Глава 31: «Пусть явится непременно.»
На этот раз префект Сюй дал ему почти двести лянов серебра. Для Шэнь Ханя это была колоссальная сумма. Префект искренне хотел помочь, и юноша не стал жеманничать, решив сохранить благодарность в сердце. Двухсот лянов вполне хватало, чтобы купить подходящие пилюли для его нынешнего восьмого ранга.
По пути домой он заглянул на восточный рынок, прикупил снадобий и только тогда вернулся в свой двор. Теперь, достигнув начального уровня восьмого ранга, он полностью овладел Ци. Подобрав во дворе обычную ветку, Шэнь Хань принялся тренироваться. В сочетании с энергией Ци приемы «техники меча Заходящего Солнца» стали на порядок мощнее. Стоило лишь немного закрепить успех, и он уже мог превзойти многих сверстников. Третий и четвертый молодые господа семьи Шэнь, несмотря на годы занятий с наставниками и лучшие пилюли, едва добрались до восьмого ранга. Сказать по правде, по-настоящему одаренных потомков в роду Шэнь было немного.
Выбросив из головы посторонние мысли, Шэнь Хань всё время, не занятое укреплением тела по «Технике Закалки Тела Гор и Рек», тратил на созерцание «Меча Небесного Дао». В бескрайнем пространстве своего разума он сжимал длинный меч, соединяя технику «Заходящего Солнца» с «Призрачной Волей Меча» и обрушивая удар на само Давление меча. «Форма Летающего Меча, Возвышающегося в Небесах» – в этом бескрайнем мире тысячи теней мечей, подобно косяку рыб в реке, стремительно атаковали его. Шэнь Хань уже несчетное количество раз сражался с этим Давлением в своих видениях, но всякий раз не мог даже коснуться его сути. И это была лишь одна форма – если бы Давление проявилось во всей полноте, у него, вероятно, не было бы даже шанса вытащить меч. Он проигрывал снова и снова, но при этом чувствовал, как растет его ментальная сила и мастерство владения клинком. Интересно, если он соберет воедино все тонкости своего искусства, сможет ли он на восьмом ранге сразить противника седьмого?
Столовая поместья Шэнь.
— Сяо Ао-эр, почему не ешь? Вернулся домой, неужели эти блюда тебе не по вкусу? — Старая госпожа Шэнь выглядела на редкость добродушной, её голос так и лучился заботой. Такую нежность с её стороны могли заслужить разве что братья Шэнь Е и Шэнь Ао. Остальные дети семьи Шэнь вряд ли были так избалованы вниманием. А уж о Шэнь Хане и говорить нечего – для него за счастье было не получить нагоняй.
Но Шэнь Ао, несмотря на ласку бабушки, не спешил отвечать взаимностью. Он капризно отодвинул от себя приборы и надул губы, выказывая недовольство.
— О чём же наш Ао-эр грустит? Расскажи бабушке, она во всём разберется. — Госпожа Хэ тут же подхватила беседу. Сказать по правде, все и так прекрасно знали, почему Шэнь Ао дуется.
— Бабушка наверняка и сама знает причину! Всё из-за того гадкого человека, он сегодня меня так избил, а вы его даже не наказали… — Шэнь Ао состроил жалобную мину, став похожим на обычного ребенка, который ищет защиты у взрослых. Куда делся тот наглый «маленький тиран», которым он был прежде?
Старая госпожа, услышав это, отложила палочки. Поразмыслив, она велела стоящей рядом служанке:
— Пойди и передай Шэнь Ханю: завтра вечером пусть явится на ужин во двор Сюэюнь. Его младший брат Шэнь Ао хочет лично принести ему извинения. Пусть явится непременно, иначе это будет сочтено за неподчинение моей воле. — Договорив, старая госпожа не стала продолжать трапезу. Опираясь на палку и руку служанки, она медленно покинула столовую.
Шэнь Ао, услышав приказ, возмутился еще громче:
— Я не собираюсь перед ним извиняться! Этот мерзкий никчема мне не брат!
Ребенку не хватало рассудительности, и он не видел скрытого смысла, что было вполне естественно. Но госпожа Хэ всё поняла. Она тоже не задержалась в столовой и, подхватив Шэнь Ао, ушла. Лишь вернувшись в его двор, она принялась успокаивать сына:
— Ао-эр, ты позже обязательно сходи к старой госпоже, скажи что-нибудь приятное, порадуй её. Она ведь тебя обожает. Своими словами она фактически выманила Шэнь Ханя из поместья. Двор Сюэюнь каждую ночь принимает лишь один стол гостей. Когда он окажется там, разве нам будет трудно с ним расправиться?
Слова госпожи Хэ наконец-то вразумили ребенка. Внутри поместья Шэнь нападать на Шэнь Ханя было делом крайне щекотливым. Шэнь Хань мог даже воззвать о помощи, и кто из старших рода Шэнь посмел бы безучастно смотреть, как избивают их потомка? Если бы слухи об этом поползли, столы императора были бы завалены доносами от столичных чиновников. Но за пределами поместья всё становилось куда проще. Раз уж сама старая госпожа решила помочь, у госпожи Хэ почти не осталось опасений. Подумав немного, она велела служанке отнести письмо на берег реки в западной части города.
Восточный двор поместья Шэнь.
Служанка старой госпожи уже ушла, передав её слова слово в слово. За долгие годы Шэнь Хань привык к попрекам бабушки и к тому, что она закрывает глаза на любую несправедливость по отношению к нему. Но раньше она просто не помогала ему. Теперь же она, как глава рода, пусть и временная, сама начала действовать против него. Двор Сюэюнь был роскошным местом для приемов, принимавшим лишь одну компанию в день – больше никого не пускали. Ходили слухи, что владелец двора – невероятно сильный мастер Царства Бессмертных, поэтому за много лет никто не осмеливался врываться туда силой.
Семья Шэнь окончательно превращалась в его врагов. Глядя на поступки старой госпожи, Шэнь Хань принял твердое решение: его вражда с резиденцией маркиза Шэнь стала куда глубже любых родственных чувств.
— Молодой господин Хань, вы слышали, что сказала Цайсюэ? Завтра на ужин вы должны непременно явиться во двор Сюэюнь.
Цайсюэ повторила приказ и внимательно всмотрелась в лицо Шэнь Ханя, стараясь запомнить его реакцию, чтобы доложить старой госпоже. Но выражение лица юноши не изменилось – он лишь спокойно кивнул в ответ.
Как только служанка ушла, Шэнь Хань не стал терять ни минуты. Он надел внутреннюю броню и поспешил закончить ковку мягкого меча, который был готов лишь наполовину. Сосредоточив взгляд, он увидел над клинком строку белых букв: «极其劣质的软剑» («Крайне скверный мягкий меч»). Атрибут даже содержал слово «крайне»… Что ж, по крайней мере, это всё еще был мягкий меч. Как только он извлек серый атрибут, трещины на лезвии мгновенно исчезли. Шэнь Хань прошелся по поместью и у входа в арсенал заприметил копье. Стоило присмотреться, как всплыли фиолетовые буквы: «质地坚韧的长枪» («Крепкое копье»).
Атрибут «Крепкий» идеально подходил для мягкого меча. Сосредоточившись, он потратил полчаса, пока фиолетовый атрибут не поддался. Копье, бывшее до того превосходным оружием, вмиг стало заурядным, утратив былой блеск. Вернувшись к себе, он тут же наложил фиолетовый атрибут на свой меч. Клинок, который до этого был просто годен к делу, начал едва заметно светиться. Шэнь Хань попробовал согнуть его – меч был острым и не терял упругости; поистине добрый клинок. Он обернул его вокруг пояса: так можно было скрыть наличие оружия и при этом иметь средство для удара, если случится беда.
(本章完)
http://tl.rulate.ru/book/171313/12916011
Готово:
