Глава 74: «Созерцая картину, вкушая яства.»
Настал час Мао.
Снаружи едва забрезжил рассвет.
Однако в трактире Хэян уже вовсю кипела жизнь.
Многие постояльцы прибыли в город Хэян из далеких краев лишь ради того, чтобы воочию увидеть блеск Великого Собрания Тысячи Осеней.
Они спешили пораньше занять лучшие места на месте проведения торжества.
Маленькая Цайлин тоже встала ни свет ни заря. Она твердо помнила наказ, который дала ей госпожа Юнь:
— Заботься о быте и повседневных нуждах Шэнь Ханя.
Вот только за все время пути Шэнь Ханю помощь не требовалась. Прожив столько лет в глухом, заброшенном дворе поместья Шэнь, разве мог он не уметь позаботиться о себе?
Дядя из семьи Юнь тоже успел отдохнуть и привести себя в порядок.
Перекусив в трактире Хэян, все трое направились к месту проведения Великого Собрания Тысячи Осеней.
Стоило выйти из трактира, как стало ясно: даже не зная дороги, заблудиться невозможно – достаточно просто следовать за толпой.
Потоки людей вели к восточной части города Хэян.
Если поднять взгляд, на востоке высилась величественная гора. Город Хэян был построен прямо у ее подножия, и горная гряда, изгибаясь, словно обнимала всю восточную окраину.
Вскоре они достигли самого края города.
Здесь, у подножия горы, взору открывалась крутая лестница, уходящая ввысь.
Должно быть, это и были те самые ступени, на которые предстояло взойти участникам Испытания Тысячи Осеней.
Лестница оказалась куда опаснее, чем можно было вообразить.
Глядя на нее, Шэнь Хань подумал, что обычному человеку пришлось бы карабкаться по ней на четвереньках, а не идти. Стоило преодолеть пару десятков ступеней и оглянуться назад, как у любого, кто не ступил на Путь Воина, наверняка задрожали бы колени от страха.
— Молодой господин, почему здесь каждая ступенька такая высокая?
Цайлин, глядя на этот отвесный подъем, невольно поежилась от испуга.
— По сравнению с перспективой остаться калекой, это совсем не страшно, — улыбнувшись, поддразнил ее Шэнь Хань.
От этой шутки Цайлин, кажется, встревожилась еще сильнее.
— Берегите себя… — прошептала она, и ее личико омрачилось заботой, а брови сошлись у переносицы.
Шэнь Хань легонько коснулся ее косички и с улыбкой взъерошил волосы девушки.
— Твой молодой господин куда сильнее, чем ты думаешь, так что не переживай!
Договорив, Шэнь Хань достал приглашение на Великое Собрание Тысячи Осеней и направился к центру площадки.
Вокруг плотными кольцами стоял народ. Великое Собрание Тысячи Осеней не считалось официальным состязанием, но прохождение Испытания Тысячи Осеней давало участникам множество озарений. Поэтому лучшие представители молодого поколения Великой Вэй часто стремились попасть сюда.
Остальные же приходили посмотреть, есть ли достойные преемники у великих кланов. Встретив подходящего юношу или девушку, можно было задуматься о династическом браке или укреплении связей.
Предъявив приглашение, Шэнь Хань беспрепятственно прошел внутрь. Он вписал свое имя и место рождения в свиток и вступил в самый центр собрания.
— Город Юньань, Шэнь Хань… — пробормотал книжный отрок, отвечавший за записи. Его глаза вдруг округлились, словно он увидел нечто невероятное, и он невольно произнес это вслух.
Стоявшие рядом зрители услышали имя, и их взгляды тут же приковались к Шэнь Ханю. Люди принялись перешептываться:
— Город Юньань, фамилия Шэнь… Неужели он как-то связан с Шэнь Е?
— Думаю, это двоюродный брат Шэнь Е. Интересно, такой же он гений, как и тот?
— Если он брат Шэнь Е, то и результаты наверняка будут блестящими.
Толпа гудела, и в каждом слове сквозило глубочайшее почтение к имени Шэнь Е.
В центре площадки были расставлены квадратные столы. Судя по качеству дерева и искусной резьбе, стоили они немало.
Люди прибывали один за другим, и вскоре почти все места были заняты.
Шэнь Хань огляделся: столов было около двухсот. Похоже, получить право на участие было не так-то просто. Осознание этого заставило его почувствовать, что он задолжал Лю Силань еще больше.
Около часа Чэнь вперед вышел статный мужчина средних лет. Шэнь Хань услышал, как его представили: это был устроитель собрания, довуй Е из города Хэян.
Шэнь Хань вновь обвел взглядом ряды – почти все две сотни столов были заняты. Пустовали лишь несколько мест в самом первом ряду.
Довуй начал рассказывать об истории Великого Собрания Тысячи Осеней.
Более двухсот лет назад жил в Великой Вэй великий мастер, которому потомки дали почетный титул – бессмертный мастер Хэян. Достигнув второго ранга Царства Бессмертных, этот муж проявил великое бескорыстие.
На восточном склоне горы у города Хэян он создал чудесные Ступени Тысячи Осеней. Каждый шаг на них был отражением его собственных озарений, квинтэссенцией всей его жизни. Он оставил это наследие молодым поколениям Великой Вэй, чтобы помочь им в их продвижении вперед.
После долгой речи слуги внесли кувшины с вином и чаши. Каждому юноше и девушке, участвующим в собрании, наполнили кубок. Этим вином надлежало почтить память предка – бессмертного мастера Хэяна.
Шэнь Хань поднял чашу с чувством искреннего благоговения и уважения. Пусть он сам не обладал таким бескорыстием, как великие предки, но он обязан был выказать почтение их благородству.
Когда с вином было покончено, слуги начали подносить блюда с закусками и сладостями. Столы быстро наполнились яствами.
В это время в расположенном неподалеку тереме, откуда открывался превосходный вид на все происходящее, у края балкона стояла Су Цзиньюй. Ей полагалось быть в самом центре торжества, но она предпочла наблюдать издалека.
— Госпожа, вон тот человек – это и есть Шэнь Хань. А он симпатичнее, чем я себе представляла… — Цинцао, служанка Су Цзиньюй, указала пальцем в гущу людей.
Обе они видели Шэнь Ханя впервые. После рассказов Шэнь Ао им рисовался образ какого-то невзрачного, лживого и никчемного человека. Но реальность оказалась иной.
О характере судить было рано, но внешне он выглядел весьма достойно.
Су Цзиньюй ничего не ответила своей служанке, но в глубине души согласилась с ней. Похоже, раньше она слишком доверяла чужим наветам.
Тем временем перед участниками выставили изысканные угощения, а в самом первом ряду развернули огромное полотно.
На картине были изображены величественные горы, у подножия которых протекал чистый ручей. По обоим берегам ручья буйно зеленела растительность. На узкой тропинке виднелась пара влюбленных – держась за руки, они весело играли у воды.
Довуй средних лет снова вышел вперед:
— Почтенные гости! Эта картина написана собственноручно бессмертным мастером Хэяном. Истины, сокрытые в ней, я оставляю вам для самостоятельного постижения. Сладости на ваших столах – это те самые лакомства, которые больше всего любил мастер. Всякий раз, предаваясь размышлениям или занятиям, он съедал немного. Прошу вас, угощайтесь. Если же кто-то пожелает забрать остатки с собой – это не возбраняется.
Как только он закончил, взгляды участников приковались к картине. Шэнь Хань же взял кусочек сладости и попробовал. Хрустящая текстура, а сверху – слой нежной сладкой глазури. Смешение вкусов оставляло приятное послевкусие.
— В следующие два часа вы вольны предаваться созерцанию. После полудня начнется Испытание Тысячи Осеней.
После этих слов довуя обстановка за столами стала более непринужденной. Созерцание картины мастера и дегустация его любимых блюд должны были помочь участникам обрести озарения, чтобы продвинуться как можно дальше по Ступеням Тысячи Осеней.
Шэнь Хань попробовал по кусочку из каждой тарелки. Угощений осталось еще много, поэтому он достал кусок ткани и принялся заворачивать остатки, чтобы отнести их Цайлин на пробу.
В далеком тереме Су Цзиньюй и ее служанка, наблюдая за этой сценой, невольно нахмурились.
— Госпожа, этот Шэнь Хань… он и вправду собирается унести еду с собой. Какое позорище… — прошептала Цинцао.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12916056
Готово:
