Глава 75: «Все должно быть так, как сказал старший брат Шэнь Е.»
Завернув сладости и закуски в кусок ткани, Шэнь Хань вышел из центральной зоны, забрав их с собой.
— Дядя, Цайлин, вы тоже попробуйте.
Он привык к бедной жизни, поэтому в его представлении не существовало такого понятия, как «неловкость» из-за того, что берешь еду с собой. Шэнь Ханю было совершенно наплевать на взгляды окружающих.
Увидев сладости, которые протянул молодой господин, Цайлин поспешно приняла их. С улыбкой на лице она осторожно откусила кусочек.
— Это даже вкуснее, чем десерты в трактире Хэяна!
— Вот и славно. Не выбрасывайте, доедайте все.
Пока они разговаривали, Шэнь Хань почувствовал, как кто-то легонько ткнул его в спину. Обернувшись, он увидел незнакомую женщину. Хотя ее одежда была неярких тонов, по ткани чувствовалось, что стоит она немалых денег.
— Моя госпожа приглашает вас. Ей нужно кое-что вам сказать.
Тон женщины был холодным, и в этой холодности сквозило явное пренебрежение.
— Кто ваша госпожа?
— Узнаете, когда придете. Не задавайте лишних вопросов.
Шэнь Хань прищурился, услышав этот тон и отношение.
— С таким подходом это не похоже на приглашение. Прошу прощения, я занят.
От такого ответа женщина на мгновение опешила.
— Моя госпожа носит фамилию Су.
— Мне безразлично, как ее зовут. Просто из-за твоего отношения у меня нет желания принимать приглашение, — так же бесстрастно ответил Шэнь Хань и уже собрался вернуться в центр собрания, чтобы продолжить изучение картины.
Увидев, что он уходит, женщина наконец занервничала. Она преградила ему путь, и ее голос стал заметно мягче.
— Моя госпожа приглашает молодого господина Шэнь Ханя встретиться в павильоне…
Заметив, что Шэнь Хань по-прежнему смотрит на нее с безразличием, она поколебалась, а затем низко поклонилась: — …Прошу, окажите честь, господин Шэнь.
— Хорошо. Веди.
Дядя из семьи Юнь следовал за племянником до самого входа в павильон.
— Я буду ждать прямо за дверью. Если что-то случится – сразу зови.
Шэнь Хань кивнул и вошел внутрь вслед за служанкой.
Фамилия Су, приглашение на встречу… Скорее всего, это и была та самая знаменитая избранная небесами гения, Су Цзиньюй. Несмотря на то что императорская семья даровала указ о их браке, Шэнь Хань до этого дня никогда ее не видел.
Миновав лестничный пролет, он оказался в просторном зале. С правой стороны висела занавесь из тонкого флера. За ней сидела женщина, чье лицо все еще было невозможно разглядеть.
— Начиная от деда семьи Шэнь и на два поколения вверх, никто из вашего рода, участвуя в Великом Собрании Тысячи Осеней, не поднимался ниже пятидесятой ступени. Откажись от Испытания Тысячи Осеней, которое начнется после полудня.
Голос женщины, раздавшийся из-за флера, был пропитан холодом и ощутимым желанием отгородиться от собеседника.
Шэнь Хань слегка нахмурился:
— Если ты позвала меня только ради этого, то мы просто зря тратим время.
— Императорский указ о нашем браке – это заговор против семей Шэнь и Су. Неужели ты этого не видишь?
— И чтобы разрушить этот заговор, жертвовать должен именно я? — Шэнь Хань усмехнулся. — Почему жертвой должен стать я? Почему не ты? Почему не Шэнь Е? Пожалуй, только потому, что со мной проще всего справиться и потому, что в семье Шэнь я не в почете.
На его лице заиграла легкая улыбка. Он-то думал, что Су Цзиньюй скажет что-то дельное, но услышал лишь старые заезженные фразы.
За занавеской Су Цзиньюй явно разозлилась. Она медленно поднялась и легким движением отодвинула флер.
Перед ним предстало лицо неописуемой красоты. Без преграды в виде ткани ее облик манил еще сильнее. Слухи о красоте Су Цзиньюй ничуть не преувеличивали: в своем нежно-голубом одеянии бессмертной и с изысканным макияжем она действительно казалась существом из иного мира.
Шэнь Хань не собирался лгать самому себе – она была прекрасна. Однако при взгляде на нее он чувствовал лишь нарастающее отвращение.
Су Цзиньюй вышла из-за занавеси, слегка нахмурив брови.
— Ты действительно думаешь, что сможешь превзойти меня? В Испытании Тысячи Осеней есть доля везения, но перед лицом абсолютной силы никакая удача тебе не поможет.
Шэнь Хань остался невозмутим:
— Что ж, проверим.
Его спокойствие злило Су Цзиньюй еще больше.
— Старший брат Шэнь Е был прав: ты совершенно не знаешь, что такое благодарность. Семья Шэнь растила тебя столько лет, и сейчас ты обязан отплатить ей.
На него мастерски пытались навесить ярлык неблагодарного ничтожества.
— Я прекрасно знаю, кому я обязан, — с усмешкой ответил Шэнь Хань. — Те, кто действительно желал мне добра, хотят, чтобы я защитил себя, а не стал калекой с опозоренным именем. В этом мире полно подлых людей, которые никогда не помогали тебе, а лишь давили и подставляли, но при этом требуют благодарности и самопожертвования. Не слишком ли много они хотят?
Он отчетливо помнил каждое унижение в поместье Шэнь. И уж точно никакой «благодарности» этот клан не заслуживал.
Услышав это, Су Цзиньюй разочарованно покачала головой.
— Упрямый и вздорный человек. То, что в семье Шэнь есть такой потомок – истинное горе для рода.
— Можно подумать, я сам выбирал, где рождаться. Уйдя из семьи Шэнь, я заживу в десять раз лучше.
Су Цзиньюй и представить не могла, что получит такой ответ на свои наставления. Она планировала, что если Шэнь Хань прислушается к советам, семья Су найдет способ смягчить его участь. Но теперь стало ясно: с этим человеком невозможно договориться. В своей холодности он не желал жертвовать собой ради интересов клана.
— А ведь я еще пыталась заступиться за тебя перед старшим братом Шэнь Е… Теперь я вижу: нужно было послушать его и выставить против тебя сильного бойца, чтобы тот сделал тебя калекой.
Шэнь Хань не выдержал и рассмеялся:
— Как интересно ты говоришь. Неужели ты думаешь, что Шэнь Е этого не сделал? Инь Мань из западной части города Юньань – разве он не человек Шэнь Е?
— Нам больше не о чем говорить. Если дел больше нет, то на этом закончим.
С этими словами Шэнь Хань просто вышел из павильона.
Его отношение глубоко задело Су Цзиньюй. Она пригласила его из лучших побуждений, а он ответил ей подобным образом.
— Госпожа, этот Шэнь Хань просто невыносим! Неудивительно, что Сяо Ао постоянно говорит о нем гадости. Способностей – ноль, а гонору – хоть отбавляй, — запричитала служанка.
Су Цзиньюй медленно опустилась на кушетку, пытаясь успокоиться.
— Передай брату: пусть делает что хочет. Я больше не буду ему мешать.
Сегодняшнее поведение Шэнь Ханя окончательно разочаровало ее, и она решила больше не просить за него. Ее брат, Су Хунъи, обладал великими воинскими заслугами. Раньше ей казалось, что он слишком суров к Шэнь Ханю, и она умоляла его повременить с действиями. Но теперь она видела: Шэнь Хань не заслуживает сочувствия. Она все равно не выйдет за него замуж, а срок свадьбы приближался, и тянуть дальше было некуда.
Служанка рядом с ней расплылась в улыбке. Она была дружна с Шэнь Ао и, наслушавшись его рассказов, и так недолюбливала Шэнь Ханя. К тому же ее задел тон, которым он с ней разговаривал. Всего лишь заброшенный отпрыск клана, а ведет себя заносчивее, чем молодые господа Шэнь Е и Шэнь Ао.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12916057
Готово:
Су Хунъи калечит Шэнь Ханя. А Император говорит: ну и что, что он калека? Указ есть. Горько!!!