— Начальник резидентуры Чэнь, начальник Ли, ваша задача – задействовать все радиопеленгаторы. Разместить их по всему городу и следить за эфиром. При обнаружении любого передатчика – брать штурмом, невзирая на чины и звания! Ваша цель – выкорчевать японских шпионов и вернуть документы! Мне не нужны их трупы, мне нужны неповрежденные сведения. Рассредоточьте всех оперативников по районам, ловите любого подозрительного… Словом, я жду доклад о находке в кратчайшие сроки. Если через три дня документы не будут у меня на столе, вы пойдете под трибунал и станете искупительной жертвой для жителей Хунани!
— Есть!
Оба начальника, хоть и похолодели внутри от ужаса, не посмели возразить и поспешили выполнять поручение.
— Начальник Ван, перевести всю полицию на двадцатичетырехчасовой режим работы. В городе не должно быть ни малейшего намека на хаос. Жизнь мирных граждан должна идти своим чередом, а любого, кто попытается устроить смуту, бросать за решетку без лишних слов!
— Есть!
Сюэ Юэ повернулся к командующему жандармерией Синчэна:
— Командующий Чжан, заблокировать все выезды из города. Никого не выпускать. В случае экстренной государственной необходимости – проводить тщательный досмотр, требовать пропуск, подписанный лично мной, и приставлять конвой из солдат!
— Есть!
— Остальным – проинструктировать все полки и части о приведении в боевую готовность. Быть готовыми к любым неожиданностям. На уязвимых участках провести точечные перестановки. В критических ситуациях разрешаю принимать решения самостоятельно!
— Есть!
Когда все разошлись, в кабинете остались только Ли Юйтан и Сюэ Юэ. Они закурили, хмурясь от внезапно навалившейся беды.
Сюэ Юэ глубоко затянулся и с раздражением спросил:
— Кто из своих мог это сделать?
Ли Юйтан ответил не сразу:
— Секретарь У. Только у него был свободный доступ, он мог видеть секретные архивы. А сейф… чтобы его открыть…
— Шифр от сейфа знали только я и начальник штаба Чжао, — Сюэ Юэ покачал головой. — Невозможно. Он бы никогда на это не пошел.
— И всё же…
Ли Юйтан тоже сомневался, но факты были налицо: без кода сейф пришлось бы взламывать силой, а это сразу бы заметили.
— Чжао Ган уехал из Синчэна неделю назад. С кем он контактировал за это время – трудно сказать… — Ли Юйтан вздохнул. — Надо докладывать наверх. Дело слишком серьезное, мы не можем решать это сами. Пусть Председатель скажет свое слово.
Сюэ Юэ затушил окурок и нервно поднялся. Докладывать придется, ведь если разразится катастрофа, ему одному за всё не расплатиться.
Садовая резиденция.
Настольная лампа заливала стол ярким светом. Директор бюро, накинув на плечи френч, перелистывал документы. Пепельница была до краев заполнена окурками.
Сян Инсинь подошла с чашкой в руках.
— Выпей чаю, передохни немного.
Он отложил бумаги, потер лоб и сделал глоток.
— Что там?
Сян Инсинь принялась разминать ему плечи.
— Пришли новости от Ли Тяньму. Японский завод фальшивых купюр обнаружен. Они спрятали его прямо в особняке Ду Юэшэна во Французской концессии. Охрана там жесточайшая. Спрашивает, что нам делать.
Директор на мгновение замер, подул на чаинки и промолчал. Сян Инсинь понимала, в чем загвоздка: ситуация была крайне щекотливой. Директор был побратимом Ду Юэшэна, и своим нынешним положением он во многом был обязан его протекции в прошлом.
Сам Председатель был хорошо знаком с Хуан Цзиньжуном, и именно через эти связи в свое время удалось подобраться к высшему руководству. Помощь сильных мира сего сыграла не меньшую роль, чем личные способности.
К тому же во время обороны Шанхая более половины Особого отряда Цзянсу-Чжэцзян составляли люди из Зеленой банды. И сейчас в Армии спасения родины тридцать процентов бойцов – выходцы из той же среды.
Ду Юэшэн сейчас в Гонконге, он помогал делу антияпонского сопротивления, и Директор в долгу не оставался. Ду даже числился в комитете по оказанию помощи как внештатный сотрудник.
Его жена, Шэнь Ин, осталась в Шанхае, пока Ду Юэшэн находился в Гонконге, и теперь японцы использовали их дом для печати фальшивок. Распутать этот узел, не задев никого, было почти невозможно.
Если предать это огласке, все прошлые заслуги пойдут прахом. Народ, пострадавший от фальшивых банкнот, не будет разбираться в тонкостях – тень падет на всех причастных.
Нужно было сохранить лицо. Цзюньтуну официально вмешиваться не стоило – пойдут слухи, а это ни к чему.
Сян Инсинь предложила дерзкий план:
— Я думаю, это дело стоит поручить пацану Чу. На нем и так клеймо ханьцзяня, репутация паршивая, так что ему терять нечего – сделает всё без лишних церемоний. В Синчэне есть Чэнь Цяошань, там всё схвачено, пусть Чу Вэньхао не мешается под ногами. Если он и дальше будет лезть на рожон, это рано или поздно ударит по тебе. Пусть уезжает прямиком в Шанхай и разбирается с заводом фальшивок. Он же у нас такой способный – вот пусть и проявит себя. А если не справится, тогда и приструним его.
Директор прикрыл глаза.
— Распорядись.
— Будет сделано.
Восемь вечера, резиденция Хуаншань.
Чжан Чжичжун с предельно серьезным видом докладывал обстановку:
— Председатель, командующий Сюэ просит указаний. Относительно Чжао Гана у него нет уверенности – возможно, утечка произошла в другом месте. Сейчас важнее всего вернуть похищенные данные, меры уже приняты. Что касается сроков – медлить нельзя. Точечную перегруппировку провести можно, но на масштабную нужно время. Есть опасение, что японцы могут внезапно пойти в атаку. Покой лучше движения.
Лицо человека напротив исказилось от гнева.
— Неужели резидентура Цзюньтуна в Чанша на каникулах? Громадное ведомство, тысячи людей – и никакого толку! Японские шпионы среди бела дня воруют документы прямо из штаба, а они там живут как в пьяном сне! Бестолочи!
Он вскочил и припечатал кулаком по столу:
— Ступай и скажи Юйнуну: если от них нет проку – разогнать всех к чертям! Средства Партии и Государства не безграничны, зачем нам дармоеды!
— Слушаюсь. Прошу вас, Председатель, успокойтесь. Командующий Сюэ уже всё организовал, уверен, скоро документы найдут.
— Хм!
Человек отпил чаю и, нахмурившись, произнес:
— Внутреннее расследование пока притормозить, разберемся позже. Прикажи Шан Чжэню перебросить войска к границам Синьяна этой же ночью, чтобы прижать их с юга. Прикажи Ху Цзуннаню выдвинуться к Сянъяну для сдерживания 11-й армии Окамуры Нэйдзи с севера. Прикажи… поддержать Сюэ Юэ в обороне Хунани. Если японцы сунутся – бить их беспощадно. Чанша не должна пасть!
— Слушаюсь.
Сидевшая рядом женщина внимательно слушала. Она нахмурилась и негромко заметила:
— Одно движение заденет всё остальное. Возможно, ситуация еще не так безнадежна, не стоит пороть горячку. Чанша крепка как скала, если начнется настоящий бой – мы успеем прислать подкрепление. Давайте сначала разберемся внутри.
Мужчина недовольно возразил:
— Всё не так просто. Даже если мы вернем документы, нет гарантии, что они еще имеют ценность. Японские агенты готовились долго, кто знает, сколько копий они сняли. Мы не можем держать город на замке месяцами, пересмотр планов неизбежен. Разброд внутри – вот главная беда. Сегодня они с нами, а завтра… кто знает, что у них на уме.
— Спешка ни к чему, если предатели обнаружат себя сейчас – это даже к лучшему. Воспользуемся моментом, чтобы вычистить ряды. Японцам сейчас вряд ли хватит сил взять Чанша одним махом, время у нас есть, — мягко успокаивала она его.
Чжан Чжичжун вставил слово:
— Госпожа совершенно права. Ведь каждый человек на счету – тронешь здесь, посыплется там. Лучше понаблюдать пару дней. Японцы хитры, их истинные намерения неясны. Выжидательная тактика сейчас вполне оправдана.
Мужчина задумчиво вертел в руках чашку.
— Следите за докладами. Пусть войска будут наготове и ждут приказа.
— Есть.
Женщина вновь нахмурилась.
— Проблему нужно решать изнутри. Чжичжун, передай приказ тому пареньку. Пусть отложит свои дела и займется этим. Докладывать ежедневно. И пусть не смеет своевольничать.
— Слушаюсь.
http://tl.rulate.ru/book/171676/15310543
Готово:
