Это за то, чтобы не плевался зубочистками где попало.
— Шмяк! — последовал второй удар. Усики Тони перекосились, а половина лица распухла, как дрожжевое тесто.
— А это за то, что вырядился как на похороны.
Войдя в азарт, Течуй просто отшвырнул Тони в сторону. Тот пролетел через зал и с грохотом врезался в мусорный бак у входа. Подручные, побледнев от страха, подхватили своего полуживого главаря и, не смея проронить ни слова угрозы, позорно ретировались.
Бар взорвался громом аплодисментов и одобрительных выкриков. Пьяницы обожали подобные зрелища. Ли Ефэн убрал пистолет и махнул рукой Течую:
— Сегодня на всё скидка десять процентов. В честь клоуна, которого нам прислал мистер Тони.
Крики стали еще громче. Ли Ефэн развернулся и ушел в свою комнату на втором этаже. Шум веселья остался за дверью.
Анна сидела на диване и иголкой с ниткой чинила свой разорванный шёлковый халат. Увидев Ли Ефэна, она отложила работу и поднялась ему навстречу.
— Там внизу всё в порядке? — участливо спросила она, осматривая его.
— Всего лишь пара назойливых мух, — Ли Ефэн скинул пиджак, уселся на диван и притянул Анну к себе.
Она ахнула, опускаясь к нему на колени. Сегодня на ней было черное кружевное платье с глубоким вырезом, а белое золото цепочки тонуло в ложбинке между грудей. Ли Ефэн сам велел ей купить этот наряд днем.
— Закончил дела? — Анна покраснела, чувствуя исходящий от него жар.
— Почти.
Ли Ефэн намотал на палец прядь её золотистых волос и вдохнул их аромат. В этот момент перед его глазами всплыло уведомление системы.
[Задание семьи: Семья слишком малочисленна. Хосту необходимо как можно скорее заняться продолжением рода.]
[Анонс награды: Рождение первого наследника разблокирует производственную линию пенициллина.]
Ли Ефэн посмотрел на Анну, и его взгляд стал обжигающим.
"Пенициллин. Это лекарство будет стоить дороже золота. Ради такой награды и ради будущего семьи стоит постараться".
— Анна, — прошептал он ей на ухо низким голосом. — Нам нужно серьезно поговорить о будущем семьи.
Анна моргнула своими влажными глазами, не совсем понимая, о чем речь.
— О будущем семьи?
Ладонь Ли Ефэна медленно скользнула по её талии вверх.
— Именно. Сильной семье нужно много наследников. Я думаю, сейчас отличный момент, чтобы углубленно обсудить вопрос создания жизни.
Анна мгновенно поняла намек. Её лицо стало красным, как спелое яблоко, даже кончики ушей запылали.
— Негодник... — прошептала она, но послушно обхватила его за шею, становясь мягкой, как воск.
Ли Ефэн подхватил её на руки и широким шагом направился к кровати.
— Это серьезное дело. Ради процветания семьи мы должны отдавать все свои силы.
Дверь спальни захлопнулась. Луна за окном стыдливо спряталась за облака, а пружины кровати начали издавать ритмичные протестующие звуки.
http://tl.rulate.ru/book/171984/12917800
