В это время Даньян-цзы совершенно не обращал внимания на то, о чём думает Ли Хован. Он был занят тем, что отчитывал уже насмерть перепуганных учеников.
— Впредь, если у кого-то возникнут дурные помыслы, вспомните, что вы сегодня видели!
Эта фраза Даньян-цзы заставила сердца всех присутствующих сжаться, а страх в их глазах стал ещё сильнее.
Заложив руки за спину, он размеренным шагом прохаживался перед своими учениками, окидывая каждого орлиным взором.
— Ваш Даос говорит вам: помощь в обретении бессмертия — это великая добродетель. Если я, Ваш Даос, стану бессмертным, то, естественно, не забуду вашего усердия. Но если кто-то посмеет испортить моё благое дело! Хм-хм!!
Договорив, он внезапно остановился перед Ли Хованом и стал разглядывать паренька, чьё выражение лица отличалось от остальных учеников.
"Ты всего лишь галлюцинация, с чего мне тебя бояться? Ты просто мысль в моей голове!" — подумав об этом, Ли Хован спокойно посмотрел в глаза своему Плешивому Наставнику.
Когда Даньян-цзы поднял правую руку, ногти которой были забиты грязью, атмосфера в пещере стала тяжёлой. Остальные ученики уставились на брата, посмевшего проявить неуважение к Наставнику, ожидая, как тот расправится с наглецом.
Но кто бы мог подумать — выражение лица Даньян-цзы вдруг смягчилось. Он положил поднятую руку на голову Ли Хована и похлопал его. Тяжёлая атмосфера мгновенно рассеялась.
— Вчера вечером эти предатели звали тебя бежать с ними, почему же ты не согласился?
Этот вопрос выглядел как проверка, но на самом деле был похвалой.
Ли Хован только собирался открыть рот, как увидел, что Даньян-цзы снова поднял руку, останавливая его.
— Не нужно пустых разговоров. Хоть ты и не донёс Вашему Даосу вовремя, но по сравнению с этими злонамеренными негодяями ты поступил очень неплохо.
Он опустил руку и продолжил:
— Я погляжу, у тебя неплохой талант. Тебе больше не нужно работать на складе ингредиентов. Отныне ты — именной ученик Вашего Даоса.
Ли Хован опешил. Его статус повысили? Впрочем, он тут же сообразил: в пещере погибло так много людей, что этому типу явно стало не хватать помощников.
— Ах да, раз уж ты стал учеником Вашего Даоса и вступил в нашу секту, без даосского имени не обойтись. Отныне твое имя — Сюаньян.
Ли Хован бросил косой взгляд на круглую дыру в углу. В голове промелькнула картина жалкой смерти предыдущего Сюаньяна.
"Ого, а имечко-то крайне несчастливое", — мысленно усмехнулся он.
Хотя Ли Ховану было наплевать на такие почести, остальные работники склада смотрели на него с горящими глазами и явной завистью. Стать именным учеником Даньян-цзы означало, что тебя, по крайней мере, не убьют.
Но Даньян-цзы посчитал, что этого недостаточно. После кнута нужно дать побольше пряников, чтобы крепче привязать людей.
— Сюаньян, раз уж ты только вступил в учение, Ваш Даос должен сделать тебе подарок.
Услышав, что обращаются к нему, Ли Хован поспешно подошёл ближе. Судя по тону, ему собирались что-то вручить.
Даньян-цзы вытряхнул из висящей на поясе горлянки пять черных, как смоль, пилюль и положил их на ладонь Ли Хована.
— Держи крепче. Эти пять пилюль лично изготовлены Вашим Даосом. Если съешь их, то не только продлишь жизнь на десять лет, но и временно обретёшь великую силу, способную спасти жизнь.
Ли Хован, слегка нахмурившись, разглядывал пилюли в своей руке.
"Эта штука, случайно, не из людей сделана?"
Пока он думал об этом, ему вдруг показалось, что одна из пилюль в его руке слегка шевельнулась, превращаясь из круглой в овальную, словно что-то пыталось вырваться изнутри.
Но когда он присмотрелся внимательнее, то обнаружил, что пилюля не изменилась.
"Чёрт, я свихнулся? Какая мне разница, что происходит в галлюцинации? Это всё не по-настоящему, я ни за что не должен снова в это погружаться".
Ли Хован с досадой постучал себя рукой по голове.
Даньян-цзы не обратил внимания на странное поведение Ли Хована и повернулся к остальным.
— Видели? Кто пойдёт против Вашего Даоса — того ждёт смерть. А тех, кто помогает Вашему Даосу, ждёт награда, и награда щедрая!!
Взгляды всех присутствующих метались между Даньян-цзы и пилюлями. Каждый сейчас о чём-то думал, но о чём именно — знали только они сами.
Увидев, что цель достигнута, Даньян-цзы взмахнул грязным длинным рукавом, веля всем разойтись и продолжить работу.
Ли Ховану теперь не нужно было идти на склад. Его даосское имя — Сюаньян, а значит, всё, что принадлежало предыдущему Сюаньяну, теперь его: статус, даосская ряса и даже та отдельная маленькая пещера.
Однако сейчас его не волновало происходящее в галлюцинации. Его больше заботило то, что он получил.
Скрестив руки на груди, он смотрел на два предмета, лежащих на белой больничной простыне: нефритовая подвеска и пилюли.
"Боже мой, я действительно вытащил их сюда".
Теперь перед Ли Хованом встала старая проблема, заставляя взглянуть ей в лицо.
"Если я вынес эти пилюли, и если я съем их, и они подействуют... Значит, то место — не галлюцинация? Что же, чёрт возьми, со мной происходит?"
Раньше он очень старательно выполнял предписания врача, твердо считая всё происходящее там бредом. Но эти вещи вполне реально лежали перед ним, и его уверенность пошатнулась.
Если это всё-таки галлюцинация, то почему эти предметы стали материальными и какой вред они могут нанести ему самому?
А если тот мир — другой, настоящий мир, то...
Безумная старшая сестра, переплавленная Наставником в пилюли; Сюаньян, пожранный чёрным котлом; разнообразные ужасающие картины непрерывно вспыхивали в его мозгу, заставляя дыхание учащаться.
"А-а-а!! Как же всё бесит! И даже посоветоваться не с кем", — раздражённый Ли Хован запустил обе руки в волосы и взъерошил их.
Выплеснув эмоции, Ли Хован понял, что всё равно придётся столкнуться с реальностью. Поразмыслив довольно долго, он наконец определился со стратегией.
Что касается галлюцинаций — правда это или нет, он будет подыгрывать, как и раньше, и вести себя так, словно всё это реально.
Если это правда, то так он сможет спасти свою жизнь.
Если это ложь, то он ничего не потеряет.
А пока нужно проверить подлинность и ценность принесённых вещей, и уже потом строить дальнейшие планы.
Приняв решение, Ли Хован глубоко вздохнул, взял двумя пальцами одну пилюлю и поднёс к глазам.
"Нет, самому есть слишком опасно". Его взгляд упал на пациентов, греющихся на солнце в саду за окном.
Поборов секундное искушение, он удручённо опустил руку. Они такие же бедолаги, как и он, нельзя использовать их для опытов. Позже, когда будет время, надо придумать, как найти подопытную мышь.
Затем Ли Хован перевёл взгляд на круглую нефритовую подвеску. С ней разобраться было куда проще, чем с пилюлями.
— Говори, что стряслось. Я вообще-то через стену перелезла, так что если это розыгрыш — пеняй на себя! — Ян На погрозила Ли Ховану маленьким белым кулачком.
— Сестрёнка, я бы не просил тебя о помощи, если бы не крайняя необходимость. Ты же знаешь, я отсюда выйти не могу.
Говоря это, Ли Хован подошёл к двери палаты, плотно закрыл её и задёрнул шторы.
http://tl.rulate.ru/book/169621/11919382
Готово:
